Ладно, разберемся с этим потом. Для начала нужно помочь Лаванде.

С кровати послышалось жалобное мычание, и я снова бросилась туда. Бедняжка содрогалась в рвотных спазмах и, оглянувшись, я схватила ведро, стоящее под столом.

Вот это выглядело совсем уж странно. Не теряя больше времени, я помчалась обратно в замок и, распорядившись, чтобы послали за врачом, нашла Берту.

— Мне нужна твоя помощь. Возьми тряпки, миску и уксус!

— Что случилось? — девушка испуганно замерла, глядя на меня большими глазами.

— Лаванде плохо! Да шевелись же ты!

Вскоре мы уже неслись по двору замка, ловя на себя недоуменные взгляды сонных слуг.

— Нужно ей промыть желудок, — сказала я, начиная подозревать, что это отравление. — Неси воду, Берта! Много воды!

Бедную Лаванду трясло так, что я слышала как стучат ее зубы. Она была бледной, под глазами залегли темные круги, а на лбу выступила испарина.

Завидев меня, девушка застонала и протянула руки в умоляющем жесте.

— Потерпи, я помогу тебе, — я чуть не плакала, глядя на ее мучения. — Только и ты помоги мне, хорошо? Ты будешь делать то, что я скажу?

— Дааа… — замычала Лаванда и рухнула на мокрую от пота подушку.

Когда Берта вернулась с целым ведром воды, мы принялись заливать в нее жидкость, чтобы вызвать рвоту. Лаванда послушно пила, ее рвало, но она снова пила, глядя на меня доверчивым взглядом.

Примерно через час приехал доктор и, вымыв руки, попросил нас выйти из каморки, чтобы он смог осмотреть девушку.

— Не бойся, — я увидела ее испуганные глаза и улыбнулась. — Мы будем за дверью. Доктор поможет и совсем скоро тебе станет лучше.

Доктор вышел через полчаса и сразу же направился к нам.

— Как она? — я увидела, что он взволнован и начала переживать еще больше.

— Сейчас ей лучше, — ответил он и задумчиво потер подбородок. — Но я вынужден вам сказать, что это преступление. Бедняжку пытались отравить.

— А не могла ли она отравиться сама? — предположила я, но доктор покачал головой.

— Нет, герцогиня… В рвотных массах я заметил ягоды черной мажании, а достать их не так просто. Они растут высоко в горах и на равнине это растение найти невозможно. Хорошо, что вы промыли ей желудок, иначе дела были бы, куда хуже… Я оставил лекарства, но возле девушки должна быть сиделка, чтобы обеспечить ей должный уход.

— Я сейчас же пришлю сюда кого-нибудь, — пообещала я и, повернувшись к Берте, сказала: — Ни слова о том, что произошло. Понятно? Если будут спрашивать, говори, что у нее лихорадка.

— Да, госпожа! Я ничего не скажу! — служанка была напугана и я ее прекрасно понимала. — Может, пока я посижу с Лавандой?

— Да, останься с ней. Я провожу доктора и пришлю сюда сиделку.

Берта скрылась за дверью каморки, а мы медленно пошли к замку.

— Вы останетесь на завтрак? — предложила я, но врач отказался.

— У меня много пациентов, которым нужна помощь, а скоро разразится невиданная буря и я не смогу добраться до Вартланда. Мост скроют воды озера… Так всегда бывает в последнее ненастье. Я взгляну на раненого парня и сразу же отправлюсь назад.

— Что ж, тогда прощайте. Спасибо вам, — я увидела графа, стоящего на ступенях и помахала ему рукой. — Ардал проводит вас к раненому.

— До свидания, герцогиня, — доктор поклонился мне и тихо добавил: — Мой вам совет. Будьте осторожны до приезда супруга. Здесь творится что-то нехорошее.

— Обещаю.

Я попросила экономку, чтобы она подыскала среди девушек служащих в замке сиделку для Лаванды. И хотя она ничего не спрашивала, ее лицо выражало крайнюю степень изумления. Если ее даже и возмущала моя забота о больной девушке, высказать она мне его не могла.

До завтрака оставалось еще немного времени, и я решила вернуться в каморку, чтобы осмотреть вещи Лаванды. Отчего-то я была уверена, что меня ждут новые находки.

Бедняжка спала, укрытая теплым одеялом, а Берта рассматривала картинки в книге сказок.

