- Мика, ты не идёшь! - заявил Эйдис, почувствовав, что взгляда не достаточно, чтобы убедить девушку.

- Идёт Феронд, и иду я, - спокойно и уверенно ответила девушка. - Он не готов, он может ошибиться...

Валинкарец слегка улыбнулся. Мика продолжала делать вид, что они никуда не отправлялись и не пробирались в тыл врага. Уж тем более, не спасали никого и не подвергали свои жизни опасности. Девушка утверждала, что хочет отправиться с ним ради его безопасности, но мужчина понимал, что она просто хочет быть в гуще событий... или быть рядом с ним. Он прогнал лишние мысли и спросил у Эйдиса по существу:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Почему ей нельзя идти?

Друиду вопрос понравился, и он с готовностью ответил на него:

- Эта планета, во-первых, далеко, а во-вторых, опасна для женщин. Тамошние люди разработали субстанцию моногамности. Её вводят в тело посредством укола. И у них есть оружие, которое стреляет подобными шприцами, и они за долю секунды впрыскивают субстанцию, после чего первый прикоснувшийся мужчина становится для женщины единственно желанным. То есть, достаточно одного поцелуя с местным жителем после укола, и домой она, - он указал на Мику, словно в неё уже выстрелили, - просто не захочет возвращаться. А если ты притащишь её силой, она будет несчастна… Осознаёшь масштаб проблемы?

Феронд, внимательно слушавший рассказ, кивнул:

- Да, но… зачем эти люди изобрели эту субстанцию?

- А для чего вообще что-то изобретается? – вздохнув, задал риторический вопрос Эйдис и сам же ответил на него: - Чтобы жить лучше. Чтобы была гармония, понимаешь? Они прикинули, что проще всего сделать счастливым весь народ, это сделать счастливым каждую отдельно взятую семью. Не секрет, что измены, подозрения, ревность и предательства здорово подкашивают людей, да и не только людей – любое разумное существо будет переживать. Поэтому они придумали эту субстанцию. Она должна была даровать гармонию. И, в принципе, даровала, только выяснилось, что женская часть населения значительно меньше, чем мужская, так что теперь они пытаются найти своих спутниц жизни любыми способами.

- Но это подло… - прокомментировал Феронд.

Эйдис кивнул, немного подумав, но не успел прокомментировать реплику валинкарца, так как это сделала друидка.

- Да, для нашего понимания – да, это подло, - демократично ответила Мика. - Но, если вдуматься, то ситуация там не очень и плоха. Многие мечтали бы оказаться там и быть подстреленными. Я серьёзно. Люди там весьма симпатичные, к тому же они честные: неизвестен ни один случай, когда они отступали бы от своих идей. Если уж в тебя вколют субстанцию, то знай – твой спутник жизни себе тоже вколет, потому что только взаимная привязанность гарантирует гармонию…

Эйдис и Феронд ошарашенно смотрели на друидку. Она заметила, что шокировала их, и добавила:

- Это объективно я говорила. Лично мне люди не подходят хотя бы потому, что они слишком мало живут, а субстанция не перестанет действовать, если один из пары умрёт.

Эти слова ничуть не помогли собеседникам прийти в себя. Они по-прежнему смотрели на Мику, как на сумасшедшую, тем более своими последними фразами она позволила им понять, что уже обдумывала вариант жизни на той планете. Девушка вздохнула и резюмировала:

- Я иду с Ферондом. Постараюсь быть предельно осторожной.

Валинкарец не разделял её энтузиазма. Он знал, что эта девушка сильна, но так же знал, что она постоянно переоценивает свои силы. Два раза ему приходилось видеть её в боевых условиях, и оба раза приходилось тащить её на себе, хотя в первый раз это получалось паршиво, суть от этого не менялась: Мика не умела быть осторожной и плохо продумывала свои действия. И всё же Феронд не чувствовал, что в праве попрекать её. Она спасла ему жизнь и обучила пользованию оружием. Друидка вполне могла иметь своё мнение, против которого идти было бы нечестно.

