— Зачем говоришь мне все это? — произнесла Терра. — В союзники ко мне метишь или умысел другой у тебя есть?

— Нет у меня умысла никакого, Терра. Я за Гелиана костьми лягу, если потребуется. И пока он жизнь твою превыше всего ставит, я тебе помогать буду. Но если вздумаешь ты Гелиану навредить или по твоей вине пострадает он, я, как и дядька мой, Савелий, нож тебе в спину всажу и не моргну при этом.

Терра улыбнулась словам Радомира. Прямолинейность она всегда в людях ценила, а Радомир сейчас говорил не виляя.

— Наставления твои мне по душе пришлись, — кивнула Терра. — Позволь, и я тебе совет дам.

— Позволяю.

— Приведи себя в порядок. Не гоже мужику знатному, да еще и врачу уважаемому, с патлами, как у девки, ходить.

— Ты патлы мои не трогай! — шикнул Радомир. — Без тебя решу, как мне среди люда ходить!

Терра вздохнула и на стол железный облокотилась:

— Думаешь, если слухи поползут, так ты к отцу Авроры сходишь и проблемы все решишь? Как бы не так! Аврора не из тех, кто протянутую из жалости руку примет…

Радомир нахмурился:

— Если в позу Аврора станет, значит, верно говорят, что дурой родилась.

Терра рассмеялась и с нисхождением на Радомира взглянула:

— Сколько лет ты Аврору знаешь?

— Давно ее знаю, — пробурчал Радомир. — С детства самого, наверное.

— Правильней сказать, что ты знаком с ней с самого детства. Но что ты знаешь о ней? — Терра пожала плечами и тяжело вздохнула: — Ничего ты о ней не знаешь. Для тебя Аврора, так же, как и для всех остальных, просто дурой была.

— Я жизнью своей жил и до нее мне дела никакого не было! — оправдывался Радомир.

— Вот и она о том знает. И ничего ей от тебя не нужно: ни жалости, ни исполнения долга. Разговоры рано или поздно утихнут, а Аврора как была для людей дурой, так ей и останется.

Радомир от Терры отвернулся и на дверь входную уставился:

— Это не она дура, а все, кто окружают ее — дураки.

— Прежде, чем дел благих натворить, Радомир, вспомни, чем вымощена дорога в ад…

— Она все равно пострадает, — прошептал Радомир. — Не сейчас, так потом… Рано или поздно она ошибку совершит, и тогда остальным ясно станет, с кем дело они имеют. Ты же сама знаешь, как сильно люди не любят, когда их за нос водят… И без того она не в почете, а узнай остальные правду — ее разорвут. Когда этот день настанет, у Авроры только два пути будет: либо за дядькой своим на смерть идти, либо назвать меня мужем. Она понимает это так же хорошо, как и я. Потому, примет верное решение.

В дверь постучали:

— Войдите! — ответил Радомир.

В кабинет вошел мужчина и, поклонившись Терре и Радомиру, протянул тапочки. Терра поблагодарила его и обулась.

— Митрофан, а куда Аврора подевалась? — спросил Радомир.

— Да там она… в коридоре стоит… В окно, как обычно, смотрит, — мужчина усмехнулся. — Сдались ей эти горы… Хотя, кто ж дурных этих поймет?

— Действительно, — хмыкнул Радомир, — дуракам умных не понять: они в каждом дурость ищут, чтобы тупость свою оправдать.

Митрофан на Радомира угрюмо покосился, но слова в ответ не вымолвил.

— Ступай, Митрофан, — устало произнес Радомир. — Книгу дочитай, которую я велел. Потом расскажешь мне, что нового узнал.

— Да, господин.

— Ну что ж, — улыбнулась Терра после ухода Митрофана, — и мне пора.

— Иди, — кивнул Радомир. — Я кого-нибудь к Гелиану отправлю весть хорошую о твоем возвращении домой передать.

— Отпускаешь, значит.

— Можно подумать, ты моего дозволения попросишь. Сама сказала, что уходишь завтра. Вот и иди!

— Спасибо тебе, что жизнь мою спас, — произнесла Терра и склонила голову в знак уважения.

— Не меня благодари.

Терра непонимающе нахмурилась.

— Гелиана, — ответил Радомир и осуждающе покачал головой.

За день Аврора с госпожой Террой всего несколькими словами перемолвилась. Видать было, что госпожа знает о том, что Аврора разговор их с Радомиром и Франей подслушала, но ничего спрашивать и выяснять не стала. Госпожа Анна всегда Аврору недолюбливала и не было у Авроры сомнений, что вскоре все поселение ее имя с грязью смешает. К сплетням досужим о себе она давно привыкла, но ни разу не называли ее за спиной блудницей.

