Надя не собиралась отыгрываться, но при этом она не забыла прошлого и относилась к Ольме настороженно. Впрочем, это не помешало ей передать тушку женщине. Если кто-то собирался уменьшить ее заботы, то она не была против позволить этому человеку заняться работой.

– Я принесу дров и разожгу костер, – предложил Борен и направился в сторону дровяника.

– А мы натаскаем воды, – выдвинули предложение еще пара мужчин-скорбных.

– Я могу посмотреть, не осталось ли каких-нибудь трав, – заговорила Лимира. Она выглядела неуверенно и явно очень опасалась людей Каэрона, но, несмотря на свою робость, все-таки направилась к складу, в котором Надя когда-то позаимствовала несколько мешочков припасов.

Вскоре все засуетились. Люди хотели есть, а потому даже их страх отошел на второй план.

– Что ты будешь с ними делать? – спросил Каэрон. – Хочешь забрать их в наше поселение?

– Ты против? – задала она вопрос.

– Мне не нравится, как та женщина с тобой разговаривала, – признался он. – Она станет проблемой.

Надя и сама это понимала. Ей действительно не хотелось иметь никаких дел с подобными рудыми. Вот только в домах сейчас скрывались не только женщины, но и дети. Об этом она и сказала Каэрону. Тот нахмурился.

– Мы можем построить еще одно внешнее кольцо и поселить их там, – предложил он.

Надя обдумала его слова. У нее начинала болеть голова только от мыслей о будущих разговорах. Она уже могла представить все претензии, которые рудые предъявят ей.

Они будут требовать обеспечивать их едой, захотят, чтобы скорбные прислуживали им и занимались всеми делами, а когда Надя откажет им, то поднимут вой. И да, она сомневалась, что кого-то из них можно было заставить работать самостоятельно. Да и привыкшие к почитанию и благам, они явно захотят поселиться в центре, желая иметь все только самое лучшее.

– Не думаю, что они согласятся на это, – Надя поморщилась.

Ей совершенно не хотелось приводить в свой дом настолько проблемных людей.

– Мы можем оставить их тут. Просто будем время от времени доставлять им мясо. Пусть сами готовят, – выдвинул еще одну идею Каэрон.

Это нравилось Наде гораздо больше. Одиночество могло заставить рудых самих заботиться о себе. Вот только совсем без защиты их оставлять тоже не хотелось.

Внезапно ей пришла в голову мысль, которая показалась ей блестящей.

– Может, стоит найти другое поселение и предложить им переселиться туда?

Каэрон, услышав ее вопрос, замер на миг, а потом кивнул.

– Хорошая идея, – поддержал он ее.

Судя по всему, ему тоже не хотелось иметь дело с наглыми рудыми.

Надя облегченно выдохнула. Теперь им не нужно было беспокоиться о том, что женщины и дети останутся в одиночестве. В то же время они могли избежать будущих конфликтов в своем поселении. Осталась самая малость: найти подходящее убежище и договориться с обеими сторонами.

– А эти люди? – Каэрон обвел взглядом скорбных. – Ты уверена, что хочешь видеть их у нас? – уточнил он.

– Почему нет? – спросила она.

– Разве у тебя не было с ними конфликтов?

Надя пожала плечами. Возможно, после того, как Наю отправили в дом Скорби, несколько человек позволили себе пару лишних слов в ее сторону, но она не была настолько злопамятной, чтобы отказать им в помощи только на основании этого.

Самой проблемной была Ольма, но, судя по тому, как та старалась угодить сейчас, женщина и сама понимала, в какое положение попала.

Вскоре мясная похлебка, состоящая из птичьего мяса и небольшого количества специй, которых удалось наскрести на складе, была готова.

Скорбные столпились вокруг, жадно втягивая ароматный запах. Ольма разлила бульон по тарелкам, добавив по паре небольших кусочков разваренного до нитей мяса.

После этого каждый посмотрел на Надю.

– Что вы смотрите? – хмыкнула она и подхватила одну из тарелок. – Ешьте.

Этого было достаточно. Люди потянулись за едой. При этом никто не толкался, все действовали слажено и дисциплинированно, явно опасаясь в толчее пролить драгоценную жидкость.

