Аврора почувствовала, как закипает внутри у нее что-то. Пальцы на руке сами собой в кулак сложились.

— Что это значит: «что тебе дозволено среди нас делать, а чего нет»? — зашипела Аврора. — Может и не такая я, как ты, но права у меня такие же, как и у всех остальных!

— Аврора, — скривился Митрофан, — я ж не первый день тебя знаю… Если бы не уважение к дядьке твоему, пропала бы ты давно… А так, вон на работу какую тебя взяли, среди людей знатных ходишь. Жалеют все тебя, потому и терпят рядом. Но если прознают они, что к Радомиру ты нашему дышишь неровно, тебя ж заклюют. Работу свою в два счета потеряешь и по миру пойдешь. Радомир-то наш не простой мужик. Птахов фамилия у него. И не тебе, Аврора, лезть к нему…

— Да не лезу я к нему, — тихо ответила Аврора. — Больно надо мне проблем иметь.

— Чего тогда трешься возле него поди весь день?!

За дверями послышались шаги.

— Ничего, — ответила Аврора и отошла подальше от Митрофана и стола рабочего учителя его.

— Митрофан? — позвал Радомир, проходя в кабинет с подносом в руках. — Случилось что?

Митрофан на поднос глянул и тут же на Аврору с ненавистью посмотрел:

— Ничего не случилось. Я сегодня в больнице за старшего остаюсь, вот и решил вечером пройтись, посмотреть, все ли в порядке у нас.

Радомир к столу рабочему подошел и поднос на него поставил.

— Все в порядке, Митрофан. Иди, работай.

Митрофан еще раз злобно глянул на Аврору и, ничего не ответив, пошел вон.

— Садись, Аврора, — произнес Радомир. — Поешь.

— Спасибо, не голодна я.

— А ну-ка немедленно сядь и поешь! — гаркнул Радомир так громко, что Аврора даже вздрогнула.

— Чего надобно тебе от меня? — спокойно спросила Аврора и глянула в глаза Радомиру.

Тот прищурился в ответ:

— Интерес у меня к тебе есть.

Аврора хмыкнула и сложила руки на груди:

— Интерес свой при себе оставь. Толку от твоего интереса все равно не будет, а беду за собой притянуть он может.

— О какой беде ты говоришь?

— Не гоже ученому человеку вроде тебя с дурой водиться.

Радомир начал смеяться.

— Так ты, поди, решила, что я о мужском интересе говорю?

Аврора молчала.

— О научном, Аврора! О научном интересе речь идет!

Что-то дрогнуло внутри у Авроры. Высмеял он предположения ее, как будто и помыслить не мог о том, что к Авроре можно и мужской интерес иметь. Улыбка коснулась губ Авроры. «Аврора-дура!» «Аврора-дура!» — услышала она голоса из прошлого. Аврора взглянула на смеющееся лицо Радомира и сглотнула ком, застрявший в горле. Все равно видный он, хоть и небритый… И волосы у него очень гладкие. Когда солнце на них светит, они всегда блестят. И глаза у него красивые: не то серые, не то зеленые… Нельзя Авроре об этом мужике думать, но мысли разные все равно в голову лезли.

— Что с тобой? — вдруг спросил Радомир, перестав улыбаться и заглядывая ей в глаза.

— Ничего, — ответила Аврора и отвернулась от него. — Домой мне пора. Поди, завтра опять на заре вставать.

— Ужин свой съешь, а потом домой иди.

— Я дома поем, — ответила Аврора и направилась к выходу.

— Аврора?

— До свидания, Радомир.

— Аврора!

Она промолчала, покидая его кабинет. Ну вот, теперь у него к ней научный интерес. Четыре года минуло с тех пор, как он в Елену влюбился. Умной Елена была. И красивой. А Авроре только и оставалось, что пальцы на руках сжимать да из-за углов украдкой на него смотреть.

Терра искоса поглядывала на Гелиана, пока он на стуле книгу какую-то читал.

— Тебе скучно? — спросил Гелиан, не отрываясь от текста.

— Здесь света мало, — ответила Терра, — для глаз вредно читать при таком освещении.

Гелиан хмыкнул:

— И это говорит женщина, которая сама тайком по ночам книги читала?

