— Жестокая ты! — недовольно заявил ангел, но тут же сменил тон, наконец-то вспомнив, что и я нуждаюсь в отдыхе: — Мы со Слайдером оказались слишком похожи. Не снаружи, глубоко внутри.

— Не вышел из образа? — тут же напряглась я. Для метаморфов подобная разбалансировка организма была весьма опасна. Той самой неконтролируемой трансформацией, свидетельницей которой я стала.

Вопрос выживаемости… Если потерял себя, то проще и безопаснее убить. Именно из-за таких метаморфы и заработали славу изощренных и жестоких убийц. Жажда чужой боли, способной хоть ненадолго, но затмить свою.

— Был уверен, что — вышел, — удрученно отозвался ангел. — А перед вылетом тарс увидел у меня ту запись, с лассой и сыном.

— Темка… — не сдержала я улыбки.

— Темка, — с нежностью повторил он за мной. Вздохнул, уткнувшись носом мне в макушку. — У Слайдера погибли жена и еще не родившийся ребенок. В драке. С домонами.

Сжав кулаки, непроизвольно зажмурилась. Счет к этим тварям становился все больше и больше.

— И ты примерил эту ситуацию на себя? — заставив себя говорить, предположила я.

— Скорее, ощутил внутри его боль, — поправил он меня. — Пока близнецы не появились, еще боролся сам с собой, а потом…

— А потом были всплывшие из памяти самаринянский крейсер и тело Камила, — продолжила я за него.

У всего своя цена. Изменчивость Тараса стала даром и… проклятием.

С этим нужно было что-то делать…

— Не хотела я тебе говорить до нашего возвращения из Изумрудной, — начала я, точно зная, что может заставить Тараса вновь ощутить вкус жизни, — но выбора ты не оставил…

— Мне начинать бояться? — засмеялся он… натянуто. — Так вроде уже и так…

— Это, смотря с какой стороны посмотреть, — вторила я ему. Поерзала, разворачиваясь полубоком, чтобы видеть его глаза. — Тебе имя Дита ни о чем не говорит?

— Дита? — уточнил он, нахмурившись. Потом вскинул на меня неверящий взгляд: — Дита Шмолек?!

— Дита Шмолек, — подтвердила я, улыбнувшись. — Они с отцом не забыли спасенного ими парня с Шуйфила*, оказавшегося метаморфом. И очень рады, что ты жив.

— Таши! — подскочил ангел, увлекая меня за собой. Прижал, выдавив воздух из легких. Что почти задушил, сообразил сам, тут же ослабив объятье. — Таши, ты не представляешь…

— А я тут причем? — усмехнулась я, подмигнув Тарасу. — Это ты генералу спасибо скажи. Он подсуетился.

— Генералу, значит, — понимая, что не все было так просто, качнул он головой. — Я могу…

— Конечно, можешь, — теперь уже совершенно спокойно засмеялась я. Со всем остальным он справится и сам. — Письмо от них у тебя в хранилище.

— Спасибо, — поцеловав в висок, отпустил он меня. Отошел, обернувшись у самой двери. — Вот ведь странно, успокаивала меня вроде как ты, а обнимал тебя я. — И взгляд… хитрый-хитрый.

— Иди уже, — шутливо нахмурилась я. — А то ведь передумаю…

Улыбка сошла с моего лица, уступив место накатившей волной усталости, как только ангел выскочил из тренажерного. Сейчас бы свалиться…

Подойдя к той же стене, буквально сползла вниз, устроившись на полу. Прежде чем вернуться в каюту, где ждал меня Тимка, мне нужна была передышка. Хотя бы несколько минут…

* «Капитан перехватчика»

— Господин император, майор Виктор Шаевский. Утвержден на должность координатора Службы внешних границ вместо полковника Шторма.

Шаевский, представляясь, выступил вперед и довольно щегольски опустил голову, чтобы выпрямившись, повторить вслед за генералом Орловым:

— Майор Шаевский, господин император.

— А не молод? — вроде как с опасением протянул Индарс, окидывая офицера оценивающим взглядом.

Элегантен, подтянут. Лицо — приятное, взгляд — живой, подвижный. Мягче, пластичнее, чем его командир, но рассчитывать на это Индарс не собирался — обертка другая, да начинка та же. Начинал у Шторма, из-под его же крыла вылетел на самостоятельную работу…

С досье на этого офицера контрразведки Йорг успел ознакомить. И хотя сведений было не так уж и много, но для понимания, с кем придется иметь дело, вполне достаточно.