После еды, когда скорбные немного утолили голод, пришла пора обсудить, что делать дальше.

Надя еще раз обдумала свое решение и пришла к выводу, что скорбным нужно было предоставить выбор.

– Как вы уже слышали, ваши охотники мертвы. Теперь вы сами по себе. У вас есть три выхода. Первый – вы остаетесь здесь и сами добываете себе еду. Второй – мы находим поселение с рудыми, которые будут готовы принять вас. Третий – вы можете присоединиться к нашему убежищу. Выбирайте.

Скорбные переглянулись между собой. На лицах многих можно было увидеть неуверенность.

Надя понимала, отчего те не могли сразу принять решение. Они привыкли, что их мнение обычно не учитывалось. Рудые поступали так, как им было выгодно, и их не волновали желания тех, кто был в разы слабее.

Именно по этой причине, услышав слова Нади, скорбные в первое мгновение растерялись. Но чем дальше, тем больше их глаза светились решимостью.

– Думать тут нечего, – заявила Ольма, явно самая смелая из женщин. – Если останемся тут, то с голоду помрем. К новым рудым я тоже не хочу. – Она поморщилась. Можно было представить, что их ждало после такого переселения. – Потому я выберу отправиться с тобой, если позовешь.

Сразу после нее еще несколько человек высказали желание отправиться вместе с Надей. Их согласие было похоже на прорвавшуюся плотину: скорбные один за другим, чуть ли не перекрикивая друг друга, стали высказывать намерение уйти с Надей. Ни один из них не захотел ни оставаться, ни искать для переселения новое убежище под контролем рудых.

– Отлично! – Надя хлопнула в ладоши, привлекая внимание. – Тогда все решено.

После ее слов на лицах появились робкие улыбки.

Надя с грустью посмотрела на людей. Ни один из них не спросил, что их ждало в ее поселении. Казалось, они готовы были отправиться куда угодно, лишь бы подальше от этого места.

Впрочем, через несколько минут вопросы все-таки последовали. Первым заговорил Борен.

– Далеко ли твое поселение? – задал он один из важных вопросов. – Сколько дней идти до него?

Как только это произошло, скорбные серьезно взглянули на Надю. Они явно встревожились. В этом не было ничего удивительного, учитывая, каким опасным оставался мир за пределами стен. Путешествие по нему для многих было настоящим испытанием.

Надя нахмурилась. Она понимала, что им не удастся без проблем пройти по лесу. Вряд ли скорбные могли передвигаться по нему бесшумно, а значит, их группа неизбежно привлечет множество хищников.

– Мы можем доставить их по воздуху, – предложил внезапно Каэрон.

Надя с сомнением на него посмотрела.

– Разве они все поместятся во флаерах?

– Нет, – Каэрон покачал головой. – Придется вернуться за основным кораблем, – пояснил он.

– Они хотят, чтобы мы летели на тех птицах? – услышала Надя шепот одной из женщин. – Не опасно ли это?

Только представив, что испытают скорбные, когда увидят большой корабль, Надя ощутила головную боль. Она надеялась, что те не испугаются так сильно, что откажутся заходить внутрь.

В любом случае, если выбор стоял между путем в несколько недель по лесу с беспомощной толпой скорбных и десятком минут, которые понадобятся людям для преодоления страха, Надя выберет второй вариант.

Она все еще была уверена, что людям этого мира пора привыкать к технологиям. Не было сомнений, что теперь они прочно войдут в их жизнь.

– Думаю, это хороший вариант, – ответила она Каэрону.

Тот сразу повернулся к вице-капитану и быстро что-то ему сказал, видимо, попросил слетать за кораблем. Как Надя и думала, вскоре мужчина с еще одним членом экипажа направился к флаерам. Спустя какое-то время в небо поднялись два корабля, которые в одно мгновение исчезли из виду.

Люди встревоженно загудели, переговариваясь между собой. Все они то и дело указывали пальцем в небо, а после глядели на Надю так, словно у нее внезапно выросли две головы. Несмотря на их беспокойство и даже явный страх, ни один из них не выразил желания взять свои прежние слова назад.