Анна повернулась к Авроре и тут же обратилась к ней:

— Помнится, твой брат тяжело это переживал. Пить, вроде бы начал… В Блудный дом шатался…

— Давно это было, госпожа, — ответила Аврора. — Теперь он примерный семьянин, дочь у него родилась…

— Тяжело тебе, наверное, было в глаза Елене смотреть, когда она за этим столом сидела.

Радомир резко к Авроре повернулся.

— Не мое то дело было, — прошептала Аврора. — Я службу несла.

Все замолчали. Кажется, только что Анна вскрыла какой-то глубокий нарыв и гноем забрызгало всех, кто сидел за столом.

— Ну что ж, — произнес Радомир, вставая из-за стола, — кажется, мне уже пора. В пол десятого лекарства в больницу привезут — опоздать не хочу.

— Кто ж это лекарства ночью возит? — спросил Савелий.

— Добровольцы. Я давно заказ этот из Северных земель жду. Спасибо за прекрасный ужин. Всем до свидания.

Радомир задвинул стул, на котором сидел, и, улыбнувшись Терре, покинул столовую.

— Какой интересный вечер у нас получился, — засмеялась Анна, — тебе так не кажется, дорогой?

Савелий искоса на Анну взглянул и ничего не ответил. Петр, тем временем, подлил Авроре еще бормотухи и та, кивнув в знак благодарности, опустошила очередной бокал.

— Аврора, попробуй еще что-нибудь, — забеспокоилась Терра, глядя на ее позеленевшее лицо.

— Спасибо, госпожа, но мне действительно пора. Разрешите откланяться, господин Гелиан?

— Конечно, — кивнул Гелиан.

Аврора отодвинула стул и встала. Слегка пошатнувшись, она ухватилась за край стола, чем вызвала беспокойство.

— Может, лучше переночуешь в доме? — предложила Терра. — Куда ж тебе на ночь глядя домой возвращаться?

— Не стоит, госпожа. Я дорогу и с закрытыми глазами найду.

Больше ничего не говоря, Аврора медленно дошла до двери и вышла из столовой.

— Ну, и чего ты этим добилась? — спросил у Анны Савелий.

— Тебе самому не надоели эти игры? — скривила лицо Анна. — Или ты думал, что сможешь всю жизнь держать его под колпаком?

— О чем это ты толкуешь?

Анна широко улыбнулась мужу и ответила:

— Настало время пожинать плоды, Савелий. И получать по заслугам, — добавила она.

Савелий из-за стола поднялся и на жену свою с ненавистью посмотрел:

— Вздумала мне дорогу перейти? Что ж, еще посмотрим, кто кого!

Савелий покинул столовую. Следом за ним откланялась Катерина. Только после этого из-за стола встала Анна. После их ухода, все остальные сделали вид, что ничего особенного не произошло.

— Ты не устала? — тихо спросил Гелиан, продолжая удерживать ладонь на руке Терры.

— Скорее, я запуталась.

— Честно говоря, я тоже.

— В вашей семье все ужины такие? — поинтересовалась она.

— Ну что ты! Обычно, все намного веселее.

Терра улыбнулась и отвернулась.

— А Аврора-то наша напилась! — с гордостью заявил Петр. — Не меньше трех полных бокалов бормотухи уговорила. И ячменного напитка тоже прилично приняла. Кабы девке плохо по дороге домой не стало.

— Радомир о ней позаботится, — махнул рукой Антон.

— Ты видел, с каком состоянии он уходил? — спросил его Василий.

— Конечно видел! — Антон отодвинул от себя тарелку и сложил руки на груди. — А причем здесь вообще брат Авроры?

— Не стоит в чужом грязном белье копаться, — ответил Гелиан.

Василий покачал головой:

— В свете слухов последних сейчас все поселение только этим и занимается.

— Так что же наша маменька задумала? — задал вопрос Антон.

— А ты не в свое дело не лезь! — Василий указал пальцем на Антона. — Мать с отцом сами разберутся, что к чему.

— Лучше бы ей отца не доводить, — покачал головой Василий.

— В этом доме ей нечего бояться, — произнес Гелиан и встал из-за стола. — Пойдем, Терра, я тебя провожу.

— Конечно. Спасибо за ужин, — улыбнулась она всем остальным.

