Но моя душа все равно была не на месте и, как бы я ни старалась отвлечься, нехорошие мысли все равно по капле просачивались в голову. Похоже, мучилась не только я, и когда вся наша компания вернулась в экипаж, Мисси сказала:

— К вечеру я тоже слягу, и начнется самое интересное. Это так волнительно…

— А лучше скорей бы все это закончилось, — вздохнула я, всей душой желая, чтобы для нашей семьи наконец настали счастливые времена. — Все темное и мерзкое должно уйти вместе с теми людьми, которые поклоняются ему.

— Я уверен, что стоит нам узнать, кто сообщница Кэро, ниточка потянется дальше, и мы узнаем очень много интересного, — маркиз держал супругу за руку, но в этом простом жесте были все прекрасные чувства, которые он к ней испытывал. — Я даже боюсь представить, какой будет реакция Леона, когда он узнает подробности.

— Поэтому я переживаю об Элле. Герцог может не простить ей этого, даже несмотря на то, что она раскаялась, — сказала Мисси и обратилась к мужу: — Дорогой, прошу тебя, поговори с ним.

— Мы с Ардалом сделаем все, что в наших силах, — пообещал маркиз. — Думаю, герцогиня тоже похлопочет об Элле.

— Мисси, я постараюсь убедить Леона, что Элла действительно раскаялась, и не стоит ее наказывать, — мне еще хотелось сказать, что девушке нужно дать возможность быть счастливой, но передумала. Это я скажу лично мужу.

Но стоило нам переступить порог замка, как подтвердились дурные предчувствия Мисси. Оказалось, что Элле действительно плохо.

Нас встретила Гортензия с красными от слез глазами и не дала дочери и Уидри подняться наверх.

— Вам нужно уехать. Ваши вещи уже собраны. Я боюсь, что это лихорадка и мне бы не хотелось, чтобы заболел ребенок.

— Ее уже осмотрел врач? — поинтересовался маркиз, и свекровь покачала головой.

— Он еще не прибыл, но лучше соблюсти все предосторожности. Ее так рвет, бедняжку… О, боги, за что все это?!

Что?! Рвет?! Но мы ведь заменили яд в кулоне Кэро! Она не могла отравить Эллу! Если только не воспользовалась каким-то другим ядом…

Я посмотрела на Мисси и увидела, как она побледнела. Похоже, она думала о том же, что и я, и теперь переживала о своем здоровье.

— Мне нужно взглянуть на нее! — я помчалась вверх по лестнице, не обращая внимания на крики Гортензии. Неужели ягоды, которыми отравили Лаванду?

Ворвавшись в комнату девушки, я даже немного струхнула. Она была почти желтой, с темными кругами под глазами и действительно выглядела больной. Элла посмотрела на меня и вдруг застонав, исторгла содержимое желудка в таз, стоящий у кровати.

— Ридганда, совсем плохо деточке… Ох, что ж за напасть такая… — чуть не плача произнесла пожилая служанка, вытирая ей лицо мокрой тряпкой. — Мучается-то как…

— Вынеси таз и принеси чистой воды, — попросила я. — Я побуду с ней.

Если это отравление, то нужно было провести те же очистительные процедуры, что и с Лавандой. Только вот прошло достаточно много времени и это могло не сработать.

Служанка забрала таз и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

— Элла, когда это началось? — я присела рядом с ней и взяла ее прохладную руку в свою. — Когда тебе стало плохо? Ночью или утром?

— Мне плохо уже несколько недель… — прошептала девушка слабым голосом. — Но сегодня сильнее обычного… Может Кэро травит меня уже давно? Я умру, да? Я умру, Рианнон?

Несколько недель? Нет, ну конечно, можно было предположить, что «лучшая подруга» подтравливала ее уже давно, но мне это казалось маловероятным.

— Нет, никто не умрет. Не говори таких слов, — я убрала с ее лба влажные волосы и тихо спросила: — Элла, когда у тебя были женские дни?

— Что? — она удивленно взглянула на меня. — Я… я не помню… В этом месяце не было… и в прошлом…

Тааак, ситуация начинала проясняться. Недомогание связано не с отравлением.

— Ты чувствуешь что-то еще?

— Да… — девушка смущенно опустила голову. — Моя грудь стала чувствительной.

— Мне кажется, ты ждешь ребенка, — я улыбнулась ей. — Он от Клари?

