- Живее, болван! – крикнул ему маг, но тот и не подумал прибавить шагу.

Лайгон смотрел на него с ужасом, понимая, что не успевает отвечать на удары кааркса, а от Мики пользы не было. Он рявкнул на неё, поскольку злился на себя:

- Быстрее создавай свои детали подшипников, иначе твоему избраннику не выжить!

Друидка старалась. Маг видел это, но времени дать ей не мог, потому что сам не успевал действовать. Каарксу было проще: он мог просто метать свою энергию, чтобы отвлекать мага, не заботясь о прицеливании, но Лайгон тратил драгоценные доли секунд на то, чтобы примериться и бросить ответную энергию точно и метко, чтобы наверняка. Он даже не имел возможности посмотреть, попала ли бы та или иная порция энергии кааркса в его брата или же нет. Проверять было нельзя.

Маг понял, что проиграл за секунду до того, как не смог выпустить метко три заряда подряд. Одним он промахнулся, но именно им не промахнулся кааркс.

- Феронд, ложись! – крикнула Мика, да так истошно, что маг поморщился от неприятного ощущение в ухе, рядом с которым стояла друидка.

Но Феронд и не подумал броситься на землю. Лайгон заметил, что кааркс прекратил обстрел, а также то, что от этого удара Феронд отлетел на приличное расстояние. Энергия швырнула его назад, взметнула на невысокий бархан, с которого тот, видимо, скатился, но не на ту сторону, которую могли видеть маг и друидка.

Лайгон замер, мигом оценивая ситуацию. Ореливиевый кааркс попал в Феронда, и это вполне могло убить его. Мика перевела ошарашенный и напуганный взгляд на мага, ища поддержки. Но Лайгон не собирался разделять с ней тревоги или же скорбь.

- Ты же видела: он сам виноват, - пожал плечами маг, показывая, что он совершенно не причастен к тому, что всё так получилось.

Маг очень хотел, чтобы Мика прекратила на него так смотреть. Ему нужно было срочно увидеть Феронда и посмотреть, что с ним. Потому что Лайгон отказывался верить, что его брата могло не стать. Он не мог допустить этого, не мог потерять его, но и не мог показать, что чувствует на самом деле, особенно друидке, которая по-прежнему опасалась его.

Мика не стала дожидаться очередных колкостей от мага и побежала к Феронду. Лайгон устало и безнадёжно вздохнул: ему не оставляли выбора. Пришлось прикрывать Мику, следуя за ней спиной вперёд, чтобы видеть и отражать все атаки противника. Это было не очень удобно, да и вообще раздражала сама ситуация. Если бы все мысли мужчины не были заняты беспокойством за брата, он бы наверняка высказал самонадеянной друидке много нелицеприятного. Он не любил, когда его провоцировали на помощь тем, кому не следовало знать о его светлой душе.

За барханом оказалось вполне безопасно, если сидеть и не поднимать голову высоко. Феронд лежал на песке, весь пыльный, но совершенно не мёртвый. Его тело не было безвольно распростёрто, а лежало вполне аккуратно, словно он, скатившись, принял удобную для себя позу и уснул.

 - Феронд! – Мика бросилась к лежащему на песке валинкарцу и принялась отводить запылённые пряди волос от его лица.

Лайгон мысленно отметил, что друидке хватило ума сообразить, что Феронд жив. Это промелькнуло в его сознании фоном к основной мысли, которая занимала его: Феронд жив. Маг сел на песок и закрыл глаза, пытаясь унять колотящееся сердце. Он испугался за брата точно так же, как когда пришёл в Валинкар и не сразу увидел его. Это воспоминание быстро отрезвило чуть было не расчувствовавшегося мага. Лайгон с обидой вспомнил, что тогда и сейчас – совершенно разные ситуации, потому что сейчас это нежелание смерти Феронду было ещё более нелепым, противоестественным и гонимым магом, чем раньше. Феронд не знал и даже не догадывался, что постоянно, каждым своим поступком, он заставляет брата сильнее ненавидеть, но при этом острее осознавать, что потерять его навсегда он не готов.

- Всё хорошо, ты слышишь… Всё будет хорошо… - голос Мики был нежен, и маг даже открыл глаза, чтобы посмотреть, как там его брат.

