Еще одна фраза, сопровождаемая взглядом на меня — Ильдар качнул головой, сделал шаг в стороны, в попытке обойти лиската и продолжить путь. Риман повторил движение.

Самое время сбежать — противостояние двух Исхантелей чем-то сродни экстренному торможению супертяжа, когда корабль буквально рвет на атомы от напряжения, но я, как завороженная, продолжала стоять, не в силах отвести взгляда.

Черное и Белое…

При всех противоречиях, существующих между ними, Риман был значительно ближе к Ильдару, чем я… его кайри.

Меня не трогало это раньше, не задевало и теперь, лишь отдавалось в душе той самой неправильностью, которую я уже успела ощутить, когда он уходил.

Жаль, времени, чтобы осознать все это до конца, у меня не было.

Еще одна фраза — судя по тому, как шевелились губы лиската… требовательно, настаивая, просто любезностью его реплика быть не могла. Ильдар резко обернулся… его взгляд неприятными мурашками прошелся по моему телу, вновь качнул головой.

— Госпожа кайри, — не Дамир, тот второй матессу, неожиданно выступил из-за спины, встал передо мной, почти полностью закрывая происходящее на другом конце коридора, — вам лучше пройти в комнату.

Я и сама понимала, что лучше — какие бы проблемы сейчас не решались, это были их проблемы, не мои, но последовать совету телохранителя не получалось.

— Госпожа кайри! — уже более настойчиво повторил матессу.

Прикоснуться ко мне без прямой опасности он не мог, поэтому сделал единственное, что было доступно — шагнул навстречу, заставляя отступить.

Я даже не шевельнулась, продолжая хоть и частично, наблюдать за явно агрессивно настроенной парочкой.

— Я прошу вас… — медленно, но твердо произнес телохранитель. Сдвинулся еще… оказавшись близко настолько, что я чувствовала его дыхание у себя на виске.

Непростительно!

— В сторону! — вместо того чтобы подчиниться скрытому в словах матессу приказу, потребовала я.

Тихо, но так, что едва сама не вздрогнула от жесткости, с которой прозвучала фраза.

— Госпожа кайри? — не столько растерявшись, сколько не поверив, переспросил он.

— В сторону, — не изменив интонаций, вновь потребовала я.

На этот раз переспрашивать матессу не стал, освободив мне дорогу.

Решимость таяла с каждым шагом, но я продолжала идти. Отгоняя сомнения, забивая вглубь собственный страх.

Что бы там не происходило, я имела право об этом знать.

— Господин лиската, — остановилась я рядом с Ильдаром, который напоминал сейчас все тот же супертяж, но только за мгновение до прыжка, — я несколько удивлена, увидев вас здесь. Насколько я помню, ваше присутствие на следующем Совете было необязательным.

— Господин лиската… вы… — с интересом посмотрев на меня, насмешливо улыбнулся Риман. — Всего несколько часов, а столь кардинальные изменения! Ты не знаешь, Ильдар, — перевел он взгляд на брата, — почему я слышу в ее голосе угрозу?

— Ты этого добивался?! — вместо того чтобы ответить на вопрос Римана, прорычал Ильдар. — Это — ошибка!

— Ошибкой будет твоя медлительность! — словно забыв обо мне, уничижительно бросил лиската. — В этой ситуации твоя осторожность играет против нас!

— Ты меня не слышишь! — с неожиданной болью в голосе выдохнул Ильдар. Медленно вздохнул, словно усмиряя свой гнев… Я непроизвольно пододвинулась ближе. То ли защищая, то ли… пытаясь разделить на двоих то, что гнетом лежало на нем.

— Она — готова, — отследив взглядом мое движение, уверенно произнес Риман. — Сейчас!

— Это — не мой выбор! — качнул головой Ильдар, даже не удостоив меня вниманием.

Еще несколько минут назад этот факт заставил бы меня если и не терзаться сомнениями, то хотя бы задуматься о том, что именно я совершила, заслужив его равнодушие, теперь же единственной эмоцией, которую испытывала, было желание, высказать этим двоим все, что накипело.

Но и с ней я справилась без труда, догадываясь, что подоплека этого разговора значительно серьезнее, чем могла показаться со стороны.