— И тебе, — засмеялся Антон. — Если бы ты не пригласила Аврору — такого спектакля мы бы вовек не увидели!

— Рот свой закрой! — рявкнул Гелиан, отчего у Терры холодок по спине пробежал.

— А что я такого сказал?

— Пойдем, Терра, — произнес Гелиан и помог ей подняться.

Аврора пришпорила лошадь и погнала вперед. Голова шла кругом, но тело обрело какую-то свободу. Она разогнулась на лошади и отпустила поводья, расставляя руки по сторонам. Закрыв глаза, Аврора представила себя летящей на детской карусели. Фрагмент воспоминания из прошлого, когда она каталась на карусели, парящей в воздухе, раскинув руки по сторонам. А вокруг детский смех и огни, слепящие глаза.

— Куда прешь, дура!!!

Аврора распахнула веки и едва успела схватиться за поводья, чтобы разминуться на узкой дороге с повозкой.

— Идиотка!!! — прокричал кучер ей в спину.

— Пошел ты!!! — гаркнула Аврора и засмеялась.

Господи, сколько же лет она жила в страхе? Сколько лет хранила свои и чужие секреты? Каждый день похож один на другой. Стена и забор, одни и те же истории, пересказанные новыми людьми на разный лад. Конец у всех историй печальный. Конец этих историй спрятан за закрытыми дверями чужих домов, он таится в глазах чужих детей, его выносят за забор добровольцы.

В голове возник голос Елены: «Ты ведь никому не скажешь о том, что видела?» «Оставь меня и в жизнь мою не лезь — это все, что ты можешь сделать, как его сестра». «Он все знает и говорит, что ему это не важно». Голос Кирилла: «Не лезь не в свое дело, иначе пожалеешь!» «Откроешь рот — и я убью тебя, все поняла?». «Если он придурок — пусть женится на этой потаскухе!»

Мир слишком тесен для всех них, для их секретов, для их тайн и той грязи, в которой они копошатся. Их всех ждет пустошь: рано или поздно она поглотит их, как поглотила ее родителей.

В голове возник голос дяди: «Это — твоя тайна, Аврора. Если остальные узнают о ней, тебя станут бояться. А если будут бояться, могут и убить».

— Я больше не боюсь смерти, дядя!!! Я хохочу, заглядывая ей в глаза, как это делал всю свою жизнь ты!!!

Аврора пригнула голову и пришпорила лошадь. Ей нужен серебряник. Кажется, Аврора знает, где его можно взять.

Она спешилась у своего дома. Бросив поводья, Аврора застыла напротив окон… Разбитых окон своего дома.

— Вот где суки! — прокричала она и направилась внутрь.

Там все было перевернуто. Посуда на кухне валялась на полу: битые тарелки, кружки и стаканы превратились в хлам. Аврора прошла в гостиную и зажала нос рукой. Кто-то помочился на циновку, которую она купила совсем недавно. Аврора прошла в спальню и прислонилась плечом к стене. Все было перевернуто вверх дном. Ее белье, одежда искромсаны и раскиданы по полу. Постель разворочена. И все обмочено.

Аврора развернулась и направилась в ванную. Там, в полу, у нее был тайник. Забравшись под ванную, она достала из тайника кинжал, подаренный Гелианом. За кинжал дадут как минимум пять серебряников.

Аврора выползла из-под ванной и отправилась на улицу. Оказалось, что лошадь уже удрала. Аврора свистнула и позвала ее, но, очевидно, сегодня очередной неудачный день. Махнув рукой, она направилась в ломбард пешей.

К тому времени, как Аврора доковыляла к центру поселка, приличные ломбарды уже закрылись. Оставались те, которые скупали у пьяниц и игроков всякий сор задешево. Аврора вошла в один такой и улыбнулась Николе — хозяину заведения.

Выложив ему на стол кинжал, она спросила:

— Сколько?

Никола взял кинжал в руки, повертел его, потом сменил очки и снова повертел кинжал в руках.

— Девяносто медяков, — огласил Никола.

— Ты издеваешься? — мерно покачиваясь, спросила Аврора. — Он стоит не меньше пяти серебряных!!!

Никола протянул Авроре ее кинжал и дал свой ответ:

— Один серебряный. Больше не дам.

— Четыре серебряных.

— Один.

— Ладно, давай три! Я же все равно его выкуплю на следующей неделе!