- Знаешь… - неуверенно начал мужчина. – Ты действительно могла бы остаться… Я думаю, у тебя ещё будет возможность испробовать ореливиевую йишиль. Там ведь не последние каарксы. Впереди много битв, и ничего, если одну из них ты пропустишь в целях безопасности.

- Слушайте, мой жилет иглой не пробить, - постаралась успокоить товарищей Мика. - Представьте, как мала вероятность, что люди сумеют попасть мне в руку, ногу или голову?

- Вообще-то, не так уж и мала, - заметил Эйдис.

- Ладно… - сдался Феронд, понимая, что всё равно всё будет так, как решит друидка: управляла «Магурсом» она, да к тому же умела действовать втихаря и наперекор всем.

В общем-то, было всего два варианта, как рассудил валинкарец: отправиться с Микой и хотя бы иметь возможность защитить её, или же оставить девушку здесь, а потом узнать, что она всё равно отправилась в бой. Второй вариант был для него неприемлем.

- Не смотри на меня так, словно я сегодня умру, - усмехнулась друидка под тревожным взглядом Феронда.

- Я… просто не хочу потерять тебя, - признался он, не заботясь о том, насколько откровенно прозвучит его фраза.

- Так не теряй, - резонно посоветовала девушка, счастливо улыбаясь ему.

***

Феронд тоскливо смотрел на экран, который отображал то, что можно было бы видеть в окне, если б оно было. Облака, вершины гор, бесконечность неба. Тихое жужжание приборов нарушало тишину, летательный аппарат слегка подрагивал, разгоняясь до необходимой скорости. Мика крепко вцепилась в штурвал и сидела с закрытыми глазами. Ей нужно было сосредоточиться, чтобы переместиться хотя бы в верхние слои атмосферы другой планеты, поскольку, как понял Феронд, планета ты находилась где-то далеко, и добираться до неё было делом не простым. Лимонный вкус от пластинки во рту теперь уже не казался столь резким, коим находил его Феронд в первые разы. Да и вообще валинкарец как-то легко переносил все взлёты и портации.

Перемещение оказалось столь незаметным, что Феронд понял, что они уже в атмосфере чужой планеты лишь тогда, когда Мика, выдохнув, сказала:

- Если лететь, преодолевая космическое пространство, то мы бы поспели к тому моменту, как внуки тех людей, что сейчас сражаются, доживали бы последние дни.

Феронд никак не мог свыкнуться с тем, что все вокруг маги. Сам он, хоть и признавал присутствие в себе некоторой магической энергии, себя магом не считал. И потому спросил:

- Но… если та планета так далеко, то почему мы так быстро оказались на ней? Ведь Эйдис говорил, что она далека…

Девушка посмотрела на него, замечая, что он несколько смущён собственным вопросом, подозревая, что снова сморозил глупость. Но Мика добродушно улыбнулась ему и сказала:

- Знаешь, если маг говорит, что планета «далеко», он редко имеет в виду расстояние. Но Эйдис имел в виду именно его. Обычно для нас «близко» - это то, что доступно. «Далеко» - то, что недоступно или трудно доступно. Валинкар недавно проходил совсем недалеко от Саталариса, но добраться до туда ни один друид бы всё равно не сумел.  А эта планета очень далека по расстоянию, но зато совершенно не защищена от вторжения магов. Сюда очень легко попасть.

Феронд понял, что пока Мика выбирает место для посадки, можно поговорить на отвлечённые темы, и потому спросил:

- Эйдис смотрел на тебя необычно пристально – он что-то заподозрил?

- Да, - кивнула девушка, не отвлекаясь от изображения на мониторе, хотя оно и было словно в тумане. - Но заподозрил совершенно не то, что мы совершили на самом деле.

- А что тогда? – спросил валинкарец, и девушка, засмеявшись, посмотрела на него:

- Знаешь, у нас с Эйдисом есть некоторые… недопонимания… - она лучезарно улыбнулась мужчине, на миг переведя взгляд на него.

- Из-за меня? – тихо осведомился Феронд, желая всё-таки разобраться во всём, что девушка скрывает.

- Да, но это не должно волновать тебя, - беззаботно ответила девушка. - Эйдис не очень понимает меня, и потому… - она замялась и решила отмахнуться: - в общем, это долгая история…