Было там действительно что-нибудь стоящее или меня всего лишь провоцировали на более радикальные меры, предстояло только узнать.

— И что интересует мою госпожу? — улыбнулся мне Ромшез, к которому я обратилась за помощью, махнув кому-то невидимому рукой. Кому именно и гадать не стоило — Шаевский. Валанд проходил подготовку у скайлов (об этих тонкостях я знать не должна была, но… связи решали все), да и не подпускали его ко мне. Или… меня к нему, что имело даже больше смысла. Марка тянули на серьезную игру, прошлому в ней было не место.

— Не что, а кто, — поправила я Истера, отправив имена. — Мне нужно все, что выходит за рамки личного дела.

— Номера третьего можешь вычеркивать, — подмигнул мне Виктор, пристраиваясь рядом с Ромшезом. Со своим предположением, кто именно крутился на втором плане, я не ошиблась. — Приходилось с ним сталкиваться, — продолжил он, не сомневаясь, что общими фразами я не удовлетворюсь, — крепкий профи, неплохой службист, но… тебе не понравится. Не идет против правил.

— Спасибо за лестную характеристику, — фыркнула я ворчливо, еще раз просматривая данные на того, кто стоял в моем списке предпоследним. Служба розыска, солидный список дел. Семья — нет, что и не удивительно, дети — тоже нет, что слегка настораживало. Далеко за сорок, должно присутствовать хоть что-нибудь…

— Извини, — развел руками Виктор, — но если уж ты снизошла до общения с нами, значит, прижало. К чему тогда разводить суету.

— Не оправдывайся, — хмыкнула я, не пропустив осунувшегося лица Шаевского, теней у него под глазами и какого-то сумрачного, потерянного взгляда.

Сочувствовать не собиралась, чтобы не унижать — этот парень и сам со всем справится, но добавить своих проблем, чтобы слегка взбодрить, выдернув из привычной круговерти: Шторм — жена, как одна из основных ниточек в разработке Матюшина, стоило.

— Одного из этих ребят сватают на место моего заместителя по оперативке, так что твоя характеристика в точку.

— Даже так! — задумчиво протянул Виктор, бросив быстрый взгляд на Истера. Тот ответил не менее понимающе. — Это как-то связано с проколом нашей группы на Приаме?

— А там был прокол? — без малейшего намека на энтузиазм уточнила я, прекрасно понимая, что наивными мои собеседники точно не были. А уж соображали… не стыдно и поучиться.

— На «живца» там было, — резко произнес Шаевский, ничуть не смущаясь тем, что информация явно относилась к закрытой.

Мысль о том, что без Шторма и здесь не обошлось, не была лишена оснований. Виктора и Истера я относила к разряду своих — вместе рисковали, Славу — вечных противников. Тут — дружеская поддержка, там — варианты использования. Результат одинаковый, привкус разный.

— Под кого подставляли — понятно, — вздохнула я. Шторм при любых условиях оставался Штормом, — а вот кого?

Теперь уже вздохнул Шаевский. Тяжело… Многообещающе…

— Радова…

— Твою мать! — подскочила я.

Стас Радов, тоже участвовавший в сопровождении дочери Виктора и ее матери (я даже мысленно не называла эту женщину женой Шаевского, пусть даже их брак и был на текущий момент зарегистрирован по всем правилам), являлся женихом одного из моих маршалов. Эмилии Солк.

— Жив он, — поспешил успокоить меня Виктор, спасая счастливое будущее своего шефа. Просто извинениями бы Шторму не обойтись. — Потрепало, но без необратимых. Прикрытие взяло все на себя, вот двое из них…

— Когда? — возвращаясь в кресло, уточнила я, когда Шаевский замолчал.

— Четверо стандартных…

О том, что его ребята напоролись на Скорповски, Слава передал сутки назад… Наткнулись, отыграли, облажались, вновь наткнулись… Все могло быть совершенно иначе, но в любом случае, не так просто, как мне хотелось бы.

— Хорошо, — кивнула я, принимая все сказанное к сведению. В том, что этот разговор санкционирован самим Штормом, я больше не сомневалась, — с этим разобрались. Что по кандидатам?

