— Знаю, — выдохнула я, осторожно положив ложку на тарелку. Подскочила…

Вот оно…

Догнало, взяло за глотку, закрутило, выворачивая душу…

Искадер был для меня только именем в цепочке связей. Шторм, Орлов, Шаевский… Соболев, братья, два из которых служили под началом адмирала…

— Для Римана не стоит вопрос: ты или его верность Самаринии… — неожиданно произнесла Мария, сбив меня с ассоциации.

Там тоже была цепочка, но уже другая. И опять адмирал Соболев. И лабораторный комплекс «Ханри Сэвайвил», расположенный на Маршее. И презентация новых систем жизнеобеспечения, на которую была приглашена наша делегация…

— Что? — непонимающе посмотрела я на нее, остановившись на том, что в памяти о том дне осталась какая-то неправильность. Что-то, не имевшее значения тогда, но ставшее важным теперь.

На этот раз вздохнула уже Мария:

— Кажется, я ошиблась с выводами, — посетовала она, посмотрев на меня с раскаянием.

Я только усмехнулась, сообразив, о чем именно она говорила:

— Даже у Шторма не возникло мысли использовать меня для получения информации.

— Ты почти не поела, — не дав мне продолжить, кивнула она на мою тарелку.

То, что сама к еде даже не притронулась, ее совершенно не смущало.

— У меня ведь нет выбора? — перевела я все не сказанное нами в шутку.

Два мира…

Мы искали точки соприкосновения и… находили их.

Не всегда, не во всем, не со всеми…

— Если ты захочешь уйти, — Мария тоже поднялась. Несколько секунд смотрела на меня… по-матерински… веря, что я все сделаю правильно, — Риман останавливать не станет. Для него твой путь не менее важен, чем собственный.

Да… Ситуация!

— Два крейсера-разведчика. Важная информация. Незнакомый сектор, по которому нет навигационных карт. Ты в двойке главная. Твое решение?

Недоуменным ее взгляд оставался лишь доли секунды. Потом в нем появилась жесткость и она четко, уверенно ответила:

— Разделиться, увеличив наши шансы.

— Именно это мы с Риманом и сделали, — грустно улыбнулась я ей.

Мария не сразу, но кивнула. Отошла к стойке, сняв плащ, накинула его себе на плечи. И уже с платформы телепортатора закончила… уверенно:

— Его дар корежит. И это может оказаться серьезнее, чем стоящая перед вами задача.

Дожидаться моего ответа она не стала. Ограничивающее поле вскинулось, выставляя между нами стену, а когда опало, проблема собственных отношений отошла для меня на второй план.

— Твою… — с каким-то… сомнительным удовольствием протянула я, практически подбегая к рабочему столу. Подняла внешку, ввела коды допуска, машинально отметив, что до оперативки оставалось еще четырнадцать минут.

Отправив запрос в архив, отбила на столешнице Штормовский марш. Мысленно выругалась — время обзавестись собственной визитной карточкой уже давно наступило, но до реализации возникшей идеи я так и не добралась. Рядом с первой поднялись еще четыре внешки, давая перспективу.

Запись событий в главном лабораторном комплексе «Ханри Сэвайвил» шла в ускоренном режиме, но меня вполне устраивало. Элизабет, которая находилась там в эти часы, достаточно было и мелочей, за который цеплялся взгляд.

Холл перед тамбуром, который предварял вход в третий корпус, где находились демонстрационные залы. Мы с Шаевским, не торопясь оказаться внутри, осматривались, оценивая…

Оба знали, что нам предстоит сделать, оба… верили, что справимся.

И поодиночке, и… вместе.

Я остановила движущуюся картинку точно в нужное мне мгновение. Сменила ракурс — изъятые после захвата комплекса записи с камер наблюдения позволяли подобный трюк, нашла еще более выгодный… с этой точки заинтересовавший меня мужчина выглядел уже не «одним из», воспринимаясь вышедшим на охоту хищником, приблизила, разглядывая…

— Зайди ко мне! — вызвала я Кабаргу.

Тот появился спустя минуту.

