Посмотрев на Тараса, не отводившего от меня глаз, ужаснулась собственным мыслям. Увы, это не помогло. Как и то, что при таком раскладе однозначно определить соотношение сил в будущей бойне казалось совершенно невозможно. Как и обнаружить возможные причины.

Но ведь войной пахло!

— Чем порадуете капитана? — грозно насупилась я, сглаживая затянувшуюся паузу. Какими бы правильными не были мои рассуждения, помочь они нам сейчас ничем не могли.

— Если только кофе с булочкой, — оскалился ангел, бросив взгляд мне за спину.

Искандер посчитал, что раз уж он свободен, то вполне может и остаться в командном.

Спорить с ним я не собиралась.

— Надеялся, что откажусь? — подмигнула я Тарасу, направляясь к своему пилот-ложементу. Нам с Искандером оказалось достаточно определиться со своими позициями, как все тут же нашли себе более интересное занятие: сгрудились у рабочего места навигатора — страсти теперь кипели там. — Давай, тащи. И узнай, где Юл.

— А спросить у ИР? — попытался избежать своей участи Тарас, лишь теперь сообразив, что мои капризы не коснулись только его.

— ИР сейчас будет не до розыска пропавших курсантов, — осклабилась я, намекая, что пока он будет заниматься приготовлением кофе, я устрою себе новое развлечение.

— Таши… — проявил догадливость ангел, но был вынужден отправиться к телепортационному кругу. Мой взгляд был категоричным.

Осмотревшись — кроме адмирала обо мне уже все забыли, а его я вроде как игнорировала, откинулась на спинку.

Скомандовала:

— ИР, полное погружение.

До выхода из прыжка оставалось еще почти три часа. Успеем и просчитать, и… «нырнуть».

— Принято. — Слушать саму себя иногда было даже приятно. Особенно, когда вот так, деловито. — Полное погружение.

Спинка ложемента медленно опустилась, полусферу вокруг меня затянуло словно туманом, подушечки пальцев кольнуло — активировались нейро-датчики.

Представив, насколько будет недоволен вернувшийся Тарас, невольно улыбнулась. Кофе с булочкой мне сейчас точно не хотелось.

— Доступ к разблокированным данным.

«Принято». — Этот «голос» прозвучал уже ментально. — «Запускаю адаптацию информационного массива. Загрузка по мере…».

Карта галактики «Изумрудная» отступила, став темным фоном с крошечными искорками, рассыпанными в черноте, ближе — только протяни руку, один за другим начали проявляться символы, большинство из которых так и остались нечитаемыми и после уверения ИР, что процедура перевода с языка артосов протекает в штатном режиме.

А я так надеялась, что с сюрпризами на сегодня покончено.

— И что бы это значило? — поинтересовалась я у Дальнира, прикоснувшись к одному из таких, и не получив отклика. А ведь трехмерная картинка показалась знакомой. Что-то подобное я видела на втором Харабе.

«Недостаточно полномочий», — серьезно озадачив, равнодушно отозвался ИР.

— Недостаточно полномочий… — передразнила я «саму себя», едва удержавшись от любимой присказки про демонов. Этим на борту моего корабля точно было не место. — И много здесь такого, для чего не хватает этих самых полномочий?

ИР с моим вопросом справился, но лучше бы я обошлась без него…

— И это все? — уточнила я, глядя на единственный символ, застывший прямо перед моим лицом.

«До подтверждения соответствующего статуса, доступ разрешен только к личному дневнику капитана Тайраши».

— Капитана… Тайраши? — протянула я медленно, понимая, что предпочла бы вернуться к тому моменту, когда вводила карту особого положения и взвалить все проблемы на адмирала. В последней фразе ИР слишком явно слышались отголоски будущих неприятностей.

«Капитана Тайраши», — безропотно повторил Дальнир, видно посчитав, что в первый раз прозвучало неразборчиво.

Но я его уже не услышала. Манившее к себе имя самаринянской богини Судьбы оказалось сильнее, чем предчувствие, пытавшееся убедить, что лишние знания — многие беды.

