— Минута пять…

— Принято. Искандер, держись на границе ви-сектора. Если ты…

— Помню, — отозвался он. — И про капсулу, и про гальюн.

И это адмирал! Глава Службы внешних границ!

Что можно было сказать: безумие — заразительно. А вот такое, когда ты понимаешь, что никто до тебя, и никто после тебя… Я не зря подумала про зарождение легенды. Если у нас получится…

Опять поправив сама себя: когда у нас получится, рывком перевела бегунок гравитационного блока на четыре и семь — значение возмущения, которое выдало бы появление «Дальнира» и так же резко вернула обратно.

Как бы мне хотелось сейчас оказаться в командном дорга…

— Капитан, — буквально выдохнул Костас, — изменение курса!

— Вижу, — просипела я. Эта минута была самой долгой в моей жизни.

Опять дернула бегунок, подняв его до прежней отметки, и активировала картинку. На навигационной карте в зоне контакта дорга моргнула точка, зафиксировалась… На боковом экране проявилось изображение двойника «Дальнира», приблизилось, чтобы я могла «оценить» художества ИР. Судя по обшивке корабля, тот попал в хороший переплет.

Досчитав до десяти, вывела блоки на нулевой режим.

— Знаете, госпожа капитан… — раздалось из-за спины.

Пришлось оборвать:

— Знаю, дарон, знаю. Или вы думали, что за семь стандартов в перевозке я ничему не научилась?!

— А если еще вспомнить и про наследственность, — пробубнил себе под нос Игорь, но этому повезло. Услышать я услышала, но на ответ времени уже не было.

— Капитан, первая прошла контур защиты дорга. Вторая — сорок секунд, сброс снэга.

— Принято!

— Капитан, — это был уже Валечка. — Фиксирую гравитационные искажения. Похоже, грандер.

— Принято, — улыбнулась я, подмигнув Костасу. Вопреки обыкновению он смотрел не на дисплей, а на меня. — Занавес поднимается, акт второй…

На этот раз лже-«Дальнир» проявлялся медленно, кусками. Сначала заостренный нос, корпус, все сильнее расширяющийся к двигательной секции, которая была похожа на чашу-карду. Клинок, лезвие которого было направлено в борт дорга. И опалено, как кровь, пролитая в сражении.

— Всем, кто меня слышит… Всем, кто меня слышит… — Эту часть представления готовил ИР, взяв за основу голос из личного дневника бывшего капитана «Дальнира». — Здесь — дальний разведчик группы «Ворош» — «Дальнир». Я — капитан Тайраши, прошу помощи. Всем, кто меня слышит…

— Госпожа капитан… — шепот Шураи отдавал священным ужасом.

— Капитан, дорг…

Цикнув на Костаса и приказав всем молчать, подключила голосовой адаптер и только после этого открыла канал связи, который «шел» на снэг.

— Дорг «Арханти». Вас слышу. Повторите данные по кораблю, — разнеслось по командному. ИР переводил синхронно, с той стороны с нами говорили на языке домонов.

Пауза, изображение «Дальнира» дернулось, размываясь, вновь стало четким.

— Капитан, — по командному интерфесу вызвал меня Валечка, — первая прошла внутреннюю границу. Сто двадцать секунд до контакта с корпусом. По параметрам искажений нет. Топливная зона. Вторая — сто восемьдесят. Внешний модуль грандера.

Отстучала: «По команде». Он в моем напоминании не нуждался, но это называлось сопричастностью.

— Дорг «Арханти», здесь — дальний разведчик группы «Ворош», «Дальнир». Я — капитан Тайраши, прошу помощи… — повторила я, словно на входящем прошел сбой.

— Капитан Тайраши, — голос так и не представившегося домона дрогнул, похоже, он уже выяснил, когда командовала кораблем та самая Тайраши, с которой он сейчас разговаривал, — доложите о неполадках…

Выслушав, я задумчиво посмотрела на Игоря, тот, в ответ, кивнул. Выдержка у моего собеседника была неплохой.

Еще раз поиграв с изображением и гравитационным возмущением, повторила, все через тот же адаптер:

— Дорг «Арханти», здесь — дальний разведчик группы «Ворош», «Дальнир». Я — капитан Тайраши, прошу помощи…

Таласки зажал ладонью рот, чтобы не заржать в голос, Искандер «осуждающе» качнул головой. Костас вздохнул и посмотрел в потолок… с намеком. Сумароков довольно хмыкнул — тоже, видно, представил, физиономию домона на той стороне канала связи.