Феронд слабо улыбался, на щеке его были мелкие царапины от того, что энергия проволокла его по песку, карие глаза смотрели на Мику с любовью, а друидка, держа его руки в своих, шептала ему что-то приторно-сентиментальное. Лайгон не мог не разрушить этот трогательный момент. Он перебрался поближе к брату и зло прошипел:

- Ты что, совсем выжил из ума? Или оглох, и не слышал, что тебе кричат?

- Я хотел, чтобы вы наглядно убедились… - неуверенно прошептал Феронд, который итак ощущал чувство вины за то, что напугал любимую, да и брата, если того хоть немного беспокоила его судьба.

- В чём убедились? – ласково переспросила Мика, и Лайгон сердито глянул на неё, поскольку не одобрял то, что она так просто простила его брату эту неблагоразумную выходку лишь за то, что ему удалось выжить.

- Кааркс не убивает, - поделился открывшимися ему знаниями Феронд. - Он не может убить, он даёт энергию… и даже переизбыток её не способен уничтожить живое, лишь лишить сознания… Друиды – они не мертвы, они просто в беспамятстве, потому что не способны были воспринять столько энергии… И… когда он ударил меня своей энергией, я увидел его, и увидел часть его памяти, совсем небольшой отрывок и… не уверен, что всё правильно понял…

- Давай факты, - сухо перебил маг. – Мне не интересны твои домыслы и сомнения. Не уверен - не говори!

Феронд не стал пререкаться и ответил по существу:

- Он кааркс… действительно ореливиевый и сильный, способен делиться своей энергией… Только каарксы не боготворили его… Сперва они хотели просто убить, а он отбивался, и они стали обладать магией… и теперь они охраняют его, потому что именно он дал им силу и ненависть ко всем мирам и расам… Хотя, наверно, мирными каарксы никогда не были…

- И… что от этого меняется? – спросила Мика, переводя взгляд с Феронда на мага и ожидая ответа хоть от кого-то из них.

- Ничего, просто… - Феронд не был уверен. – Просто, мы можем не бояться его…

Лайгон вздохнул: не было никакой разницы, опасен кааркс или нет – нужно было поскорее уходить с этой планеты, пока не прибыл Арлин.

- Отлично! – сказал маг. – Тогда мы, наконец, можем покинуть Иар? Ты хотел спасти друидов, но спасать их не надо…

- Но зачем уходить мне? – не понял Феронд. – Ведь здесь не опасно…

- Как же ты глуп! – рявкнул Лайгон. – Если ты выдержал один удар, это не значит, что выдержишь второй!

Мика посмотрела на Феронда умоляюще. Она, хоть и любила казаться бесстрашной, осознавала, насколько это место опасно и насколько их польза здесь минимальна. Валинкарец хотел объяснить ей своё желание остаться, но Лайгон тихо застонал. Мика и Феронд тут же посмотрели на него. Он сидел, подтянув к груди колени и упираясь руками в песок, причём кулаки его были сжаты, но из них не сочился дым.

- Они привезли Арлина, - прошептал маг, чувствуя, что ему становится плохо. – Не могли подождать, пока мы уберёмся отсюда…

Феронд смотрел на него с тревогой, но помнил, как Лайгон умеет прикидываться. И всё же он осторожно дотронулся до плеча мага и тихо напомнил:

- Ты же можешь обратиться к кристаллу, это же сила мысли, а не магия…

- Ага, - фыркнул маг, который по-прежнему не хотел оставлять брата здесь одного и потому был вынужден оставаться на этой планете тоже. – И пропустить самое интересное, когда терять мне больше нечего? Не для того я задержался здесь! Теперь зато никто не посмеет попытаться вынудить меня помогать, поскольку я и сам беспомощен… - он скрипнул зубами и тихо добавил: - Как же плохо-то…

- Скоро это пройдёт, - ободряюще сказала Мика. – Просто магические силы покинули тебя разом, но скоро организм адаптируется и станет легче.

Лайгон сердито глянул на неё. Голова кружилась, веки тяжелели, и он прилагал немалое усилие воли, чтобы не потерять сознание. Он твёрдо решил, что как только разум начнёт мутнеть, он отправится в портал друидов, потому что позволять кому-либо защищать себя он не был готов.

Он посмотрел в звёздное небо и увидел приближающийся корабль.