– Конечно, – согласилась Надя, а потом поморщилась от запаха и посмотрела беспомощно на гору шкур в комнате, выделенной для них. – Надо их вынести, – решила она. – Не похоже, чтобы он сильно ими дорожил.

Шкуры оказались весьма тяжелыми. Благо у нее имелся сильный Каэрон. Он без особых проблем вынес шкуры на улицу, явно не испытав при этом никаких затруднений.

Очищенная комната оказалась не такой уж большой. Возможно, когда-то давно ее использовали как кладовую. Об этом намекали многочисленные пустые полки.

Никакой другой мебели внутри не оказалось. Можно было, конечно, спать прямо на полу, но Наде хотелось привнести хоть какой-то комфорт.

Первым делом Надя нарвала веток и вымела мусор. Затем выбрала наиболее сухую и менее пахучую шкуру, бросила ее на пол, затем забросала мягкой травой и постелила поверх остатки когда-то прихваченной из поселения простыни.

Завершив с обустройством ночлега, она отряхнула руки и огляделась. Только сейчас Надя поняла, что Каэрон в какой-то момент оставил ее и куда-то исчез. Нашелся он около костра снаружи рядом с незнакомцем. Судя по всему, хозяин дома собирался что-то готовить, а ее спутник наблюдал.

А потом Надя увидела, кого именно разделывал рудый. Его добычей оказалась змея. В прошлом подобный экземпляр мог показаться ей громадным. Вот только в этом мире Надя видела и более крупных представителей семейства ползучих, поэтому восприняла пятиметрового удава вполне спокойно.

– Помочь? – спросила она дружелюбно.

Незнакомец бросил на нее короткий взгляд, затем одним ударом тесака отрубил змее голову. Улыбка на лице Нади дрогнула, но не сошла.

– Готовить умеешь? – спросил ее мужчина. Надя кивнула. – Тогда готовь.

После этих слов человек продолжил разделывать змею. Надя не имела понятия, когда тот успел ее поймать, но спрашивать не стала. Вместо этого она решила завести разговор о более интересных вещах.

– А как вас зовут?

Густые брови рудого сдвинулись еще чуть сильнее. Кажется, он был человеком, которому совершенно не нравилось чужое присутствие рядом.

– Харо́х, – нехотя ответил он и спросил: – Откуда пришли?

– Я из убежища Хадрона, – не стала скрывать Надя. – А он издалека.

Харох бросил взгляд на Каэрона, но промолчал. Вместо этого он вновь обратился к Наде.

– И чего ушла?

– Отец умер и лидером стал Ворган, – не стала ничего скрывать она, ответив без подробностей.

Харох замер и нахмурился.

– Хадрон умер? – переспросил он.

– Вы знали моего отца? – Надя не слишком удивилась подобному. Судя по всему, Зорг из убежища тоже знал Хадрона.

– Все лидеры ближайших поселений знают друг друга, – ответил тот. Наде хотелось спросить, был ли Харох сам главой, но тот снова заговорил: – Так, значит, лидером стал этот мелкий пакостник? – Харох скривился. – Долго не протянут, – заключил он.

Неужели Харох думал, что поселение под руководством Воргана развалится? Ей стало интересно, откуда у него взялись такие мысли. Но вместо этого она спросила о другом, ведь старая жизнь сейчас ее волновала меньше, чем происходящее сейчас.

– Крикунами вы назвали тех зверей с передними лапами, похожими на руки людей?

– Именно, – Харох кивнул. – Мерзкие создания, – в его взгляде появилась обжигающая ненависть. Надя поежилась, понимая, что у мужчины явно имелись какие-то личные счеты с этими животными. – Живут в высоких пещерах, бросаются на всех, кого видят. Сегодня вам повезло, их было мало. Обычно они бо́льшим количеством нападают, а тут их будто спровоцировало что-то, кинулись малым числом.

Надя смущенно посмотрела на Каэрона. Тот оставался таким же тихим и молчаливым.

– Когда мы были в высоких пещерах, то случайно убили одного из них, – призналась Надя.

– Теперь понятно, – Харох усмехнулся в бороду и уважительно посмотрел на Каэрона, верно понимая, что Надя в убийстве не участвовала. – Чем меньше этих волосатых крыс, тем лучше.

