— Позвольте представиться, — продолжая улыбаться, окинула я оперную диву восторженным взглядом. Той моя реакция пришлась по душе, хоть она и попыталась скрыть это за ставшей чуть плотнее сдержанностью, — старший аналитик особой группы Галактического Союза, Элизабет Мирайя. По совместительству — дочь близкой подруги вашей примы.

На моем имени Малика расслабилась, но не настолько, насколько мне бы хотелось.

— Господин Станнер, — повернулась я к Дану, — вы ведь не откажите мне в просьбе?

— Вам откажешь… — буркнул он… недовольно, подхватывая игру. — Но только пять минут!

— А нам больше и не потребуется, — довольно подмигнула я Малике. Оглянулась, произнеся холодно: — Господа…

Через пятнадцать секунд дверь закрылась, оставив нас вдвоем.

До выхода Дайли на сцену было минут двадцать, так что я позволила себе осмотреть помещение.

Еще одно проявление консерватизма… Стертая развешанными по стенам афишами грань времен. Шляпы, шляпки, веера, боа, парики, перчатки, лежавшие на спинках кресел, на диванах, на широком подоконнике. Одежда на стульях, на подставочках туфли, сапожки… На столике флакончики, баночки, футляры, коробочки…

И дух… Дух театра, в котором глубоко смешался запах пыли, грима, парфюма, пота, технической смазки…

— Вы ведь уже сдались? — я «ударила», когда она окончательно обмякла, не видя больше во мне угрозы.

— О чем вы?! — дернулась она, но… это не сцена — жизнь, ни один талант не поможет, когда не готов.

— О ком, — поправила я ее. Прошла мимо, «устало» села на единственный не заваленный стул. — О Матео.

— Откуда вы… — она не повернулась, продолжая стоять ко мне спиной.

— Это — неважно, — перебила я ее, — но знаю я много. И о клейме на вашей шее, которое так и не удалось свести, потому что оно вбито в ментальную матрицу. И об изнасиловании. И о том, как вы с родителями покинули Самаринию, начав новую жизнь на Окраинах. И о десятках девушек, сломанных, замученных им…

— Он… — она сглотнула, но продолжить не смогла.

Жестоко! Через несколько минут ей предстояло выйти на сцену и петь, сделав все, чтобы не помнить о моих словах…

Выбрав самый короткий путь я серьезно рисковала, но это был четко взвешенный риск.

— У вас нет оснований мне верить, — я поднялась, подошла к ней, встав настолько близко, насколько позволяло ее платье. — И не только мне, — продолжила, дождавшись, когда Малика поднимет на меня взгляд, — но это тот случай, когда других вариантов у вас уже нет.

— Люсия рассказывала о вас, — она смотрела на меня неожиданно твердо. — Говорила, что во всей Галактике таких упертых двое. Вы и ваш отец.

— Про отца, это она точно, — вскользь заметила я. — Я не отдам вас ему, — закончила жестко. — Мне все равно, что решите вы…

— Вам я верю! — не дала она мне договорить. — Устала бояться. Надо покончить с этим раз и навсегда.

— Вот это — правильно, — улыбнулась я ей. Развернувшись, подошла к двери, открыла… Дан смотрел на меня с легким прищуром: — Господин Станнер, — отступила я в сторону, позволяя ему пройти, — госпожа Дайли согласна на охрану.

— И почему я в этом не сомневался! — выдерживая свою линию поведения, недовольно пробурчал Дан.

Я, воспользовавшись тем, что оказалась за его спиной, многозначительно закатила глаза. Малика чуть заметно, но улыбнулась.

— Вашу сопровождающую, зовут Каирой, — обращаясь уже не ко мне, продолжил Дан все так же ворчливо. — Я очень прошу вас беспрекословно исполнять все, что она потребует.

— За это не беспокойтесь, господин Станнер, — скромно опустив глазки, Малика изобразила покладистость. — Я могу идти?

— Да, конечно, — вроде как утратив к ней всяческий интерес, Дан прошел к дивану, поднял шляпку с широкими полями.

Повертел в руках, небрежно отбросив, искоса посмотрел на закрывающуюся за Дайли дверь. Поднял валявшееся рядом боа, накинул на себя поверх плаща…

Белое на фиолетовом…

— Нашли тело ее гримерши? — вздохнув, поинтересовалась я, прерывая молчание.

