— Ваша каюта на четвертом уровне, — сдвинулся офицер, указав на левый проход. Ощущение петли на моей шее стало почти реальным… и… исчезло, растворившись в формальной фразе. — Желаю вам приятного полета.

Еще не игра, но… фигуры уже расставлены.

Поблагодарив вежливой улыбкой и подумав о том, что Шторм прибьет меня сам, первой вошла в коридор.

Еще пятнадцать минут…

Мысль о Ровере мелькнула и… пропала. Ему будет больно, но мы оба осознавали возможные последствия принятых нами решений.

Юрий Уваров проснулся сразу. Неслышное никому, кроме него: «Пора», голосом матери, который никогда не забывал, и он открыл глаза.

Спустя секунду вспыхнул свет и, ревом пронеслось по казарме:

— Абитура, подъем!

Затем что-то смачно шлепнулось — Юрка в это время уже не только слетел с кровати, но и схватил безликие, как и у всех, серые тренировочные штаны, потянуло дымком…

Кто-то из юмористов назвал это экстримом — не успеешь выскочить, долго придется отмываться. Краска во взрыв-пакете была из стойких.

А из коридора между тем неслось:

— Это кто у нас тут?! — Короткая пауза. Юрка даже «увидел» выражение лица Сурикова, (тоже, кстати, Юрия), их наставника. Задумчивое такое, сосредоточенное. — Ах… девочки… — Еще одна пауза (Юрка как раз ввинтился в затор из четырех парней, застрявших в проходе), и снова громогласно: — Мальчики и девочки остались у мамочек и папочек! Здесь есть только абитуриенты! Всем ясно?!

Машинально уклонившись от летящего в лицо кулака — голография, но удар будет зафиксирован, встал на свое место в пока еще похожем на штриховку строю и вместе с теми счастливчиками, кто успел, рявкнул:

— Так точно!

Слева и сзади раздался хлопок — двое пострадавших и один кувырком успел уйти в слепую зону, спустя пять секунд — бонус для девчонок, тем нужно было натянуть еще и майку, хлопнуло и справа, сопровождаемое визгом.

— На-пра-во! На плац, бегом… марш!

Строй дернулся, двинулся вперед… колыхнулся, разворачиваясь…

— Ким опять влетел, — раздалось из-за спины чуть хрипловатым шепотом. Дан… Не сказать, что подружились, но держаться предпочитали вместе. Да и причина была. Две…

— Видел, — не оборачиваясь, так же тихо, отозвался Юрка.

Ким — парень с какой-то из отдаленных планет, был старше их на год. Голова… светлая, самые сложные логические задачки щелкал так, что оставалось только по-черному завидовать, а вот с физподготовкой… у большинства девчонок выглядело значительно лучше.

— Отставить разговоры! — раздалось совсем рядом.

Юрка скосил взгляд, едва не споткнулся — этот камень он сам лично каждый вечер уносил к соседнему корпусу, но каждое утро тот вновь оказывался на месте.

— Уваров, — скривился Суриков, который бежал параллельно их нестройной колонне, — если расшибешь коленку, сопли подтирать будет некому…

Кто-то из девчонок в хвосте нестройной колонны хихикнул, но стоило Сурикову чуть придержать шаг, тут же замолк.

Следующие двадцать минут были из разряда сочетания приятного с полезным. Физические упражнения занимали тело, на наблюдательность — ум. И все это под ритмичную, жизнеутверждающую музыку и безжалостные комментарии наставника:

— Каева, это наклоны, головой мотать не обязательно… Раз, два, три, четыре… И кто у нас такой смышленный?!

Суриков был достаточно далеко, так что Юрка коротко бросил стоявшему слева Дану:

— Вечером потренируем…

— Если не свалимся…

— Уваров! — тут же раздался жесткий окрик. — Что было в руках начальника лагеря, когда тот проходил мимо?

— Планшет и слот, который он передал старшему наставнику Чернову, — не прерывая движения, отозвался Юрка.

