— Четвертый?! — Я хоть и сдержалась, но отголоски полыхнувшей ярости прозвучали рычащим «р».

— Неизбежность-один, — как ни в чем не бывало, откликнулся Джекаро, — потеряшку подтверждаем. Это транспорт «Икс Эй» два нуля тридцатый. Прошу разрешения на контакт.

— Четвертому контакт разрешаю, — на этот раз уже спокойно произнесла я. — Четыре-два, четыре-три на поддержке. Сектор контроля дальних сканеров транспорта покинуть.

«Принято» было строенным. О том, что иногда меня лучше не злить, их уже просветили.

— Ваш кофе, капитан, — подошел к ложементу справа Торрек. Аккуратно поставил чашку на откидную панель. Спустя секунду там же оказалась и плетенка с булочками. — Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо, — холодно поблагодарила я его. Подняла чашку, с наслаждением вдохнув аромат парившего напитка. Сделала глоток… вахту я приняла всего лишь пару часов назад. Впереди еще шесть. — Костас, что по «Икс Эй» два нуля тридцать?

Почти самодурство — я могла и сама посмотреть. С другой стороны, каждое мгновение тишины в командном отдавало какой-то глухой тоской… словно предостережение.

— Все то же самое, что и по остальным, — отозвался тот. — Без облетки. На борту тринадцать тысяч пассажиров. Из них… — короткая пауза… только на вздох, — девять с половиной тысяч детей в возрасте от шести до четырнадцати лет. Экипаж — восемнадцать человек. Капитан транспорта…

На этот раз молчание продлилось значительно дольше.

— Что… капитан? — отставив чашку, подняла я взгляд на Костаса.

— Тебе стоит посмотреть на это самой, — отстраненно произнес он, глядя на меня как-то… странно.

— Ну, если самой… — протянула я, поднимая справа от себя еще одну внешку.

Позывные… Технические характеристики… Модификаторы ИИ… Загрузка… Экипаж… Капитан… двадцать два года. Налет — двести девятнадцать часов… симуляторы… Навигатор… женщина… двадцать один год. Налет — сто восемьдесят шесть часов… симуляторы…

— У меня бы она не стала даже младшим навигатором, — абсолютно спокойно воспроизвел вслух мои мысли Торрек.

Я предпочла его реплику не комментировать. Могло оказаться очень грубо.

— Четвертый, — радуясь, что жизнь научила меня ничему не удивляться, вызвала я Джекаро, — расчет прыжка возьмите на себя.

— Уже, капитан, — как-то… обескураженно, отозвался капитан «Райбери». — Уже…

Мальчишки и девчонки… Впервые вышедшие в космос…

До этого мгновения я даже не догадывалась, что это такое… совершить невозможное!

— Слава, — жестко произнес Орлов, поднимаясь там, на Земле, из-за рабочего стола, — ты мне…

— Генерал, — отмахнулся Шторм. И сам тоже… уже генерал, хоть всего и майор, в отличие от того… генерала, который полковник, но вот это: «Генерал», в отношении Орлова так и осталось. С новыми нашивками он не то, что не свыкся, просто чувствовал разницу между собой и своим бывшим командиром, — давай без вот этого сотрясания воздуха. Просто признай, что нас сделал этот мальчишка и расслабься. Все, что возможно, я исправлю. Что невозможно — исправлю тоже.

— Аршан — не мальчишка, — машинально поправил Орлов, потом резко, с яростью, ударил кулаком по боковой стенке подвернувшегося под руку шкафа. — Ублюдок!

— Это ты сейчас о ком? — свел брови к переносице Шторм. — О канире или Далине?

Далин был их давней проблемой… Адмирал хоть и из старшего поколения, кто поднялся во время конфликта с Самаринией, но и тогда (по отзывам тех, кто с ним служил) был мужиком с гнильцой — мелочным, двуличным, что уж говорить про теперь, когда и должность, и соответствующий чин.

Оставалось только надеяться, что в окончательном составе Коалиционного Штаба, этого типа не будет. Соболев обещал постараться… Насколько удачным окажется это старание пока оставалось под большим вопросом. Формирование структуры шло полным ходом, но до окончательной утряски было все еще далеко.

— Об обоих, — прохрипел Николай, тряхнув рукой. — Суки!

