- Страх - это тоже болезнь?

- В смысле - тоже? - не понял Элдор, глядя на мужчину с появившимся в глазах любопытством.

- Просто однажды я слышал, что где-то магию считают болезнью... - невнятно ответил Феронд, припоминая Ореливия.

Чего только не считают болезнью - практически всё, что хоть немного отходит от нормы. Только от мудрой расы друидов такой глупости валинкарец просто не ожидал.

- Но... - пробормотал он. - Как можно лечить страх?

- Его не лечат, от него просто избавляют с помощью ношения кристаллов, - Элдор видел, что мужчина ничего не понимает, а вопрос считает важным, и потому принялся объяснять: - Феронд, тебе ведь известна история Элтарея... Видишь ли... Не все грифоны смогли прижиться в новом мире, и у некоторых развились различные фобии от того, что они попали в чужую среду...

- Фобии? - переспросил валинкарец, которому этот термин был незнаком.

- Да, неконтролируемый беспочвенный страх перед, казалось бы, какими-то простыми вещами. Чужой мир никому из них не казался враждебным, но какие-то отдельные его детали пугали. Понимаешь? Одни боялись рыжих бабочек, хотя те совершенно безвредны, но один их вид вселял панику в некоторых грифонов. Другие боялись, как стрекочут тамошние кузнечики...

- Мика чего-то боится? - спросил Феронд у эльфа, и тот пожал плечами. - Зеленоватые кристаллы - от чего они? - задал новый вопрос валинкарец.

- Я не ведаю этого, прости, - покачал головой эльф. - Мы лишь посредники в процессе продажи, и не знаем подробностей. Я даже не могу утверждать, что эти кристаллы действуют на кого-то кроме грифонов...

- Нет, она боится... - пробормотал мужчина, припоминая ночь, проведённую с друидкой и недосказанности.

Чего она могла панически бояться? Феронд не мог припомнить, была ли на её шее цепочка, когда они впервые встретились. Да и было ли это важно? Мужчине казалось, что важно, поскольку он был уверен: она стала бояться чего-то из-за него. Чем он мог спровоцировать страх, валинкарец пока не понимал, ведь, вроде как, он никогда не навязывался ей. Наоборот, она всегда стремилась быть рядом.

Элдор молча смотрел на задумчивого Феронда, а тот всё больше запутывался в своих мыслях.

Никто не заметил, как Лайгон, тихо стоящий у приоткрытой двери, бесшумно отправился прочь, решив поразмыслить, что из услышанного может оказаться ему на руку.

***

Мику разбудил стук в дверь. Она посмотрела на спящего рядом Феронда, потом на дверь. Девушка дотронулась до плеча валинкарца и принялась трясти его. Мужчина приоткрыл глаза и ничего не успел сказать, как Мика шёпотом оповестила:

- К тебе кто-то пришёл.

- Почему именно ко мне? - не понял Феронд. - Все видели, что мы вместе ушли ночевать сюда... - стук повторился, и мужчина спросил у друидки: - Будешь прятаться или прикинемся, что нас нет?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ни то, ни другое, - ответила Мика, улыбнувшись. – Пусть заходит… если только это не твой брат…

- Вряд ли это Лайгон, - ответил Феронд, помня о том, что постучаться в дверь простым стуком было бы для мага нонсенсом. - Открыто, - крикнул он, и ручка двери зашевелилась.

Вошёл Алдан, приветливо улыбаясь. Он немного смутился от того, что застал друидку и валинкарца лежащими в постели, но, раз уж пришёл, сказал:

- Вчера вы сделали немало для победы над каарксами, но, сами понимаете, придётся уничтожить их, поскольку даже без магии они способны причинить много зла. Простите, что я с порога начинаю о деле, но скоро к вам наверняка заявится Эйдис. Он станет убеждать вас не ввязываться больше ни во что и поберечь себя, но мне почему-то думается, что вы его не послушаете.

- И ты хочешь самолично запретить нам? – попытался угадать валинкарец.

- Я не могу запрещать вам, - ответил эльф с нотками печали в голосе.

- Но ты можешь запретить мне, - напомнил Феронд. – Я прибыл в Заречье по твоей воле…

- Нет, я ничего не стану запрещать, - опроверг версию Алдан, а потом добавил: - Но мне нужно поговорить с Микой.

- То есть, мне выйти? – переспросил валинкарец.