— Я жду ребенка? — глаза Эллы испуганно забегали, и она резко села. — Ооо… Леон меня убьет! Он убьет меня!

— Успокойся, — я легонько встряхнула ее. — Слышишь меня? Я не позволю Леону обижать тебя. Мы решим эту проблему, и все будет хорошо.

— Но что мне делать? — девушка расплакалась, и я прижала ее к себе. — Это позор! Как я посмотрю матушке в глаза?

Поздно ты вспомнила о позоре… Но упрекать я ее не собиралась, понимая, что ей и так несладко.

— Позволь мне помочь. Доверься мне. Хорошо?

— Пожалуйста, помоги мне, Рианнон! — взмолилась Элла, подняв на меня заплаканные глаза. — Иначе я спрыгну с башни в озеро! Или разобьюсь о камни!

— Ну, ну, ну… — я тихо рассмеялась, слушая эти глупости. — Зачем же лишать себя жизни, если можно прожить ее в любви и счастье?

— Но как же я проживу эту жизнь в любви и счастье, если ношу дитя от одного мужчины, а замуж придется выйти за другого? — всхлипнула она и с горечью добавила: — Хотя кому я теперь нужна?

— Во-первых, своей семье, а во-вторых — Клари, — мягко сказала я и уложила ее обратно на подушки. — Скоро тебе станет легче. Я распоряжусь, чтобы тебе заварили мяты. Элла, пока ничего никому не говори, хорошо?

Она кивнула и вдруг горячо прошептала:

— Рианнон, прости меня за все!

— Я уже все забыла, — я подмигнула ей. — Подруги?

Спустившись вниз, я сначала сходила на кухню и попросила, чтобы заварили мяту, а потом пошла искать Гортензию.

Свекровь я нашла в парке. Она сидела на скамье под кустами сирени и плакала, сморкаясь в мокрый носовой платок. Я протянула ей свой чистый и присела рядом.

— Матушка, с Эллой все в порядке.

— О чем ты говоришь, Рианнон? — она повернулась ко мне и приподняла брови. — Она слаба, ее рвет и, скорее всего, к вечеру поднимется жар! Я знаю, как это начинается…

— Элла беременна и все ее недомогания связаны исключительно с этим, — я решила не тянуть и сказать все и сразу. — Так что, сейчас мы должны переживать совсем о другом — как сообщить обо всем Леону.

— Что? — женщина побледнела и схватилась за сердце. — Моя дочь беременна? Не будучи в браке?! Какой позор…

— Это лучше, чем лихорадка, — твердо сказала я. — Нужно соединить их с отцом ребенка и никакого позора не будет. Позвольте ей быть счастливой.

— Но Леон…

— Я поговорю с ним, — я старалась говорить спокойно и уверенно, хотя прекрасно понимала, что муж придет в ярость от этой новости. — Надеюсь, он окажется мудрым мужчиной и примет правильное решение.

После разговора со свекровью я отправилась предупредить остальных, но так и не решила, что же делать дальше. Будет странно, если Мисси и маркиз останутся, ведь в такой ситуации родители должны переживать о здоровье ребенка.

Услышав новость о беременности Эллы, Мисси схватилась за сердце, а маркиз ужасно разнервничался.

— Какой позор! Она навлекла на нашу голову позор! Глупая, своевольная девица! Что подумает Сторн?

— Думаю, стоит уговорить Леона, отдать ее замуж за Клари. Только так удастся немного сгладить ситуацию, — сказала я. — Все-таки это единственный разумный вариант.

— Я даже не представляю, что будет с Леоном, — наконец выдохнула Мисси и устало опустилась на кровать. — Когда же все это закончится…

— Скоро, дорогая, только не нервничай, — Уидри налил в кружку воды и добавил туда несколько капель из пузырька, стоящего на столике. — Выпей, тебе станет легче.

— События разворачиваются очень стремительно, и вам лучше уехать. Ваша семья должна испугаться, что лихорадка доберется до малыша, — высказала я свое мнение. — Будет подозрительно, если вы останетесь.

— Будет странным если здесь останется Кэро, — ответила Мисси и продолжила мою мысль. — В таком случае из замка должны уехать все гости.

— Да, скорее всего, так и будет, — я даже представить не могла, что может придумать Кэро, чтобы остаться. Или она сделает вид, что испугалась, и укатит со всеми? А почему нет? Свое черное дело она сделала, и сидеть ей здесь незачем.