Операция на Зерхане*, во время которой Шаевский фактически спас жизнь второму сыну его советника по безопасности; лаборатории корпорации «Ханри Сэвайвил» на Маршее в секторе Приама**; опять Приам, где его шайки зафиксировали появление лиската Храма Предназначения Самаринии Римана Исхантель***; неожиданно выбывший из списков действующего состава бывший офицер особого отряда военной разведки, высокорейтинговый ментат, майор Валанд, входивший с группу Шаевского… Контакты с руководителем ОСО подполковником Лазовски, полковником СБ Вороновым, адмиралом из О-два Ежовым…

Послужной список Шаевского давал основания предполагать серьезный уровень подготовки. А просьба, с которой немногим менее стандарта тому назад обратился Шторм — устроить дочь его сотрудника, которым оказался этот самый майор, в закрытый пансион для девушек из знатных старховских семейств, о видах, которые имел на него полковник.

В первом им только предстояло убедиться, а вот второе уже начало оправдываться.

— В нашем деле, — чуть заметно улыбнулся Шторм, словно отвечая на мысли старха, — этот недостаток легко компенсируется другими достоинствами.

— Даже так? — приподнял бровь Индарс. Еще раз окинул Шаевского задумчивым взглядом, коротким жестом указал на дорожку в парке, на которой он их встретил. Разговор приурочил к прогулке… Ради разнообразия. — Пройдемся.

— С удовольствием, — кивнул Виктор, пристраиваясь слева от старха и четко соблюдая оговоренную безопасностью дистанцию.

Орлов и Шторм тоже шли слева, но отстав на пару шагов, не только следуя протоколу, но и давая возможность Шаевскому отыграть самому, а если и потребуется, готовые прийти на помощь.

— Как ваша дочь? Кажется, вы зовете ее Стрекозой?

— Вы неплохо осведомлены, — чуть склонил голову Шаевский, ничуть не смущаясь присутствием рядом с собой столь высокопоставленной персоны. Впрочем, пройдя школу Шторма, удивляться этому не стоило. — Благодарю вас, она уже освоилась на Таркане, называет его своим домом.

— Это приятно слышать, — мягко произнес Индарс. — Особенно в свете последних событий…

Пауза была короткой, но была:

— Да, — голос майора остался ровным, но где-то на самой грани мелькнуло горечью, — трагическая гибель матери тяжело ударила по Лауре. Если бы не поддержка ваших дочерей, господин император, и наставниц пансиона, ей пришлось бы значительно сложнее. К сожалению, я не имел возможности быть с ней постоянно в эти дни.

— Это наша общая проблема, — философски вздохнул Индарс. — Мы вынуждены отдавать все наше время и силы другим, забывая о близких.

— Если судить по рассказам Стрекозы, — с легким укором, словно обвиняя в лукавстве, заметил Шаевский, — то меня она касается в большей степени, чем вас. Вопреки собственной занятости вы не оставляете своих детей без внимания отца. — Как холодком скользнуло напряжением, но Виктор тут же сгладил прозвучавший в его словах намек на свою осведомленность, переставив акцент: — Отзываются они о вас с искренней любовью.

Сдержанно кивнув — скорее собственным мыслям о наличии у этого офицера соответствующего потенциала, чем принимая комплимент Шаевского, Индарс поинтересовался, демонстрируя искреннюю заботу:

— Насколько мне известно, следствие пришло к выводу, что имело место неосторожное управление каром.

— Весьма обтекаемая формулировка, — «закаменев», отозвался Виктор. — За несколько дней до этого на Земле покончил с собой ее отец. Вскрылись какие-то злоупотребления в прошлом. — Короткая заминка, наполненная щебетом птиц и журчаньем воды — шли они в сторону гордости императорского парка, большого фонтана… — Анна безгранично его любила.

Официальная версия… Индарсу обязаны были доложить.

— Двойная утрата, — задумчиво произнес старх. Остановился, развернувшись к Орлову и Шторму. — Через две декады состоится выпуск в лучшей военной Академии Таркана. Одно из немногих мероприятий, на которых допускается присутствие старших учениц закрытых пансионов. Думаю, — он посмотрел на генерала, — дочери майора небольшое развлечение пойдет на пользу.