В комнате Станнер, Кабарга, Грони и я, а тишина была такая, что хотелось закричать, разрывая ее на осколки.

Сашка протянул руку, Марвел ударил ладонью по ладони… На лицах у обоих злорадные ухмылки…

— Как догадалась? — На меня Дан не оглянулся, продолжая изучать разбросанные повсюду вещи.

— Линия с Маликой Дайли была очевидна, — подошла я к окну. Поздний вечер, да и прикрыто сверху козырьком, кроме как искрящейся поверхности, полого уходящей вниз ничего не видно, но я продолжала смотреть. — Это не значит, что Матео не попытается до нее добраться, но… женщина останется на закуску. Главное блюдо — Ильдар и Риман.

— Еще бы узнать, как они собираются его употребить, — принял он мой жаргон. — Ты вернешься в зал или…

— Или, — оборвала я его. — Хочу посмотреть, как работают акрекаторы.

Еще один хлопок меня не удивил.

Быть предсказуемой для своих…

В нашем с ними случае это была не предсказуемость — профессионализм. И это не могло не радовать…

Орлов с экрана внешки смотрел так, что лишних вопросов не возникало, но Шторм предпочел все-таки спросить. Хотя бы…

Про это «хотя бы» было уже из другой истории…

— Соболев?

Орлов медленно опустил голову… В глазах не усталость — отыгранный бой, но это если замечать мелочи. А так… Собран, подтянут, готов к новым схваткам.

Модус операнди офицера контрразведки…

— Назначили главой Коалиционного Штаба. Последнее слово было за Аршаном, он и добил, — Орлов качнул головой, словно до сих пор не верил. — Каше Изарде — его первым заместителем. Далин тоже в обойме, но вторым.

Шторм поморщился — имя адмирала больше не звучало петлей, намекая на серьезные проблемы в будущем, но оскомину вызывало.

Орлов это понимал, потому и подчеркнул:

— Пока — и.о., так что у нас есть время.

— Время, это — хорошо, — кивнул Шторм в ответ.

Был ли доволен? Глупый вопрос… Они сделали свою работу. Точно и в срок!

А то, что о цене там не говорилось…

— Вячек? — Орлову хватило интонаций…

Шторм другого и не ожидал. Да и скрывать не собирался… От кого?!

Ни слова не говоря перебросил генералу полученную запись и молчал, дожидаясь, когда тот отсмотрит. Сначала внимательно, затем… протянув почти до самого конца.

Обезумевшая от афродизиаков Кэтрин и Ларкин…

Недобитая тварь…

Сам Шторм прокручивал трижды. После второго, когда взгляд начал замечать детали, отправил разработчикам — требовался прогноз. Ответ не утешил: без прямой угрозы жизни или попытки снять блокировки активация спецботов не произойдет…

Он и сам это знал — игра бывшего главы корпорации Траш была понятна, но… надежда… она такая…

— Хандорс тоже видел, — не спрашивая, констатируя факт, произнес Орлов. Скривился… выдохнул.

Хотел еще что-то добавить, но Шторм не дал, успев бросить, зло ухмыльнувшись:

— Только давай без агитации!

— Без агитации, говоришь, — Орлов с той стороны поднялся, но от стола не отошел. — Перехват ничего не дал.

И опять, ни намека на вопросительные интонации. Слишком хорошо знали друг друга, слишком давно крутились в одной клоаке, чтобы не понимать — бывает и так, как сейчас…

Всё и даже больше, но…

— Отреагировать не успели, — на этот раз голос Шторма звучал ровно и спокойно. — Ушли в прыжок до того, как наши вывели разгонные на мощность.

— А канал доставки?

Шторм посмотрел на генерала едва ли не обиженно:

— Генерал…

— Да понял я, — вновь кивнул тот. — Тот демон… Олиш…

— Жив, но дарком уже не будет…

Пауза была многозначительной, хоть и недолгой. Еще не война, но они уже теряли…

— Вячек…

— Я — справлюсь! — вырвалось едва ли не воплем. Глухим, скрежещущим… — Мать твою! — склонил он голову. Опираясь на стол медленно поднялся. — Я же его суку…

— Аршан упустил Визарда…

— И тут же вспомнил о нашем существовании! — дернулся Шторм, но прежде чем Орлов прокомментировал его выходку, махнул рукой: — В порядке я. Дерьмово только, но это уже так… почти привычно.