После этих слов Харох взглянул с каким-то тайным удовольствием на кучу вытащенных на улицу шкур. Надя тоже посмотрела.

Не сразу, но она все-таки поняла, почему именно обезьяны застыли, когда во время сражения появился Харох.

– Вы охотитесь на них? – с восхищением и легким ошеломлением спросила Надя.

Нет, она знала, что рудые были сильными, очень сильными людьми, но обезьяны явно предпочитали сражаться группами. Справиться с большим количеством столь проворных животных было не такой простой задачей, как могло показаться.

– Нетрудно, – внезапно произнес Каэрон.

Надя посмотрела на него с сомнением. Что он имел в виду? Разве ему не довелось не так давно испытать на себе силу местных мартышек?

– Все станет лучше, если этих крыс будет меньше, – прогудел Харох и бросил на них с Каэроном странный взгляд. Надя была уверена, что он хотел их о чем-то спросить, но в последний момент передумал.

Поразмыслив над всей ситуацией, она пришла к выводу, что между Харохом и стаей была какая-то старая история. Ей хотелось знать, что случилось, но она тоже промолчала, решив сменить тему.

– А как люди из убежища передвигаются так, чтобы на них никто не нападал?

– Откуда вы знаете?

Надя и не думала смущаться вопросу.

– Мы искали убежище. Хотели присоединиться. По пути увидели людей. Пошли за ними, – принялась она объяснять. – Группа шла по лесу спокойно. За несколько дней они не встретили ни одного хищника или другого опасного животного.

Харох, выслушав ее ответ, кивнул.

– Хитрость проста, – фыркнул он. – Они носят с собой помеченные предметы с территории крикунов.

Надя непонимающе нахмурилась.

– И это помогает? Почему?

– Потому что большинство животных предпочитают обходить стороной этих волосатых крыс, – ответил ей Харох. – Крикуны сильные, нападают стаями. Они мало кого бояться. Могут совладать даже с крупными хищниками.

Надя задумалась. Это звучало разумно. Животные не были так глупы, как кто-то мог подумать. Тем более у них намного сильнее был развит нюх. Помеченные предметы должны быть весьма пахучими.

– Кипит, – напомнил ей внезапно Харох.

Надя сосредоточилась на приготовлении еды, отодвинув все размышления в сторону.

Этой ночью они ночевали под крышей.

Не сказать, что условия были особо комфортными, но было в разы лучше, чем в простом шалаше или под корнями деревьев. Не говоря уже о тех ночах, когда спать приходилось на какой-нибудь первой попавшейся ветке, к которой приходилось привязываться, чтобы ночью не упасть.

Ночевали они вдвоем с Каэроном.

На короткий миг Надя подумала, что им нужно было разделиться, но за время совместного путешествия у нее появилась привычка, греться о сильное мужское тело, поэтому она решила ничего не менять.

Каэрон ничего не сказал. А раз так, то это означало, что его все устраивало.

Ночью она внезапно проснулась от звука удара.

Каэрон рядом мгновенно взвился.

– Что? – спросила Надя, озираясь в темноте.

– Проклятые болотные черви, – послышалась ругань Хароха из другой комнаты.

– Будь здесь, – попросил ее Каэрон и вышел из комнаты.

О крышу снова что-то ударилось. Сверху посыпалась пыль.

Надя опасливо покосилась наверх, а затем встала, не желая разлеживаться на случай, если крыша рухнет. Оставаться в доме в неведении и дальше она не желала и поэтому тоже направилась к выходу.

– Не выходи, девчонка, – резко велел ей Харох, стоящий около двери. – Зашибут.

После этих слов рудый вышел, продолжая ругаться и ворчать.

С улицы вскоре донеслись вполне знакомые крики. Не было сомнений, что кричали обезьяны.

Надя нахмурилась, пытаясь понять ситуацию. Мартышки пришли к ним ночью, чтобы… отомстить?

В стену что-то ударилось. Надя посмотрела в ту сторону.

Они забрасывают их чем-то издалека?

Расстояние между домом и лесом было внушительным. Неужели обезьянам удавалось что-то добрасывать до него?