— Как тебя занесло! — Шторм качнул головой и последовал примеру Орлова. Срывать злость на ни в чем неповинных предметах интерьера он не собирался, но встать — встал. — И ты зря не доверяешь Аршану. Он хоть и сыграл у нас за спиной, но обошелся без подстав.

— Мы согласовали прикрытие, — уже спокойнее отозвался генерал. — Прикрытие, а не многоходовку с ловушкой на живца.

— Джерхар согласился на этот вариант, значит, посчитал целесообразным…

— Там… моя… дочь! — оборвал его Орлов. — И внук!

— Их место там при любом раскладе, — «философски» заметил Шторм. Отметив, как вскинулся Николай, качнул головой, словно говоря, что срываться вновь не стоит. — Индарс просил связаться с тобой. Собирается вывезти с Таркана крио-камеры с эмбрионами.

— Кто? — холодно протянул Орлов.

— Не понял? — нахмурился Шторм.

— Ты мне пансионерку из себя не строй! — опять вызверился Орлов, но уже как-то без огонька, словно всего лишь давая себе время для размышления. — Кто пытался добраться?

— Информации нет, — развел руками Вячек. Замер, наблюдая, как сорвался лист с росшего в кадке в углу кабинета миниатюрного дерева — подарок Йорга. Спланировал по воздуху, мягко лег на пластиковое покрытие пола. Яркая зелень и тонкая желтая полоска по краю…, - но если тебя устроят мои предположения… — поднял он голову, встретившись с тяжелым взглядом Орлова. — До конкора — месяц. Последние действия Службы внешних границ добавили ее главе популярности… — Он сделал короткую паузу, давая возможность генералу еще раз «пройтись» по тому, что он произнес — звучало фактически обвинением, и только после этого продолжил, точно зная, что остального мог и не говорить: — Насколько мне известно, уже высказывалось мнение, что кангору стоит восстановить Искандера в правах канира.

— Ему настолько важна власть, что он готов пожертвовать родичем? — глухо уточнил Орлов, когда Шторм замолчал.

— Думаю, ему важнее стабильность, — вздохнул Шторм. Перевел взгляд на дерево… ни один лист больше не собирался повторить самоубийственного полета своего теперь уже бывшего собрата, затем вновь посмотрел на генерала. — Если следующим кангором станет Аршан, то Искандер будет назван претендентом. Опасная ситуация… А при нынешних обстоятельствах, едва ли не смертельная. Но это ведь только один из возможных вариантов, причем, оптимистичный.

— Пытаешься оправдать? — удивленно вскинулся Орлов.

Шторм перекатился с пятки на носок и обратно, усмехнулся, намекая, что провокация выглядела примитивно, но вопрос без ответа не оставил:

— Я же тебе сказал: все, что возможно, я исправлю.

— И то, что невозможно…

— Николай… — вздохнул Шторм обреченно, — не режь по живому. — Я и так задействовал всех, до кого смог дотянуться…

— Ильдар? — вот теперь уже по-настоящему нахмурился генерал.

Контакты с самаринянами становились все более плотными. Вроде и неплохо, но свою цену за ту помощь, которую оказывал, эклис еще не назвал.

— После покушения с ним стало трудно находить точки соприкосновения, — вскользь заметил Шторм.

— Слава! — протянул угрожающе Орлов.

— Да что, Слава! — неожиданно сорвался на рык Шторм. Вздохнул, покаянно посмотрел на друга: — Дело не в том, чтобы договориться о супертяже, его еще в зону выставить надо.

— Да понимаю я, — отмахнулся Орлов. Повторил… медленно, словно уверяя себя, что так оно и есть. — Понимаю.

— Фархад обещал прикрыть и Наталью, и Дарила.

— Ну… если Фархад обещал, — с легким ехидством в голосе заметил Орлов, но тут же качнул головой — не та тема, которую им сейчас стоило развивать. — Как дела у Михаила?

— У Кота? — переспросил Вячек, словно в их окружении было много Михаилов, о котором мог спрашивать Николай. — Сидит на Ярлтоне, вытягивает по ниточке историю с «Мэгик иниарс». Популярен у барышень, чем бессовестно пользуется…

Михаил Гусаров был из того, второго поколения личных связей, которые перешли от Орлова к Шторму. Генерал-полковник неплохо знал отца Кота — прозвище, всплывшее в свое время из детства и прочно прицепившееся к советнику по экономике при Штабе объединенного флота, Шторм… неплохо знал самого Михаила.