Киаран впился в рот Аудроне с такой силой, что та почувствовала боль. Секундную, сладкую, от того, что он прикусил ее губу и утащил в свой рот. Ладони Киарана оказались прижатыми к ее щекам. Дженериец изголодался. Он едва не рычал, глубоко погружая язык и получая ласку в ответ. Еще минута, и она окажется в удобной позе на столе за его спиной. Аудроне коснулась его аккуратной прически, и начала перебирать гладкие пряди волос, пропуская их между пальцев. Губы от его страстного поцелуя заныли, внизу живота стало тепло. Аудроне едва слышно простонала, когда он в очередной раз позволил своему языку нагло вторгнуться на ее территорию, и этот звук подействовал на Киарана отрезвляюще.

Он резко отстранился и довольно грубо оттолкнул ее от себя:

— Хватит!

Аудроне даже усмехнулась, глядя как топорщится ткань комбинезона в районе его паха.

— Так точно, сэр, — томно произнесла она и отошла в сторону.

Киаран отвернулся и начал приглаживать волосы, которые она растрепала.

— Сделаешь мне кунилингус, когда вернемся? — будто невзначай обронила Аудроне.

— Я никого не лижу ниже пояса, — не скрывая брезгливости сообщил он.

— Меня будешь. И часто…

Киаран присел за стол и попытался взять себя в руки.

— Мы сюда о задании пришли говорить, — напомнил он, с трудом концентрируясь на миссии, а не на ее пышных прелестях, которые успел немного помять, пока губы целовал.

Аудроне подошла к голограмме и указала рукой на некое помещение на одном из подземных уровней.

— Мы с тобой заберем «посылку» отсюда, но уходить будем под огнем. Тартас и Вильям должны ждать нас здесь, — она указала на помещение, примыкающее к холлу.

— Кого должен подлатать Вильям? — спросил Киаран.

Аудроне обернулась к нему. Она не улыбалась и казалась совершенно серьезной, что, как понял Киаран за последние дни, с ней бывает редко.

— «Посылку», — произнесла она.

Киаран смотрел на нее, не мигая.

— Объект, который нам «передаст» агент, это человек.

Киаран прижал ладонь ко лбу и продолжал молчать. «Сюрпризы» от командования не были для него новостью. Сколько раз случалось, что его группа эвакуировала людей вместо «объектов». И сколько раз было, что вместо одного «объекта» приходилось забирать несколько. Рекорд — десять человек вместо одного. За спасение «лишних» Киарана по голове не погладили. Но и выговоров не влепили. А однажды приставили к награде и повысили в звании до капитана второго ранга. О том, какой ценой ему достался первый ранг, Киаран вспоминать не хотел.

— Ты знаешь, кто наш «объект»? — спросил он.

— Я никогда не встречалась с ним раньше, — Аудроне снова повернулась к голограмме. — Вильям подлатает объект, а Тартас понесет его на спине. Око и Шори будут прикрывать отход всей группы здесь, — она указала рукой на другой выход из здания. На Жасмин транспорт, а Дон останется на корабле на орбите.

— Ты не скорректировала план, а полностью его поменяла! — разозлился Киаран.

— Но об этом мы с тобой умолчим, — она присела за стол напротив него. — Я не позволю тебе потерять лицо перед командой. Все-таки, ты для них авторитет, а не я. Пусть даже они и знают, что ты их пасешь.

— Насколько «далеко» ты можешь заглядывать в будущее других реальностей? — Киаран пристально смотрел на Аудроне.

— Бессмысленный вопрос, — Аудроне погладила ладонью дешевый пластик столешницы. — Ты должен понимать, что любая реальность — система крайне динамичная. Я могу сделать прогноз, а через час все изменится кардинальным образом, и прогноз будет обрушен. Вероятность реализации предсказанных событий превратится в сотни нулей, отделяющих единицу от запятой, перед которой тоже будет стоять ноль.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Так и не спрашивай больше, раз не отвечаю, — Аудроне отвернулась и опустила глаза.

— А каким образом ты так быстро высчитываешь проценты вероятностей? Я слышал, что трансгрессиры крайне редко озвучивают цифры.

— И кто тебе об этом сказал?