А вот Шураи смотрел на меня… словно оценивал заново.

Но вот с последним можно было разобраться и позже.

— Капитан, первая — контакт. Вторая — шестьдесят.

Отбив: «Принято», тронула адаптер, подправляя голосовые характеристики. Теперь они должны были звучать менее отчетливо, но более трагично.

— Я — капитан Тайраши, прошу помощи… Прошу помощи… помощи… Я — капитан Та… ши… помо… щи…

Игорь уже хрипел, Тимка на его коленях скалил зубы. Всем остальным было не до веселья, особенно Костасу с адмиралом.

На панели рядом с траекторией второй мины вспыхнула цифра двадцать. Вздохнуть бы с облегчением, но… торопиться не стоило.

— Капитан, грандер!

Снэг было жаль, но свое дело он сделал…

Сдвинув бегунок вниз практически до нуля, поиграла с изображением «Дальнира», позволив ему покрыться серыми разводами и… исчезнуть, оставив вместо себя черноту космоса.

— Готовность к залпу грандера! — Вопль Валечки ударил по ушам, но я даже не дернулась. Уж несколько секунд Искандер корабль вне ви-сектора дорга удержит.

— Капитан, вторая — контакт! — это был уже Сумароков.

Мы — успели. Мы успели даже больше, чем рассчитывали!

Впору было молиться вернувшейся ко мне удаче, но я все еще помнила, какую цену она запросила за свою помощь.

— Принято, контакт, — усмехнулась я, и повернулась к Шураи. — Не хотите отдать команду?

Вопреки ожиданиям, тот качнул головой. Что ж… я предложила…

Прежде чем произнести единственное слово, ради которого все это затевалось, окинула взглядом командный. Каждый на своем месте, каждый при деле, и только Тараса не было с нами. И Дюши, и Хорса, и… демона.

Прошептав: «За вас», приказала:

— Активировать!

Две мины для дорга маловато, но я и не собиралась их уничтожать. Оставшемуся неизвестным капитану оказавшегося не в то время и не в том месте корабля предстояло стать вестником новой легенды.

Легенды о воскреснувшем «Дальнире»!

— Это не решение проблемы, — с затаенной болью в голосе произнес Шураи, когда дорг ушел в прокол.

С повреждениями мы угадали: достаточно серьезно, чтобы не строить планы в отношении планеты, но сохранив возможность для прыжка. Лишние свидетели нам здесь были ни к чему.

— А разве кто-то говорил о решении? — обвела я командный вопросительным взглядом, словно интересуясь, думал ли еще кто-нибудь так же, как и тарс. Возможно, кто и думал, но все предпочитали выслушать мою точку зрения. — Пока что речь шла лишь о безнаказанности.

— О безнаказанности? — повторил он, кажется, не совсем понимая, о чем я говорила. — Неужели вы и, правда, уверены, что сумеете чего-нибудь добиться подобными методами?! У вас это называется мистикой, но домоны… — он попытался подобрать слово, по-видимому, не удалось, — они — другие.

Вместо того чтобы ответить сразу, я обернулась к Стасу, для себя отметив, что с бесстрастностью дарона было окончательно покончено:

— Спорить будем?

Тот скептически посмотрел на Шураи и… пренебрежительно качнул головой.

— Вот и я так считаю, — усмехнулась я и продолжила, вновь обращаясь к дарону: — У нас есть старая пословица: не буди лихо, пока оно тихо.

Смешок Костаса отдавал не столько многозначительностью, сколько сарказмом. С трудом «не заметив» выходки навигатора и не сменив тон, снизошла до того, чтобы пояснить свою мысль. И не только для тарса:

— В каждом из нас живет тяга к чему-то неизведанному, к тому, чему сложно найти разумное объяснение. — Шураи попытался возразить, но я не позволила ему вставить хотя бы слово. — В домонах она тоже есть, Харитэ тому живое подтверждение. Признать — стать сильнее, что и сделали демоны, но их предки продолжают пытаться быть рациональными, ограничивая себя и делая слабее.