Киаран погладил пальцем белую змею на запястье и посмотрел на ее зеленые глаза. Охмурила, запутала, обвила хвостом, а теперь преданно смотрит и, как будто спрашивает: «Ты все еще меня любишь?»

Ответ на этот вопрос Киарана угнетал, ведь проклятая любовь опутала его тело и стянула сердце медной проволокой. Потянешь за конец — и из ран потечет кровь. А Аудроне только и делает, что тянет. Скоро крови не останется, но ей все равно. У нее же цели высокие! И не поспоришь с их величием, но и за себя обидно.

Страстный секс, красивые речи о любви — и Киаран уже топает за плутовкой в неизвестность. А ведь шаен Ал-Тэгу предупреждал, что стоит быть осторожным с ученицей «мозгоправа».

Зачем соврала ему про Десницу? Чтобы он поверил в собственную значимость и послушал ее? Или чтобы помог убедить в этом отца? А может, он в самом деле Десница? Тогда Аудроне искусно водит Альянс за нос, отвлекая внимание на себя. Сахида, теперь он точно не знает, где правда, а где ложь.

Папаша тоже удивил. «Заря»? Сначала предал Альянс, а теперь собирается поиметь и Альянс, и Армию Освобождения. И ради чего? Гуманной идеи? Киаран не верил в благие намерения. Если «Заря» победит, Орландо Уолш наверняка отправится руководить Дженерией и встретит старость на родной планете, управляя ей. Кто мог претендовать на контроль за Луитой — самого лакомого курса из пирога Альянса? Киаран прищурился, размышляя об этом. Кем бы ни был этот луитанец, сейчас он, скорее всего, тоже сидит у общей кормушки и жирует. Почему тогда предает Альянс? Потому что людям часто для полного счастья чего-то не хватает. Денег, власти, поклонения, иногда даже любви! Банально? Возможно, но Киаран был уверен, что проститутки будут существовать столько же, сколько существует человечество. Деньги, слава и социальное неравенство, кстати, тоже. Ведь мир людей он такой, жестокий и несправедливый.

Каким свое личное счастье видел в нем Киаран? Пять лет назад он бы ответил, что мечтает жить вместе с Афиной вдали от людей в небольшом доме на берегу океана на Дженерии и воспитывать троих детей. Три года назад мечта изменилась: в доме остался он один. Вчера и дом исчез, а все желания крутились вокруг имени «Аудроне». Лишь бы она выжила и осталась с ним. А что сейчас?

Он даже хмыкнул, вертя в уме слова: «Чтобы выжила».

Вот такая она — любовь. И на самого уже плевать, так же, как и на весь мир. Лишь бы зазноба с зелеными глазами выжила и… обрела свободу, которой ее лишили.

Киаран почувствовал, что корабль замедляет ход. Причем резко, как будто вынужден был тормозить в последний момент.

— Очень интересно, — пробурчал тихо Киаран и прижал ладонь к стене, пытаясь уловить вибрации корпуса, которые могли появиться при столкновении.

Ничего. Он сел и продолжил ждать. Спустя минут десять был слабый толчок, как будто «Гархаидер» приземлился.

Раздался щелчок замка в двери. В камеру вошли конвоиры. Киаран протянул руки и ноги, чтобы на него надели кандалы, но те отрицательно покачали головами.

— Вас и вашу команду приказано освободить, — один из них снял ошейник с Киарана. — Приносим извинения за временные неудобства. Мы прибыли на «Эскомборд». Сейчас вас проводят на его борт.

Киаран размял плечи и подошел к двери. Выглянул в коридор и увидел Аудроне. Она стояла метрах в десяти рядом с Око, Шори, Доном и Жасмин. Желание броситься к ней, схватить в объятия и сжать, что было сил, раздирало изнутри. Но он собрал волю в кулак и спокойно приблизился к компании.

Аудроне тут же отошла в сторону, делая вид, что очень рада видеть Тартаса, который только что покинул камеру.

— Вы как? — спросил Киаран остальных.

— Нормально все, — ответил Шори.

— А где Вильям? — Тартас подошел к Аудроне и начал оглядываться.

— Он в медблоке, — пояснила она. — Ему должны были сделать операцию.

Тартас с заметным облегчением выдохнул.

— Надо же, какие заботливые, — тихо процедила Жасмин.

— Не знаю, как вы, — произнесла Око, — а я хочу побыстрее отсюда убраться.

— Мы все хотим, — ответил ей Дон.

— Тогда не стоит медлить, — Киаран еще раз бросил взгляд на Аудроне.

Она тут же отвернулась.

