Когда император, наконец, соизволил покинуть их, они еще долго провожали взглядом уменьшающийся корабль. Они стояли на улице до тех пор, пока тот полностью не исчез.

Несмотря на то, какое напряжение принес этот человек, все закончилось хорошо. Каэрон стал спокойнее после того, как провел некоторое время с отцом.

Надя подозревала, что это случилось лишь потому, что тот принял ее и их сына.

Теперь Каэрон был наместником Земли, которая принадлежала императорской семье.

Надя с некоторым удивлением поняла, что она теперь была женой владельца целой планеты.

Эта мысль показалась ей забавной. Впрочем, ничего особо не поменялось. Она все еще продолжала быть главой поселения. И подозревала, что так будет еще очень долго.

Надя не знала, что будет дальше, поэтому решила просто любить и быть счастливой.

Сын на ее руках зашевелился и открыл глаза.

Надя улыбнулась ему.

Каэрон рядом притянул ее к себе. Она взглянула на него и фыркнула. Цвет глаз малыша был точно таким же, как у его отца. От нее ему не досталось ничего. Обидно.

Надя решила, что следующий будет похож на нее. А если не получится, то они попробуют еще раз!

Каэрон наклонился и мягко поцеловал ее губы, не зная о том, что она думала. Впрочем, даже если бы знал, против не был.

Если на свете появится больше людей, похожих на Надю, то он будет самым счастливым человеком на свете.

Они оба собирались проверить это.

И не единожды.

Ведь самое великое счастье во всех мирах и во все времена – это семья.

«… В пятьсот сорок девятом году на престол взошел Александр Первый, сын Каэрона Альциона и земной женщины по имени Надежда. Александр Первый был тем императором, что вернул человечеству их прародину – Землю. Он правил…».

Услышав шум, Надя оторвала взгляд от строчек на голубом экране и посмотрела в сторону окна. Мимо него пролетали многочисленные флаеры. В эту эпоху у людей не было автомобилей, зато чуть ли не каждый владел воздушной лодкой.

Ей хотелось прочитать про своего сына еще немного, но времени было мало. Скоро должна была начаться пара в институте.

Воспоминания о прошлом вернулись к ней не так давно. До этого года она считала себя простой жительницей космической станции «Надежда Один», базирующейся на орбите Земли. Таких станций рядом с планетой было несколько.

Но в какой-то момент ей стали сниться странные сны о далеком прошлом. А потом она поняла, что это не сны вовсе, а воспоминания.

Когда-то давно она была Надей, которая работала в туристической фирме, потом странным образом попала на пятьсот лет вперед, познакомилась со своим будущим мужем, Каэроном, и построила новую цивилизацию буквально с нуля. Не без помощи остальных, конечно.

После ее старший сын стал императором, приняв эстафету от своего хитрого деда и вернув людей на Землю, ловко устранив все препятствия.

Надя вспомнила и о многом другом.

Например, о том, что у них с Каэроном родилось пятеро детей: три девочки и два мальчика. Кроме Александра был еще Виктор. Девочек каждый раз называл Каэрон, поэтому их имена не были земными, но от этого менее красивыми они не стали.

Ее малышек звали Араная, Именея и Ливалана.

Надя помнила, как сердилась из-за того, что дети не были на нее похожи. Только маленькая Ливалана немного походила, остальные рождались как под копирку их самодовольного отца!

Помнила Надя и о судьбе остальных.

Харох прожил очень долго. Она думала, что он никогда ни с кем не сойдется, но тот в один момент неожиданно стал навещать Хэлу – женщину, что не могла ходить. Впоследствии они стали семьей, заботясь о Яле и Лансе вместе.

Остальные тоже не остались одиноки. Каждый прожил свою жизнь вместе с кем-то. Кажется, семья Нади стала для многих ориентиром, ведь с каждым годом поселение росло благодаря многочисленным новорожденным.