Информационный блок раскрылся раньше, чем я согласилась с самой собой, что делать этого не стоило…

Индарсу оказалось достаточно бросить единственный взгляд на вошедшего в его рабочий кабинет генерала, чтобы понять, ради чего Орлов просил о немедленной встрече.

Впрочем, на этот раз присущая ему проницательность была совершенно не причем — тот даже не пытался выглядеть спокойным.

— Таши?!

Вот он, момент истины! Убеждай себя — не убеждай, но стоило ее имени всплыть из той глубины памяти, в которую он его загнал, как в душе всколыхнулось. Горечь потери, сладость губ, трепет ее тела в его руках, стоны, сбившееся дыхание…

Он почти смирился…

Индарс не обманывал себя, знал, что сделает все, только бы она принадлежала ему… Бескомпромиссный выбор: либо так, либо… никому.

— Сорванный прыжок. В расчетное время «Дальнир» на связь не вышел. Ашкер Харитэ подтвердила исчезновение корабля.

— Тварь! — прошипел император, впервые за время их знакомства позволив себе проявление эмоций. — Лживая тварь!

Оценив выдержку Орлова, который словно и не заметил брошенных неизвестно в чей адрес обвинений, указал на кресло. Дождался, когда тот присядет, и лишь после этого отошел к окну. Цветная мозаика растаяла, реагируя на команду и пропуская в комнату яркий полуденный свет.

— Адмирал Искандер находится на борту ее корабля?

— Вы считаете, что избавлялись от него?

— А вы разве так не считаете? — резко обернувшись, чтобы увидеть, как становится маской лицо генерала, поинтересовался Индарс. Вроде и говорил ровно, но в воздухе осталось ощущение прозвучавшего в голосе сарказма.

Орлов мог бы сказать, что сильно сомневается в уместности употребления слова «избавлялись» в данном контексте, но не торопился вступить на путь откровенности. Сначала стоило прояснить для себя позицию самого Индарса.

И не только ее… и не только по этому вопросу.

— Границы предоставленных адмиралу прав известны лишь главам коалиционных секторов. — Не столько равнодушно, сколько холодно произнес он. А прозвучало: «Вроде одно дело делаем, да и сколько раз помогали друг другу…»

— Хотите сказать, — вздохнул Индарс, чувствуя, с каким трудом сдерживает все усиливающийся гнев, — что у вас нет оснований для столь кардинальных выводов?!

Подноготную реплики генерала распознал без труда, да тот и не сильно вуалировал истинный смысл.

Помочь успокоиться это вряд ли могло.

Орлов был прав. В чем-то… очень важном для них обоих. Игры — играми, но поднимать флот и рисковать жизнями миллиардов своих подданных Индарс не собирался. Война ему была не нужна. А особенно та, где шансы на победу выглядели ничтожными.

А в этой, похоже, он начал проигрывать, ее даже не начав.

Подобное развитие событий он допускал, не зря же предлагал Харитэ познакомиться с некоторыми фактами из жизни будущего командира конвоя. Вроде как, оценить способность действовать в рамках нестандартных ситуаций.

Акшеру не нужен был Искандер, с его полномочиями, ему… она. Наталья Орлова. Погибни Таши, стало бы легче. Острая боль со временем притупилась, стала памятью…

Не вернуть, не изменить.

Когда на борт «Дальнира» взошел и Шураи, император даже обрадовался: не поняла, не воспользовалась… Ему оказалось достаточно представить, что Таши больше нет, как от ненависти к одной только мысли захлестывало желание убивать. Любого, кто попадется под руку.

Наваждение?

Индарс думал иначе. Таши была единственной женщиной, которая могла дать ему то, что не удалось другим — свободу…

Она сама была свободной.

Но сейчас ситуация обернулась совершенно с иной стороны. Харитэ, как он совершенно правильно догадался, Искандер был не нужен, но… не так, как считал он. Похоже, у ашкера ооры домонов появились свои планы. Хорошо если только на самого скайла.

— Господин император, — Орлов называл этот маневр плановым отступлением, — я позволю себе отметить, что просил об аудиенции не для дискуссии о выводах, которые могу или не могу сделать. Зная ваше… отношение к моей дочери, я счел необходимым…