Из «Гархаидера» их вывели на платформу одного из взлетно-посадочных отсеков огромного корабля класса «Эскомборд». Вокруг ходили люди в хорошо знакомых комбинезонах с надписями «ВКФА». Рядом с «Гархаидером» были припаркованы еще несколько небольших кораблей, между которыми ездила роботизированная техника. Мимо Аудроне вдоль желтой разметки на полу пронесся один из электромобилей без крыши, едва не задев ее плечо боковым зеркалом. Киаран успел схватить ее за руку и резко притянуть к себе.

— Осторожнее, капитан-лейтенант, — выпалил слишком раздраженно.

— Простите, капитан. Отвыкла от больших кораблей, — она буквально оттолкнула его от себя и отошла на полметра. — Благодарю за помощь, — добавила поспешно.

Остальные, заметив такое странное поведение, переглянулись.

— Будьте внимательней впредь, — по тону Киарана не было ясно, он сделал ей замечание или дал рекомендацию.

— Так точно, сэр, — Аудроне вытянулась в струну.

К ним подъехали две белых машины с перилами вместо дверей и остановились неподалеку. Из одной вышел офицер в мундире темно-синего цвета и прошествовал к Киарану.

— Здравствуйте. Капитан первого ранга Жак Луве, — он отдал Киарану честь. — Добро пожаловать на борт корабля «Эскомборд — 1784325»!

Все отдали честь офицеру и стали в стойку «вольно», сложив руки за спинами.

— Мне приказано проводить вас и проследить, чтобы все с комфортом разместились.

— А куда переведут офицера Вильяма Стерна? — тут же поинтересовался Киаран.

— В медблок. За ним приедет отдельный транспорт буквально через несколько минут.

— Мы можем подождать? — Киаран смотрел на луитанца по имени Жак.

— К сожалению, у нас мало времени.

Киарану это не понравилось, но выбора не было. Не препираться же ему сейчас, после такого спонтанного освобождения.

— Прошу! — Жак указал на машины за его спиной.

— Мэль, Онью — со мной. Остальные во вторую машину, — отдал приказ Киаран.

— Так точно, сэр, — ответили все хором.

Аудроне попросила Тартаса сесть рядом с Киараном, а сама устроилась с краю на заднем сидении. Жак разместился справа от водителя, на котором был офицерский мундир с нашивками старшего лейтенанта.

— У нас изъяли модули связи и личные вещи, — начал издалека Киаран.

— Полагаю, вам все вернут в ближайшее время, — тут же ответил Жак.

Киаран понял, что новые заушники им пока не дадут, а это означало, что они по-прежнему в «информационном вакууме».

— Какие вести с фронтов? — невзначай обронил Киаран.

— Альянс захватил колонию Мельтор, — Жак произнес это таким тоном, будто не о целой планете говорил, а о какой-то мелочи.

— А с «Ониксом» что? — Киаран тяжело вздохнул.

— Уничтожен, — сухо и локонично ответил Жак.

Они выехали из взлетно-посадочного отсека в широкий коридор-проспект с несколькими полосами движения и пешеходными зонами. Людей там было еще больше, и все куда-то неслись. Остановились на перекрестке, когда на белой краске капота автомобиля стал мигать красный цвет.

«Эскомборд» — это не корабль, а настоящий многоуровневый город, где очень легко потеряться, но нельзя остаться незамеченным. Везде камеры: на каждой пластиковой стене, на каждом из роботов — артомеров, вечно снующих по углам, на каждой двери, информационной стойке, даже в воздухе под высокими потолками летали дроны, снимавшие все вокруг.

За это Киаран ненавидел «Эскомборды». В них не было камерности, не существовало зон уединения, ведь даже в туалетах были установлены видоискатели, что Киарана просто бесило. Обработкой всей этой информации занимался отдельный штат сотрудников внутреннего контроля, которых за глаза называли «тихушниками».

На капоте машины загорелся зеленый, и они проехали перекресток, направляясь в зону «D», где все стены были светло-голубыми. Всего на «Эскомборде» двадцать зон и каждая отмечена своей буквой и цветом. Самая престижные цвета приглушенный серый и светло-зеленый для зон «А» и «B», в которых проживал высший офицерский состав. Киаран в тех зонах никогда не прогуливался, но слышал, что там есть бассейны, спортзалы, рестораны и даже бары. Зона «С» — это командный блок. Он светло-желтый. Цвет «повышенного внимания», который больше напрягал, чем заставлял концентрироваться на работе. Зона «D», по которой они ехали, была Киарану хорошо знакома (все «Эскомборды» одинаковы). Там жили офицеры среднего звена, такие, как Киаран. Просторные каюты, небольшие столовые, спортзалы и даже комнаты психологической разгрузки, в которых можно было насладиться голограммами с видами родных планет.