В ее памяти сохранилось даже то, что стало с той проклятой кучей панцирей муравьев. Как оказалось, они были отличным лекарством от множества болезней. В дальнейшем прибывшие на планету исследователи открыли их полезные свойства и запатентовали то, что спасло людей не единожды.

Это случилось уже после того, как два брата Каэрона, в попытках завоевать трон, уничтожили друг друга.

Прошедшее было далеко, но все еще отдавалось в ее груди эхом.

Она помнила, что через пару месяцев после отъезда императора к ним прибыла его личная гвардия. Надя разместила всех с удобствами. Эти люди в дальнейшем помогли им отбиться от рудых, которые все-таки разузнали, куда делись их скорбные, и решили вернуть их силой.

Одного боя им оказалось достаточно, чтобы понять тщетность затеи.

В дальнейшем Надя следила за ними, не желая повторения. Благодаря этому она многое знала.

Рудые, лишившись рабочей силы, попробовали свалить все на своих женщин, но те оказались достаточно сильны, чтобы дать отпор. В итоге долгие годы в их поселениях царило противостояние.

Не все выдерживали это. Некоторые уходили и прибивались к городу Нади. Она не отказывала им, но следила за тем, чтобы те вели себя достойно и принимали новые правила.

Спустя время, в драках или на охоте самые ярые почитатели жизни, в которой все за них делали другие, погибли, и рудые постепенно ассимилировались с людьми Нади.

Конечно, некоторые новоприбывшие пытались бунтовать, но гвардия императора, после прибытия на Землю подчинявшаяся Каэрону, быстро давала им понять, что делать нечто подобное не стоило.

Постепенно даже такие понятия, как «скорбный» и «рудый», упразднились. Все стали зваться людьми. Просто одни рождались сильнее, другие слабее, но это считалось нормальным.

Альцион до последнего хранил тайну нахождения третьего сына, явно опасаясь, что старшие сыновья могут что-то сделать. После их смерти он уже не боялся и навещал Землю, преимущественно из-за Саши, в котором души не чаял.

Спустя десятилетия город, названный Надекаэрой, благодаря имперскому влиянию сильно изменился. Дома стали выше, появилось много стекла и металла. Люди стали получать образование, начали путешествовать, отвоевывая у природы все больше влияния.

Надя с Каэроном прожили так долго, что смогли увидеть праправнуков. Их у них было очень много.

Она вспомнила даже их последний день.

Тогда они с любимым читали в саду и грелись на солнце. В какой-то момент она увидела, что что-то блеснуло в кустах ее плотоядных роз. Посмотрев в ту сторону, Надя заметила радугу, которая в одно мгновение расширилась, поглотив их с мужем.

Она вскрикнула, услышав рядом встревоженный голос, а потом вновь ощутила давно позабытое чувство, словно ее что-то душило.

Затем ей стали сниться сны. И она поняла, что вновь попала – вернее, на этот раз родилась, а затем выросла на станции «Надежда Один», пятьсот лет спустя.

Надя все еще с трудом верила, что с ней снова приключилось нечто подобное.

Она долго думала, почему ее постоянно переносит в будущее, и у нее появилась некая теория.

В конце ее первой жизни на Земле произошла катастрофа планетарного масштаба, из-за которой образовалась пространственно-временная буря. Даже сейчас, спустя тысячу лет, она все еще бушевала над планетой.

Казалось, этот феномен не имел к ней, Наде, никакого отношения, но по какой-то причине произошедшее повлияло на нее неожиданным образом.

Если первое перемещение на пятьсот лет вперед могло быть случайностью, то второе нельзя было воспринимать столь легкомысленно. Здесь явно имелась закономерность.

Надя сомневалась, что она была избранной или что-то в этом роде. Вероятнее всего, ее участие оказалось лишь стечением обстоятельств.

После долгих размышлений она предположила, что электромагнитное поле ее сознания каким-то образом срезонировало с новообразовавшейся в момент катастрофы бурей.

В момент смерти Надя хотела жить, аномалия отреагировала на ее сильное желание и отправила в будущее, где последствия катастрофы уже не были столь существенны.