Уж что-то, а со зрительной памятью у него было все великолепно. Благодаря отцу, который хоть и выступал против его желания стать маршалом, но помогал всем, чем мог.

— Исходное положение — руки над головой, — Суриков двинулся дальше. — На счет раз — приседаем, на счет два — поднимаемся. Делай.… Раз! Два… Раз! Два… Зотова, убери плотоядный взгляд с мяса Хамилова. От него скоро одни ошметки останутся.

— Ой, — пискнули во втором ряду… Юрка чуть не вздрогнул… Опять…

Не ошибся…

— Солк! Упор на кулаках… принять! Двадцать отжиманий… Раз! Мама тебя любит… Два… Раз! Папа на тебя смотрит… Два…

Жизнь была хороша, жизнь была интересна и познавательна…

С Даном удалось пообщаться только после завтрака. Пятнадцать минут — личное время перед первым учебным часом.

— Сколько на этот раз? — Юрка подошел к Казину. Тот, то ли хмурый после визита к Сурикову, то ли злой, стоял в стороне от собирающегося перед корпусом народа. После единственной демонстрации, чем может грозить опоздание, желающих повторить не было.

— По пять за каждого, — сквозь зубы процедил Дан. — Я эту стерву…

Стервой была Солк, которая не давала прохода одной из девчонок. На фоне эффектной и независимой Эмилии та выглядела не просто скромной — тихоней. Оставалось только поражаться, как прошла психологический отбор. Профессия, которую они выбрали, требовала определенного склада характера.

— И что будешь делать? — сочувственно уточнил Юрка.

Ему вроде бы и все равно, он без проблем успевал по всем дисциплинам, но чувство справедливости воспитал в нем отец. Дан был старшим в их пятерке, двое «на вылет» добавляли ему штрафных баллов.

Да и разговора с заместителем помощника директора Службы Маршалов Юрка не забыл. Долгий разговор, после которого осталось ощущение, что его методично прощупали и перетрясли, прежде чем сделать предложение, которое он принял не задумываясь.

Такой шанс, как этот, давался далеко не каждому.

— А что я могу?! — вскинулся Дан. — По-человечески она не понимает, а бить… Был бы парень, врезал, а с этой связываться… Хоть бы Кима подтянуть… — не без надежды посмотрел он на Юрку.

— С Кимом помогу, — кивнул он, думая совершенно о другом. О поводе, который до этого никак не подворачивался. — А у меня ведь есть идея! — посмотрел он на Дана. Улыбнулся… обнадеживающе. — Если получится…

— Ты это специально? — сдвинулся Дан, посмотрев на табло. До сигнала шесть минут.

— Да вот думаю, она тебя сразу прибьет или сначала опустит перед девчонками…

— Умеешь ты обрадовать, — опять нахмурился Дан. Дернулся сделать шаг в сторону, чтобы проходивший по дорожке Суриков не заметил, но движения не закончил.

— А ты сведи их вместе, — решившись, выдал Юрка, проводив взглядом своего старшего тезку. — Кима и Солк.

— А потом пойди и утопись, — мрачно продолжил Дан, не оценив прелести идеи друга.

— А потом наслаждайся развлечением, — хохотнул Юрка, уже даже представив мысленно, как это могло бы выглядеть. — Назначь ее наставником Кима…

— Так она и согласилась, — машинально отозвался Дан и тут же с любопытством посмотрел на Юрку. — А я ей пригрожу штрафными. Эта фифа так трясется над своими баллами, что вряд ли захочет их подпортить. — Вот только… — появившийся в глазах оптимизм слегка потух, — разрешит ли цербер?

Цербером у них прозвали Сурикова. Вроде и молодой — немногим старше их самих, а как цепной пес.

— Цербер? — повторил Юрка, оглянувшись. Ким, как обычно, сидел, склонившись над планшетом. Один. Эмилия стояла среди девчонок и рассказывала что-то веселое. Веселились не все, щеки у тихони были уже пунцовыми.

Точно, стерва. Он хоть и знал о причинах такого поведения — объяснили, но ее случайную жертву было все равно жаль.