— У меня возможности ограничены были, — пожала плечами Терра. — А ты можешь читать где и когда пожелаешь.

— Не могу. Времени не хватает.

— Так, о чем эта книга? — не отставала с расспросами Терра.

— О девушке, которая не хотела ложиться спать и доставала мужа своими вопросами, — ответил Гелиан, продолжая читать.

— Ты раньше таким не был…

— Каким, «таким»?

— Когда я с тобой разговаривала, ты на меня смотрел и не отнекивался.

Гелиан приподнял голову и взглянул на Терру:

— Это называется «игнорировать». Сейчас я игнорирую тебя.

— Нет, сейчас ты как раз не игнорируешь меня, — заметила Терра, одаривая Гелиана пытливым прищуром.

Гелиан захлопнул книгу и бросил ее на стол.

— Хорошо. Давай поговорим, — кивнул Гелиан.

— Как в Главном доме дела? — спросила Терра, как ни в чем не бывало.

— Все как обычно. Птаховы ждут твоего возвращения, чтобы отправится по своим домам.

— Говоришь так, как будто сам с нетерпением ждешь, когда вся твоя семья разбежится по разным сторонам.

— Не вся. Ты останешься со мной.

Терра поджала губу:

— Ты не рад, что они гостят у тебя?

— Суета вокруг них отнимает много времени и терпения. Отец целыми днями бродит по поселению со свитой и дает указания. Мать сидит дома и поучает невесток. Братья таскаются по злачным местам и опустошают мои запасы ячменного напитка. Да, знаешь, для меня все это накладно.

Гелиан не улыбался, говоря это, и Терра поняла, что он не шутит. В прошлом, он часто подначивал ее, но Терре казалось, что таким образом он заигрывает с ней, пытаясь обратить на себя внимание, и веселилась вместе с ним. Гелиан не всегда смеялся, когда она отвечала ему той же монетой, но иногда они оба начинали хохотать и тогда Терре казалось, что лучше собеседника, чем Гелиан, быть не может.

— Но они самые близкие для тебя люди, — ответила Терра. — Может, и устал ты от них немного, но потом, когда они уедут, тебе снова будет их не хватать.

— Только матери. Остальные меня нервируют.

Терра от такого заявления опешила. Конечно, и ее иногда родственники нервировали, но Терра никогда не позволяла себе говорить об этом вслух.

— Надеюсь, они об этом не знают, — произнесла она.

— Я периодически напоминаю им об этом.

Терра насупилась:

— Ты сейчас шутишь? Если шутишь — тогда улыбнись, а не то я понять тебя не могу.

Гелиан продолжал внимательно на нее смотреть. И улыбаться, судя по всему, не собирался.

— Не шутишь, — сделала вывод Терра.

— Нет, — покачал головой Гелиан.

— Я тоже тебя нервирую?

— Нет. Вовсе нет.

— Неделю назад мне показалось, что ты меня ненавидишь, — произнесла она.

Гелиан отодвинул книгу и внимательно посмотрел на Терру. В свете лампы его взгляд показался не таким уж и холодным, а выражение лица не таким уж и каменным.

— Ты помнишь, как мы могли часами гулять по поселку и говорить обо всем на свете? — спросил он. — Неужели ты думаешь, что пять лет дружбы могут в один момент потерять для меня значение?

— Зачем ты спас меня, Гелиан? — спросила Терра, в глубине души надеясь, что он даст ей правдивый ответ.

— Почему ты вышла за меня? — задал он встречный вопрос.

— Потому что другого пути не было.

— Всегда есть другой путь, Терра. Хорош он или плох, но другой путь был и у тебя. Ты могла сбежать, в конце концов.

— Куда, — пренебрежительно хмыкнула Терра. — В пустошь?

— Да, в пустошь, — кивнул Гелиан.

— Я вышла за тебя по велению отца и исполнила долг перед семьей! — взвилась Терра. — И тебе это прекрасно известно!

— Я спас тебя потому, что исполнял свой долг, — ответил он. — Достаточно аргументированный ответ?

— Но почему ты женился именно на мне? — прошипела Терра.

Гелиан вскочил из-за стола и громко отодвинул стул в сторону.

— Какой ответ ты желаешь услышать? Ты же все понимаешь!

— Я ни черта не понимаю! — закричала Терра и хлопнула рукой по подушке.