— Если бы ты видел выражение своего лица, — усмехнулась я. Получилось с горечью, — не стал бы задавать глупые вопросы. И, судя по тому, что с каждым днем ты держишься все напряженнее, у твоего помощника успехов тоже нет.

— И меня это беспокоит, — качнул головой Дарош, не столько опровергая мое представление о нем, сколько добавляя новые штрихи. — У него глаз наметан.

— Говоришь, глаз наметан, — протянула я задумчиво.

Мелькнувшая мысль выглядела неординарно, но… она, едва ли не единственная, объясняла ту несуразность, которая не давала мне покой. В тот момент, когда я докладывала Роверу о самоуправстве Александра, муж не выглядел встревоженным. Нет, что-то такое мелькало, но недостаточно, чтобы я в это поверила.

Можно было, конечно, попытаться списать на все, что свалилось на них со Славкой, но… не получалось. Скорее уж, Геннори было известно то, о чем еще не догадывалась я.

— Вот, значит, как… — хмыкнула я, скривившись. Легкое недоумение во взгляде Дароша предпочла не заметить. — Осталось понять, зачем все-таки Сашка полез в мой планшет…

— Его объяснение тебя больше не удовлетворяет? — посмотрев на меня с интересом, уточнил Звачек. Стоял он теперь спиной к турникету, перекрывавшему доступ к экранам.

Удовлетворяли ли меня объяснения Кабарги?

Я помнила, как попыталась сдвинуть едва осознающего себя Валева в сторону лифта. Помнила, как он замер и начал падать, увлекая меня за собой. Помнила то мгновение, на которое отвлекалась, и которое могло стать для меня фатальным.

А еще я помнила уверенную стойку Александра, выстрелившего не задумываясь. Ни о том, что дальность для парализатора была критичной, ни о том, что я частично перекрывала ему сектор обстрела.

Не будь этих воспоминаний, я бы могла поверить его словам, но они — были.

И никакого противоречия… Природные данные, плюс шлифовка наставниками… Вот только полигон для накопления опыта был выбран излишне экстремальный. Тащить его с собой в бездну мне не хотелось.

— Этот мальчик слишком хорош, чтобы поверить в эту чушь, — дернула я плечом, — но не говорить же ему об этом.

— И поэтому ты держишь его рядом с собой и угрожаешь отправить к папочке?

Отойдя на шаг назад, окинула Дароша оценивающим взглядом:

— Еще один… сообразительный?

— Ну, так и я, вроде как, бывший наемник, — усмехнулся он, заставив меня приподнять бровь. На такие признания я не рассчитывала. Догадывалась — куда ж без этого, но чтобы без наводящих вопросов… — Шаиля раньше не знал, — продолжил он, — в отличие от семьи Кабарги.

— И чем же эта семья столь примечательна? — не удержала я своего любопытства.

— Хотя бы тем, — он тут же стал серьезным, — что именно я передавал им на одной из планет Приама трехмесячного младенца, которого звали Александром. Кто мать мне не известно, ребенка вытаскивали через третьи-четвертые руки, а вот позывной его отца мне назвали.

— Сабен? — выдохнула я, только после этого сообразив, что пока Дарош говорил, не дышала.

— Он, — опустил голову Звачек. — Знаешь, для нас это было… как оправдать все, что мы делали. За каждого из таких детей мы готовы были отдать не только свою жизнь… Странно, да? Суровые мужики… Убить, что переступить, а когда взял его на руки… Беспомощного, крошечного… — Он провел ладонями по лицу, потер щеки. — Извини, пробило на откровенность.

— Но все это не приближает нас к ответу на вопрос: зачем Александру понадобился планшет? — перевала я тему. Он сказал то, что был должен, я услышала даже больше. Звачек окончательно определился со своей позицией, и она находилась рядом со мной.

— Знаешь, как мы проверяли салаг? — тут же хмыкнул Дарош, хоть и продолжая смотреть на меня, но точно не видя. — Отправляли ночью в комнату старшего с чем-нибудь, типа срочного сообщения. Так даже не совсем придурки ловились…

— Вот даже как? — без труда «поймав» его намек и чувствуя, как все становится на свои места, засмеялась я. — Неплохо! — качнула головой, ловя себя на том, что будь на месте Ханаза… придумала что-либо подобное. Есть приказы, которые не обсуждаются, при всем их идиотизме.

