— Тебя требует к себе герцог! Он хочет, чтобы ты вышла в малый зал! — выдохнул мужчина и замахал руками. — Шевелись, шевелись!

— Зачем? — у меня снова поползли по спине мурашки страха. Я поднялась и, стараясь говорить спокойно, спросила: — Он не говорил?

— Поторопись, девица! — повар не ответил на мой вопрос и подтолкнул двери. — Пойдем!

Мы покинули уютную кухню, и пошли длинными коридорами, которые становились все красивее и шире. Но мне было не до окружающих интерьеров. Господи, вот что не так? Может ему не понравился борщ? Может что-то с салатом? Надеюсь, у них тут головы за это не рубят? Бред конечно… но кто знает, кто знает…

Я накручивала себя всю дорогу и когда слуга распахнул перед нами дверь, чуть не свалилась в обморок, оказавшись пред ясны очи своего аристократичного жениха.

Он сидел во главе длинного стола, держа в руке бокал с вином, и я обратила внимание на пустые тарелки возле него, которые аккуратно убирали слуги. Значит, он съел все, что мы приготовили! Это было хорошим знаком.

По правую от него сторону сидела красивая женщина с шикарной прической, украшенной нитями жемчуга, а по левую, молодая девушка, очень на нее похожая в профиль. Они повернули головы, и в этот момент я поняла, что ошиблась — женщины были похожи только внешне. Не нужно было уметь читать по лицам, чтобы увидеть высокомерие, горделивость и самовлюбленность с одной стороны и доброту с другой.

— А вот и вы, — герцог вскинул голову и поманил меня пальцем. — Подойди сюда, Риа.

Мои ноги превратились в ватные столбы, и я как робот Вертер из фильма моего детства, поплелась ближе к столу.

— Познакомьтесь, — он обратился к своим женщинам. — Это та девушка, благодаря которой мы так вкусно пообедали сегодня.

— Милая, это действительно вкусно, — сказала женщина постарше и, поднявшись, направилась ко мне. — Скажи мне, где ты научилась так готовить? Это достаточно необычно.

Она подошла и погладила меня по спине, ласково глядя такими же, почти желтыми глазами как у герцога. Неужели мать?

— Я с детства любила смешивать продукты, — ответила я, чувствуя расположение к этой женщине с красивой осанкой и дружелюбным взглядом. — А потом все это переросло в желание готовить нечто не совсем обычное.

— Ты молодец, у тебя большое будущее, — сказала она и спросила: — Сколько тебе лет?

— Двадцать, ридганда, — ответила я и она кивнула.

— Хорошо. Спасибо тебе, Риа.

— Это моя матушка, — сказал герцог, обращаясь ко мне. — Ридганда Гортензия, а это — моя сестра ридганда Элла.

Он указал на молодую девушку, и я присела, вспомнив, что это вообще-то нужно было сделать, как только мы вошли.

— Мне кажется довольно поздно для книксена, — надменно произнесла Элла, окидывая меня брезгливым взглядом. — Леон, говорят, что у нее обезображено лицо, а ты допустил ее к продуктам.

— И что? — герцог недоуменно приподнял бровь. — Какое это имеет отношение к тому, как она готовит?

— Ну не знаю… — девушка скривила губы. — Мне кажется, в этом есть что-то неприятное…

— Элла! — возмущенно воскликнула Гортензия и побледнела. — Что ты такое говоришь?!

— А что я такого сказала? — пожала плечами Элла. — Или она сама не знает, что ее лицо съедено огнем? Я даже представить боюсь, что у нее под этой тряпкой!

— Замолчи!

Даже я подпрыгнула от громкого окрика герцога. Он с такой яростью смотрел на сестру, что она сжалась и опустила голову.

— Риа, я позвал тебя, чтобы сказать — сегодня ты можешь остаться в замке. Буря усиливается, и вернуться домой у тебя не получится. Комнату подготовят.

— Благодарю вас, — я склонила голову, сетуя на то, что мне придется ночевать здесь. — Вы очень добры ко мне.

— Это я тебя благодарю за прекрасные блюда, Риа, — ответил он, но я видела, что он злится. — Иди к себе.