Казалось, его замечание ей польстило.

— Один из шаенов на лекции про эфонцев.

— М-м-м, — Аудроне поджала губы и закивала. — Ну, раз какой-то шаен сказал… А как звали того эфонца? — она с интересом уставилась на Киарана. — В Альянсе немногие из эфонцев удостоились званий «шаен» и получили право тренировать тех, кому столь высокую честь не оказали.

— Я не помню, как его звали. А ты со многими шаенами Альянса знакома?

— Пару десятков знаю, — она тяжело вздохнула.

— А трансгрессиры среди них тоже озвучивают проценты вероятностей прогнозов?

— Конечно, — Аудроне даже рассмеялась. — Статистика — это наука. Ее можно выучить.

— И с какой вероятностью ты предсказала, что мы с тобой… — он не договорил.

Дверь в зал открылась и в нее вошли остальные члены команды.

— С крайне высокой, — произнесла Аудроне и отвернулась.

Эвлера. Небольшая терраформированная планетка, славившаяся своей сейсмической активностью. Люди понастроили на ней жилых и исследовательских комплексов, а потом узнали, что их методы борьбы с сейсмической активностью не всегда работают. Планета оказалась не покорной пленницей, а дамой с характером, укротить пылкий норов которой ученые пытались вот уже лет девяносто. Как это сделать, не загубив пленницу, они пока не решили, но надежду на светлое будущее без землетрясений не теряли. К Сахиде бы послать эту Эвлеру и забыть о ее существовании, но планета, как живой завод, умела синтезировать запасы салопсиса, редкого элемента, служащего основой для топливных ячеек энергоядер. А его во Вселенной найти не так-то и просто. За грамм салопсиса можно было купить дом, корабль и кусок земли на какой-нибудь планете в приличном районе ближайшей к Веренице Звезд галактике. Из-за «синтеза» где-то в недрах каменной красавицы, поверхность планеты и «потряхивало». Но это выяснили уже после того, как заселили ее материки и начали добывать салопсис.

С момента начала войны Эвлера представлялась лакомым кусочком как для стороны Альянса, так и для Армии Освобождения эфонцев. То одна, то другая противоборствующие стороны захватывали ее и пополняли запасы салопсиса, так и не определившись между собой, чьему «гарему» принадлежит Эвлера.

— Проклятая планета, — буркнула Жасмин, направляя шаттл в атмосферу.

Дону предстояло дождаться возвращения группы с задания и не угробить очередной корабль класса «Анварзер» в ходе сражений флота на орбите. Но Дон привык к стычкам в Космосе, потому за оказанную честь поблагодарил Киарана всего парочкой нецензурных словечек на языке своего народа, а Киаран в очередной раз сделал вид, что не знает значения этих слов.

— Сейчас будет трясти! — сообщила Жасмин.

Аудроне и Тартас, сидя в креслах за ее спиной, переглянулись. Их трясло уже минуту как, и если Жасмин только сейчас предупредила…

Провал вниз и рывок. Аудроне дернуло вперед, но сработали ремни, и она едва не разбила нос о спинку кресла Киарана. Их не трясло, а кидало вверх и вниз, как прыгунов на тарзанке в объятиях какой-нибудь пропасти, и Аудроне всерьез задумалась о том, что сейчас ее стошнит. За спиной засмеялся Шори. Либо этому герою все было нипочем, либо смех стал проявлением нервозности. Про себя Аудроне отметила, что Жасмин неплохой пилот, раз стоически держалась за штурвал, выравнивая в этих условиях курс шаттла.

Языки пламени на защитном куполе корабля сменились сплошным ковром из песка и пыли.

— Буря, — произнесла Аудроне, ни к кому конкретно не обращаясь и подавляя накативший приступ тошноты.

— Твоя тезка! — Киаран обернулся к ней.

Он вымученно улыбался, будто и сам готов был предъявить содержимое желудка всем остальным. Аудроне поплыла. Похоже, ее организм к такой перегрузке оказался не готов. Глаза закрылись, а голова безвольно опустилась вперед.

— Мама Ли! Мама Ли! — кричала Аудроне, протягивая руки и цепляясь за ее пышную юбку. — Не уходи, мама Ли!