— Мне, конечно, очень приятно присутствовать при вашем разговоре… — решив сменить тактику, зашла я с другой стороны, — но не могла бы я…

Заканчивать не пришлось. Ильдар отступил назад, в движении расстегнув плащ и отбросив его Риману, опустился передо мной на колено и тихо, но достаточно твердо, чтобы поверить, произнес:

— Я прошу кайри разделить со мной не только день, но и ночь. Не только настоящее, но и будущее…

Я была уверена, что после событий сегодняшнего дня больше не способна удивляться.

Я — ошибалась.

Даже в таком, усеченном варианте, слова ритуала звучали откровением. То, что мне только что предложил эклис Ильдар, называлось открытым браком.

Чтобы стать постоянным союзом там не хватало лишь одной фразы… о жизни и смерти… Но он ее так и не произнес…

— Инесса Ларкиль… — хошши преградил путь, как только Рэя вошла в холл, не дав возможности хотя бы осмотреться. — Плащ, оружие.

Расстегнув фиксатор, вбитым в рефлекс движением она сбросила накидку, передала подошедшему воину. Ему же отдала и ритуальный кинжал, оставив ножны пустыми.

— Вас ждут.

Все быстро, четко, слаженно.

Хошши отступил в сторону, рядом с ним встал еще один, создавая живой коридор. Дверь за спиной, дверь впереди… Закрылась… Открылась… За второй оказалась телепортационная платформа, которая вывела не в кабинет, как она ожидала, а на дорожку в парке.

Яркий свет ударил по глазам. Рэя сдержалась, не зажмурилась, ощутив, как сдвигаются пласты реальности, создавая новую действительность, скрывающуюся за пеленой цветных пятен.

— У вас неплохая выдержка, инесса Лармиль, — раздалось совсем рядом, и вновь она не шевельнулась.

Уровень разворачивающейся иллюзии был значительно выше, чем ее собственный. При всем желании вектор изменений не просчитать, а без него не определить источник…

— Благодарю вас, господин эклис, — приветственно склонила она голову. Подняла, продолжая смотреть прямо перед собой… На огонь, в котором сгорал жрец, посягнувшись на честь адептки.

Не самое приятное зрелище, даже когда заслуженно, но у нее выбор не вызвал сомнений. Одной жизни этой твари не хватало, чтобы заплатить за боль девушек, которых лишили возможности себя защитить.

Как и её…

Она пыталась не вспоминать, признав однажды, что вступив на путь готова пройти до конца, но иногда пробивало…

Все могло быть иначе…

Могло, но не стало. Этого оказывалось достаточно, чтобы не думать.

— Я изучил ваш отчет. Расследование проведено тщательно и в кратчайший срок. Я удовлетворен вашей работой.

— Слово закона под властью Единого, — вновь склонила она голову, успев заметить, как тает жаркая дымка огня в яркой зелени.

Когда выпрямилась, эклис стоял у лестницы, сползающей вниз вдоль водопада.

Не каждому дано увидеть. Даже издалека. А чтобы вот так… совсем близко.

Истертые до идеальной гладкости полукруглые плиты причудливым каскадом прокладывали извилистую дорожку, ведущую к похожему на серп озеру. Вода стекала по ней неторопливо, надолго замирая на плоских камнях, словно нежась под лучами звезды, скатывалась незаметно, словно оглаживая…

Покой, умиротворение, ощущение бесконечности бытия…

— Составите компанию? — в приглашающем жесте повел рукой эклис. «Принял» ее взгляд.

Слегка «приоткрылся», давая прочувствовать многогранность и отточенность дара и, грубо, оборвал контакт, когда она всей своей сутью потянулась к его мастерству. Жадно, ненасытно, не в силах справиться с жаждой хотя бы прикоснуться к тому, что всегда влекло.

Не могущество — возможность создавать.

— Простите, — сквозь стиснутые зубы выдохнула она, опускаясь на колено. — Это…

— … никогда не повторится, — закончил эклис за нее, дав знак подняться. Дождался, когда встанет, направился вниз по ступенькам. — Расскажите о себе.

— Вряд ли вам известно меньше, чем мне самой, — нагнав, пристроилась она рядом.