Когда мы уже почти вышли из зала, и я услышала голос Гортензии:

— Леон, Элла это сказала по глупости… не злись на нее…

Мы с Дугласом снова пошли по длинным коридорам и, когда малый зал остался позади, повар сказал:

— Не обращай внимания, ридганда Элла очень высокомерна и относится так ко всем слугам… Слишком ее разбаловали…

— Герцог? — спросила я и он тяжело вздохнув, ответил:

— Да, старый герцог погиб, а девочки были очень привязаны к нему. И Мисси, и Элла очень любили отца… Леон принял герцогство и всегда поддерживал сестер, с трепетом относился к их желаниям. Мисси, как и матушка, очень добрая девочка, а Элла с детства славилась тяжелым характером. Вседозволенность сделала ее злой и неприятной… Но наш герцог уже понял, что сделал ошибку и теперь пытается исправить ее.

Я слушала его и думала о том, что в любом мире все держится на чувствах, и это не лишало надежды на то, что герцог был нормальным парнем.

Мы вошли в кухню, и я сразу увидела невысокую, пышную женщину с приятным лицом. Она сидела за столом и о чем-то тихо разговаривала с мальчиками.

— Фрода! — Дуглас радостно всплеснул руками. — Ну, наконец-то! Я думал, непогода застала тебя на рынке!

— Я успела вернуться, — ответила женщина и поднялась. — А потом помогала дочери отпаривать платья Эллы.

Она подошла к нам и ласково спросила:

— Риа?

— Да, это я, — я кивнула, чувствуя ее дружелюбие. — А вы супруга Дугласа?

— Фрода, — представилась она, не переставая улыбаться. — Он не обижал тебя?

— О нет! — засмеялась я. — Мы сразу же нашли общий язык.

— Ты должна попробовать то, что мы приготовили! — повар засуетился у кастрюль. — Пальчики оближешь, я тебе обещаю!

Фрода, конечно же, пришла в полный восторг и так долго хвалила меня, что я уже начинала чувствовать себя неловко. От потока восхищений меня спасло появление девушки, как две капли воды похожей на Дугласа из чего я сделала вывод, что это Берта.

Несмотря на полноту, она была очень подвижной и вихрем пронеслась по кухне, целуя братьев и на ходу заглядывая в кастрюли.

— Меня Берта зовут, — сказала она и протянула руку. — А тебя Риа?

— Да, — я пожала мягкую ладошку. — Приятно познакомиться.

Девушка улыбнулась и, усевшись на стул, защебетала:

— Герцог так отчитывал Эллу, что было слышно даже на втором этаже! Говорят, она замкнулась в своей комнате, и швыряет вещи в стену! Ридган тоже в бешенстве и пьет вино, сидя у очага!

— Какая взбалмошная девица, — недовольно произнесла Фрода. — Что она натворила на этот раз?

— Оскорбила нашу Риа, — ответил Дуглас и тяжело вздохнул. — Сказала, что с таким лицом ей не стоит браться за продукты.

— Ужас! — женщина покачала головой и похлопала меня по руке. — Не принимай близко к сердцу ее слова. Только глупцы обращают внимание на внешность.

Буря к вечеру действительно набрала обороты, и ветер за окном гудел с неистовой силой. Раскаты грома были такими мощными, что казалось, будто какой-то сказочный великан бил дубиной по железной крыше.

На кухню заглянула незнакомая служанка и позвала меня с собой.

— Пойдем, я покажу тебе твою комнату.

Она находилась недалеко от кухни и оказалась вполне приличной. Чистая, с белеными стенами и узким окном, выходящим на озеро. В ней стояли кровать, стол, стул и большой сундук.

— Если замерзнешь, в сундуке есть одеяло, — сказала женщина и указала на таз с кувшином. — Вода холодная, но для умывания сойдет. Полотенце тоже в сундуке.

Она ушла, а я закрыла двери и наконец, сняла с лица надоевшую тряпку. После чего избавилась от накладок и сразу же почувствовала себя намного лучше. Умывшись, я прилегла на кровать и уставилась в потолок, вспоминая герцога. Леон… А ведь и правда лев. Одни глаза чего стоят…

Я почти заснула, когда раздался тоненький писк, заглушаемый ветром. Распахнув глаза, я уставилась в темноту, пытаясь понять, приснилось мне это или нет. Нет, писк раздался снова, и мне пришлось встать, чтобы определить, откуда доносился.