Шаги за дверями. Аврора встала со стула и как всегда ладонь к кобуре прижала. В палату вошел господин Гелиан и, кивнув Авроре, улыбнулся:

— Иди уже. Я с госпожой до утра побуду. Потом ты меня до полудня сменишь, пока я не вернусь, чтобы Терру домой забрать.

— Хорошо, господин. Мне к восьми приходить?

— Да, приходи к восьми.

На том Аврора откланялась и направилась домой.

Приняв ванну, она сразу на кровать завалилась. Проснулась, когда за окном уже темно было. Расходилась немного, поела, молока выпила и стала в доме прибирать. Стук в дверь застал ее с мокрой тряпкой в руках.

— Кого неладная ночью принесла? — прокричала Аврора, бросая тряпку в ведро и к двери направляясь.

— Свои, — послышался голос Катерины. — Открывай!

Аврора припрятала нож в кармане штанов широких и пошла открывать. Дверь отворяла с камнем на сердце. Знала, что добра от визита Катерины ждать ей не придется.

Катька вошла в дом Авроры как к себе домой. Разуваться тоже не стала, хотя то дурным тоном считалось. По намытым полам в запыленных сапогах прошлась, грязь разнесла и в спальню Авроры юркнула.

— Может, выпьешь чего? — громко спросила Аврора к двери в спальню приближаясь.

— Не нужно. Я на несколько минут.

Аврора нож из кармана достала и сжала рукоять в ладони, руку за спину пряча. Толкнула дверь ногой и медленно вошла внутрь. Катерина в грязных сапогах стояла напротив застланной кровати и разглядывала узоры на покрывале.

— Знаешь, — произнесла Катька, — от кого угодно ожидала, но только не от тебя…

— О чем это ты?

— Я тебя многому научила. Защищала от языков злых. Хвалила перед Птаховыми. А ты мне нож в спину всадила и бровью не повела?

— Слухи то пустые, Кать. Нет у меня с ним дел никаких.

Катерина обернулась и злобно улыбнулась:

— На грудь твою да на задницу пялится он, как на собственность свою! Хочешь сказать, что столько лет подле него ты прожила, а он только сейчас заметил, что не дура ты, а болезнь у тебя редкая?

— Не жила я подле него. И повода говорить с собой о болезни моей не давала.

— Все дурочкой прикидываешься… — зашипела Катерина. — Тошнит от тебя.

— Ты закончила? — спросила Аврора.

— Я всегда считала, что на лысую уродину с металлическими ушами ни один мужик не позарится. Тем более такую ограниченную, как ты. Но, видать, даешь ты быстро и легко! Запомни, Аврора: мужики либо сразу женятся, либо не делают этого никогда. Кольца на пальце твоем я не вижу, так что удачи тебе, Аврора, на поприще твоем блудном. Да, и на счет госпожи твоей новой: Анна все силы приложит, чтобы дикарку эту на место поставить. А как на место хозяйка твоя новая станет, так и ты в блудный дом пойдешь. Или в добровольцы. Вторые, кстати, зарабатывают больше.

— Еще раз госпожу мою «дикаркой» назовешь, и я к господину Гелиану на поклон схожу, чтобы передать ему слова твои, — прошипела Аврора.

Катерина в ответ рассмеялась:

— Дом твой на окраине расположен. Тихо здесь, не людно… Если заявится кто с визитом к тебе ночью, пару мужиков, например, из отряда нашего, так даже криков твоих не слышно будет…

— Убирайся отсюда!

Катька на полы начищенные сплюнула и к двери направилась.

— До свидания, Аврора. Спокойной тебе ночи.

Аврора дверь за ней на засов заперла и по двери той на пол сползла. Катерина слов на ветер никогда не бросала. Черт… Черт-черт-черт!!! Только этих проблем ей в жизни не хватало!

Аврора собралась с мыслями и встала с пола. Оставив нож на столе, она достала из ведра тряпку и принялась по новой полы в доме мыть. Ни для кого не секрет, что Катка по Радомиру давно слюни пускает. Как только мужик ее помер, сразу же стала на новую жертву поглядывать. В браке детей у нее не родилось, и многие поговаривали тогда, что Катькина то вина, а не мужа ее. Хотя, кто там разберет? У люда всегда женщина виновата… И вот теперь Аврора поневоле дорогу Катьке перебежала. Если бы Радомир из простых был, на интерес Катькин в деле этом всем наплевать бы было. Мало, что ли, мужиков в округе, чтобы из-за одного войну начинать? Но, Радомир не простой мужик. За фамилию его любая незамужняя душу дьяволу продаст, и Катька в их числе. Вот только никогда Аврора не думала, что Катька до угроз подобных опуститься может… Сама ведь всю жизнь среди мужиков жила, знает, какого это — ночами не спать и ждать, что вломится из них кто-нибудь…