- Да, если можно, - кивнул Тёмный.

Феронд глянул на друидку, и та пожала плечами. Алдан уточнил:

- Достаточно, если ты выйдешь за дверь.

- Ладно, - валинкарец встал с кровати и направился к выходу, на ходу натягивая на себя тунику.

Алдан подождал, пока за Ферондом закроется дверь и подошёл ближе к сидящей на постели и недоумённо глядящей на него друидке. Она понятия не имела, что ему нужно, но эльф, в отличие от Лайгона, не внушал страх, и было такое чувство, что на зло он просто не способен.

- Мика… - Алдан тепло посмотрел на девушку. – Знаешь… Эйдис мастер перемещений, мастер видеть разные варианты, разветвления возможных реальностей… Лайгон – сильнейший маг, в бою которому равных нет… А я… я целитель… И…поэтому возьми этот амулет, - он протянул странный не то камень, не то кусок оплавленного золотистого металла. - Эйдис не пускает меня в ваш мир, я нужен ему здесь, в тылу… А тебе эта вещица может помочь… Только сперва он будет приспосабливаться к новому владельцу и отнимет все твои силы, - девушка с сомнением посмотрела на эльфа. - Не переживай, поспишь полдня, и с новыми силами рванёшь в бой.

- Но я вроде и так могу за себя постоять… - неуверенно ответила девушка, желая отказаться от амулета.

- У меня плохое предчувствие… - признался эльф. - Так что… так будет лучше. Я знаю, вы с Ферондом захотите снова броситься в бой… И я тревожусь за тебя…

Мика неуверенно приняла подарок и надела себе на шею.

- Феронд знает, зачем ты носишь кристаллы? – поинтересовался Алдан глядя, как девушка расправляет цепочку амулета.

- Нет, не знает…- растерянно пробормотала девушка. – А ты знаешь?

- Я-то знаю, - ответил Тёмный. – Но я – это не беда. Лайгон знает. Так что советую рассказать самой и чем быстрее, тем лучше. В идеале, прямо сейчас, пока амулет не усыпил тебя, забирая силы.

- Нет, но надо подумать об этом… - ответила друидка, которая хотела оттянуть момент признания на неопределённо долгое время.

- Я предупредил, - вздохнул Алдан, решив не настаивать: он не был ей другом и не считал, что имеет право лезть к ней со своими настойчивыми советами, коих обычно не жалел для Лайгона.

Он направился к выходу, чувствуя, что стоило бы настоять: он не знал наверняка, но догадывался, что маг сумеет распорядиться своими познаниями весьма неблагородным образом.

Эльф открыл дверь и позвал Феронда, который стоял на небольшом балкончике, опираясь локтями о перила. Валинкарец заглянул в комнату, где Мика лежала на кровати, и удивлённо глянул на эльфа:

- Она спит? – шёпотом спросил Феронд.

- Не спит, но засыпает, - ответил Алдан. - Ей нужно отдохнуть… Не спрашивай ни о чём, с ней всё в порядке.

- Я побуду с ней? – почему-то спросил Феронд, словно просил позволения остаться.

- Побудь, - улыбнулся ему Алдан и стал спускаться вниз по лестнице.

Оставшись один на один со спящей Микой, Феронд нерешительно потянулся рукой к её руке. Исцарапанная и с тоненькими белёсыми шрамами от старых боёв – такой никогда не могла бы выглядеть рука валинкарской девушки, и, тем не менее, прекраснее её не было. Феронд никогда не был романтиком, никогда не умел видеть то, что не бросалось в глаза, и уж тем более не был склонен к беспричинным проявлениям нежности. Но сейчас ему ужасно хотелось прикоснуться к спящей, пусть она и не узнает об этом. Ему, не романтику, казалось, что она почувствует его любовь. Обязательно ощутит её сквозь пелену глубокого сна, в который погрузил её эльф. Он дотронулся до её кожи и осторожно провёл пальцами по предплечью. Потом бережно взял её руку в свою и поднёс к губам. Невесомо поцеловал и в который раз понюхал ничем не пахнущую кожу.

Он признался себе, что хочет быть рядом с ней. Просто лежать рядом и обнимать. Он впервые любил настолько, что просто быть рядом казалось достаточным, а о чём-то большем можно было не думать, наслаждаясь всего лишь присутствием. Он не хотел думать о том, что причиной взаимности этого чувства была субстанция.