— Есть кое-что интересное, — хмыкнул Истер, глядя на дисплей планшета. Выглядел при этом весьма довольным. — Лови.

— Поймала, — отозвалась я, активируя еще три внешки. Голография, в одном столбце информация, предоставленная Вороновым, во втором… — «Фратеко»? — приподняла я бровь, ловя себя на том, что ничего не понимаю. — Братство?

— Наемничий легион, — пояснил Ромшез, глядя на меня с удовлетворением. Похоже, из всего, нарытого им, я выцепила самое главное. — Кстати, есть сведения, что Иштван Руми когда-то подвизался там же.

— И мой муж был с ним лично знаком, — продолжила я цепочку. — А курировала их команда ныне генерала Орлова… Стыкуется едва-едва, но… можно считать фактом.

— А это откуда? — тут же полюбопытствовал Истер. Мои столь глубокие познания явно затронули его хрупкую душевную организацию.

— Места знать надо, — довольно грубо оборвала я его. Политесы мы могли разводить долго, да только времени на развлечения не было. Ни у них, ни у меня. — Переподготовка после возвращения. Служба розыска, но по карьерной лестнице продвинулся как раз на уровне средних профессиональных. Это если не обратить внимания на одно из его дел и не вспомнить кличку Факир.

— Думаешь, не светили? — Интерес Шаевского был искренним, у него даже глаза заблестели.

— Думаю, что решение мне принимать лишь завтра утром, еще успею оценить со всех сторон. — Подмигнув Истеру, поблагодарила: — Спасибо! Буду должна…

— Моя госпожа! — укоризненно вскинулся тот, но тут же изменил тон, реагируя на прикосновение Шаевского: — Ты вступаешь в игру?

— А что мне остается? — скривилась я, давая понять, что моей собственной прихотью подобный вариант развития событий точно не предусматривался. — Раз уж вы не в состоянии…

— Знаешь, как его прозвали наши? — холодно бросил Шаевский, выходя вперед. В паре с Ромшезом он продолжал оставаться первым. Идеальная спайка… — Смертью! — припечатал он, явно рассчитывая, что выводы я сделаю правильные.

Зря старался, насколько эта тварь опасна, я осознала еще на борту крейсера.

— Ты лучше передай Стасу, чтобы связался с Эми. За три недели ни слова… А то смотри, мой младшенький в гости обещался нагрянуть…

— Понял, — все так же серьезно отозвался Виктор. Попросил, глядя на меня с таким надрывом, что мне захотелось тут же набрать код Шторма и… Ничего подобного делать я не собиралась. Эти парни знали, ради чего все это: — Скорповски — не наша тема, там работают другие, так что…

— Вот это не должно тебя беспокоить, — хмыкнула я. Не беспечно, лишь слегка разбавить позитивом мрачность этой части нашей беседы. — Ты за собой присмотри, — не выдержав интонаций, бросила я резко, отвлекаясь на входящий. Шел тот на уровне «экстра», и захочешь, а не избежать.

Виктор только и успел, что кивнуть, как его лицо перекрыла кодировочная таблица. Взгляд появившегося на его месте дежурного не обещал ничего хорошего:

— У охраны свидетелей три два, просят поддержки, — произнес он четко, отвечая на так и не заданный вопрос.

Служебные будни… ничего нового.

А до конца рабочего дня оставалось всего лишь полчаса… И Ровер обещал вернуться домой вовремя…

— Мои подозрения подтвердились…

Аршан, упершись подбородком в сложенные в замок ладони, смотрел на Шторма.

Разделял их лишь стол.

— Ты для того и прилетел, чтобы сообщить мне эту радостную весть? — тронув усы, холодно произнес Шторм, едва сдерживаясь, чтобы не зарычать. Злость рвала на куски, но вариант экспрессии, выраженный в ненормативной лексике, с этим типом не проходил.

Скайл, первый претендент на главный титул, глава ведомства, занимающегося в кангорате безопасностью… Какие эмоции — абсолютная бесстрастность. Человечностью иногда прорывало, но каждый раз, когда нечто подобное происходило, где-то поблизости можно было обнаружить дочь Орлова. И ведь ни малейшего намека на чувственную подоплеку (только этого им с генералом не хватало!), лишь симпатия к авантюризму Натальи.