— Ты заставила Шаиля поверить в себя, — довольно усмехнулся Дарош, когда я успокоилась.

— Или реально оценивает ситуацию, — не согласилась я. — Или — он посчитал нужным дать подсказку, но в любом случае от Сашки придется избавляться.

— Встречный через восемь часов, — оправдал Дарош мои ожидания. — С дурью баловаться не стоит, остается…

— Банальный мордобой, — ухмыльнулась я. — Только не говори, что на лайнере не найдется ни одного типа с шипами*.

— Даже если не найдется… — вздохнул Дарош. — У тебя есть три часа на то, чтобы передумать, — добавил он, уже отходя.

Говорить, что не передумаю, я не стала, он и так об этом знал, как и о том, что вновь спасал Александра, возвращая его теперь уже настоящему отцу.

Несмотря на веру в него Шторма, пристроившего Кабаргу ко мне, к той схватке, которая нам предстояла, этот парень был не готов.

— Господин Карн, госпожа… — стюард — юноша лет семнадцати, не старше, вопросительно посмотрел на Валанда. Впрочем, Валандом тот больше не был. Эрик Карн, младший совладелец корпорации «Коммуникад Техникал». Скайл.

— Госпожа Азалия, — равнодушно подсказал он, безразлично посмотрев на свою спутницу. Именно так она значилась в его билете… просто спутница.

— … и госпожа Азалия, — тут же продолжил стюард, не позволив себе ни малейшего интереса по отношению к демонице, что было весьма проблематично, учитывая ее весьма откровенный наряд, — от лица капитана, я приветствую вас на борту нашего лайнера.

— Это все? — все так же, без малейшего проблеска эмоций, уточнил Валанд. Заметив, как побледнел стоявший у двери каюты парень, скривился. — Вы можете поблагодарить капитана от моего имени и… — ноздри брезгливо дернулись, — постарайтесь как можно реже попадаться мне на глаза.

— Ну, зачем же так?! — капризно протянула демоница, когда стюард, уже даже не пытаясь сохранить достоинство, вылетел в коридор. — Он такой душка…

— Это меня к чему-то обязывает? — склонил голову Валанд, смотря на демоницу так, словно видел впервые.

Впрочем, где-то так оно и было. Доведись ему выбирать этой женщине позывной, остановился бы на непредсказуемости. То не знающий жалости воин, то — кокетка. То спокойная и рассудительная, то — необузданная стихия. А еще — глоток воды в той пустыне, которую выжгли в его душе скайлы, вышлифовывая контроль и самообладание, выводя ментальную карту на уровень своей расы. Живая… для поселившейся у него в душе пустоты.

— Нет, — подойдя вплотную, улыбнулась она соблазнительно. Поставила свою ногу между его, шевельнула бедрами, едва коснувшись его паха. — Расслабься, здесь чисто.

Снизу вверх провела ладонью по его руке, кончиками пальцев нарисовала на плече знак О-два. Хмыкнув, приподнялась на цыпочки, губами прихватив мочку уха. Когда отпустила, отметив, как Марк чуть «обмяк», следуя ее совету, заговорщицки прошептала:

— На нас с тобой сделали ставки…

— И что было сутью спора? — не изменив интонаций и не шевельнувшись, уточнил Валанд. Стоило признать, что подобная сдержанность далась не без труда. Демоница скрывала в себе огонь, устоять перед такой весьма сложно. Даже с выпестованным скайлами хладнокровием.

— Моя способность тебя соблазнить, — чуть тронув губы языком, выдохнула она, — и твоя — сопротивляться.

— В любом случае один из нас окажется в проигрыше, — безлично хмыкнул он, окидывая взглядом роскошную гостиную каюты, в которой им предстояло пережить полет на Самаринию.

Смысла в его внимательности не было никакого — Азалия лишь подтвердила то, о чем он уже и сам знал — никаких средств слежения, если только отвлечься. Ткань одежды не мешала ощущать горячую, упругую кожу женщины.