— Госпожа, посмотрите, что я нашла, — сказала она, как только я переступила порог каморки. — Какой странный рисунок.

— Что там? — я взяла из ее рук лист серой дешевой бумаги и посмотрела на изображенные на нем каракули. Так рисуют маленькие дети или… такие как Лаванда.

На рисунке была изображена большая девица со счастливой улыбкой на лице, а рядом с ней стояла миниатюрная дама в платье с большим воротником и высокой прической. Большая девица протягивала ей цветок, а внизу примостилась корявая надпись «Ситра».

Лаванда нарисовала саму себя, но кто это рядом с ней? И что за «Ситра»? Возможно это имя?

Засунув листок в карман, я снова взяла шляпу и внимательно рассмотрела ее. Дорогой фетр и даже вышитое имя мастера на внутренней стороне тульи. Я заметила несколько волосков, и быстро взглянув на Лаванду, поняла, что они принадлежат ей. Итак, девушка носила эту шляпу и это она была в коридоре! Я уже не сомневалась в этом. Но как можно было использовать больного человека? Какой из нее сообщник?

Самый, что ни на есть отличный, если давать ей незамысловатые задания. Она сильная, знает замок и много не болтает. Отличный вариант.

Порыскав еще на вешалке, я обнаружила мужские вещи и плащ, а также очень интересную вещицу. Это был маленький пустой флакончик от духов. Дорогих духов.

Открутив крышечку, я поднесла его к носу и похолодела — точно так же пах платок, найденный мною в коридоре. Розы Хирга?

Сложив все найденные вещи в старую шаль, я завязала ее узлом и сказала Берте:

— Побудь здесь, пока не придет сиделка. Хорошо? И скажи ей, чтобы она никого не пускала сюда. Кто бы это ни был.

— Не переживайте, я и шагу отсюда не сделаю и передам сиделке ваше распоряжение, — пообещала девушка. — Будьте спокойны, ридганда.

Я вышла из каморки и, чтобы не идти через весь дом с вещами, направилась к тайному ходу, ведущему на кухню. Но заходить туда я не стала, ведь в комнате могли находиться Дуглас и мальчишки. Оставив узел в заросшем лианами предбаннике, я вышла обратно и, оглядевшись, вернулась в замок.

За завтраком только и было разговоров, что о предстоящем празднике. Гортензия находилась в приподнятом настроении, Мисси и маркиз тоже. Виконт как всегда громогласно хохотал, подшучивая над всеми, а виконтесса краснела, стесняясь своего мужа. Ардал о чем-то беседовал с отцом Кэро, а Риви все поглядывала на меня, видимо ей тоже хотелось что-то обсудить.

Сторн Линд был вежливым и обходительным, он старался ухаживать за Эллой, но она витала где-то очень далеко, и я предположила, что девушка переживает за сестру. Иногда ее взгляд останавливался на Кэро, но та словно не замечала этого и уделяла внимание только своей матери и Гортензии.

Что-то подсказывало мне, что Кэролайн не отказалась от своих планов отравить Мисси, но больше всего меня волновало еще одно обстоятельство — недомогание Лаванды. Эта дрянь точно была причастна к этому, но какое отношение Кэро имела к больной бедняжке?

— Ты сегодня какая-то задумчивая, — обратилась ко мне Гортензия. — Все в порядке?

— О, да! — я нацепила улыбку. — Просто я постоянно думаю, не забыла ли я чего к праздничному столу!

— Я уверена, что у тебя все под контролем, — свекровь ласково посмотрела на меня. — Жаль, что мы не приобрели тебе красивое платье.

— Риви подарит мне один из своих новых нарядов, — успокоила я ее. — Но разве это имеет какое-то значение, если на празднике не будет Леона.

— Я тоже скучаю по нему, — вздохнула Гортензия. — Но мы будем сильными, не так ли, дорогая?

— Несомненно, — я сжала под столом ее руку. — И устроим замечательный вечер.

— Менестрели уже настраивают свои инструменты, и сегодня будет много музыки, — свекровь склонилась ко мне и шепнула: — Признаюсь, я бы с удовольствием сплясала что-нибудь такое, отчего у меня целую неделю, будут гореть пятки!

Мы засмеялись, и злобный взгляд Кэро тут же переместился в нашу сторону. Заметив, что я смотрю на нее, девушка отвернулась, но я знала, что она прислушивалась ко всему, о чем мы говорим.