Щеголевато-подтянутый, с хитрой искоркой в глазах…

Подраставшая смена наступала нам на пятки, давая все больше оснований ими гордиться.

— Мне нужен этот тип, — когда Сашка остановился в двух шагах от меня, кивнула я на экран. — И тот, на кого он смотрел.

— И об этом никто, кроме меня, пока что знать не должен, — понимающе добавил Кабарга. Довольно хмыкнул: — Из-под земли доставать?

Шут!

Вот только взгляд у этого шута был уже вполне серьезным.

— Все, что сможешь найти, — не поддержала я шутки. Сбросила кусок записи на слот, подала Александру. — Приоритет — высший. Где бы и с кем я ни была…

— Как прикажет госпожа подполковник! — вытянулся он. — Разрешите идти?

Кивнув, с эстетическим наслаждением посмотрела, как он четко развернулся, демонстрируя идеальную выправку, направился к двери.

Наступающая на пятки смена…

Там, на Маршее, мелькнувший среди гостей мужчина привлек мое внимание, но приглашение Дариса Ханри составить ему компанию не позволило сформулировать оставшиеся в качестве образа подозрения. И лишь теперь, собрав критическую масса из множества других событий, оно взорвалось мыслью, которая должна была возникнуть еще тогда.

Скайлов среди официальных делегаций на этом мероприятии не было.

Если только…

Собрались в кабинете Лазовски.

Если говорить по большому счету, то не принципиально, но в отличие от вотчины Орлова — традиционного места встреч, здесь было небо.

Тяжелое, свинцовое, напоминающее скорее об осени, а не о весне, но живое, дышащее влажным от дождя воздухом и мятущееся порывами ветра.

Устроились где кому удобно, чины и заслуги оставив за дверью.

Ближний круг…

Как ни называй, главным был смысл…

— Ситуация из тех, когда на первый взгляд все достаточно прозрачно, но вот на второй… — Ханаз, который исполнял обязанности директора Службы маршалов, коротко посмотрел на Ровера.

Все, о чем он сказал, не имело к тому никакого… практически никакого отношения, но взгляд цеплялся именно за Лазовски.

То ли стоял… «на линии огня», то ли поднимал градус напряженности его наглухо застегнутый китель, то ли…

То ли не давал покоя последний разговор с Элизабет.

И ведь ни слова упрека — да и не могло быть, но что-то невысказанное осталось. Так и не произнесенным именем погибшего Жерлиса, место которого занял Ханаз, мелькнувшим в ее глазах беспокойством, когда речь зашла о Ровере…

Устоявшиеся связи, которыми они были повязаны крепче, чем клятвами.

Родство душ?

Нет!

Скорее уж, принципов!

— Брифинг закончился в шестнадцать пятьдесят восемь, — Шаиль все-таки отвел взгляд и, выпрямившись в кресле, положил руки на стол. — Жерлис и я покинули здание пресс-корпуса среди первых. Через тридцать пять минут входили в холл Управления.

— С главного входа, что является серьезным нарушением правил безопасности, — продолжая изучать что-то на дисплее планшета, вскользь заметил Кривых.

Расследование вела совместная группа СБ, ССБ и Службы маршалов. Последние вписались не сразу, подключились, когда в одной из проб эксперты выявили ДНК их подопечного.

На пользу или нет пошло сотрудничество, предстояло ответить времени. Пока же…

Картину произошедшего воссоздали без труда, но этим успехи и ограничились. Девятый день без особого результата. Не сказать, что совсем пусто, но к главному — ради чего, еще даже не подбирались.

— Сбой на основной стапельной площадке, — спокойно, словно не повторял уже с десяток раз, произнес Ханаз, проигнорировав полковника ССБ. — Безопасники оставили выбор за нами: уйти на вспомогательную или посадить катер на нижнем уровне.

— И вы выбрали то, что проще, — с тем же отстраненным безразличием, отозвался Кривых, только теперь отвлекшись от своего занятия.

Их взгляды встретились…

— Дальше! — довольно жестко приказал Орлов, не позволив начаться очередному раунду выяснения, кто круче.

Давно не мальчишки…

…потому и точно знали, что и почему делали.