Ветер с каждой минутой становился сильнее. Он рвал деревья, клонил их макушки к земле, ломал сухие ветки и поднимал с земли опавшие листья. Это был настоящий ураган.

Надя не знала, выдержит ли подобную погоду их шалаш, поэтому волновалась. В своей тревоге она бессознательно схватилась за человека рядом, невольно радуясь, что больше не была одна.

Ощутив шевеление, Надя заметила, что Каэрон смотрел на нее.

– Норм, – произнес он и добавил: – Все хорошо.

Надя слабо улыбнулась мужчине. Она тоже хотела быть уверенной, что все будет хорошо, вот только ураган набирал силу. Неподалеку от них у дерева, под которым они укрылись, оторвалась ветка, которая рухнула в метре от укрытия.

Пальцы Нади, лежащие на предплечье мужчины, сжались сильнее. Она невольно прильнула к чужаку ближе. По работе ей доводилось бывать в разных ситуациях, поэтому она хорошо знала, как такая погода могла быть опасна.

Вакханалия длилась пару часов. К этому моменту совсем стемнело. Учитывая, что никакого освещения не было, увидеть что-либо не представлялось возможным. Стояла полная, кромешная тьма.

В какой-то момент Надя устала бояться и невольно расслабилась, привалившись к теплому боку. Спустя время она ощутила, как Каэрон пошевелился, явно желая устроиться удобнее, а потом на ее талии появилась тяжесть.

Надя напряглась. Каэрон застыл.

– Места нет, – пояснил он.

Надя обдумала это утверждение и признала, что оно было верным. Шалаш вышел не таким вместительным, как планировался – Каэрону явно требовалось больше места, чем казалось.

Надя не знала, в какой точно момент она уснула, но из сна ее выдернул громкий визг. Ее мозгу не потребовалось много времени, чтобы проснуться. Из палатки она даже не вылезла, а вылетела.

Практически сразу ее взгляд наткнулся на широкую спину Каэрона. Мужчина стоял в напряженной позе. В его руке можно было увидеть нож. Но мысль о том, что неожиданный спутник никуда не ушел, отошла на второй план, так как Надя увидела то, что стояло напротив Каэрона.

Это был какой-то грызун, вот только его размер…

Животное было выше Каэрона!

Надя понятия не имела, что это, но подозревала, что местная разновидность бобра. Она знала, что в целом эти животные не были агрессивны и старались избегать человека, но животные этого мира заметно отличались.

Она очень надеялась, что это была не самка с потомством.

Надя принялась взглядом обыскивать местность. И вскоре ее сердце похолодело. В кустах она заметила меньшие комки меха.

– Отойди, – сказала она Каэрону.

Тот не повернулся, но судя по тому, что его спина стала еще более напряженной, он ее услышал.

– Дерево, – велел он.

Самка бобра тут же вскинула голову и противно заверещала, угрожающе хлопая громадным плоским хвостом по земле. Каэрон выглядел так, словно собирался броситься вперед и вбить в открытое горло зверя нож.

– Нет, – попросила Надя.

Двинувшись вперед, она встала так, чтобы Каэрон ее видел, а затем указала в сторону кустов. Взгляд мужчины сразу метнулся в ту сторону. Как только это произошло, Надя принялась показывать ему, что им следовало отойти. Да, им требовалась еда, но Надя не была безжалостным человеком.

Каэрон прищурился, но все-таки сдвинул ногу назад. Надя выдохнула.

Как оказалось, сделала она это рано.

Животное все-таки кинулось на Каэрона. Надя вскрикнула, начиная жалеть, что остановила его ранее. Она уже представила, что будет дальше, но в этот момент со стороны, где прятались зверята, послышался визг.

Как только это произошло, самка бобра резко остановилась, а затем бросилась к кустам, позабыв о том, что хотела сделать секунду назад.

– В порядке? – спросила Надя, подскакивая к Каэрону.

– Норм, – ответил тот. Он явно хотел сказать что-то еще, но послышался резкий вопль, на этот раз кричала взрослая особь. Затем кусты затряслись. Послышался треск ломаемых веток. – Идти, – бросил Каэрон, а затем, схватив Надю за руку, побежал в сторону дерева.

Вскоре они оба наблюдали за происходящим с безопасной высоты.

Как оказалось, пока самка нападала на Каэрона, ее собственное потомство заинтересовало другого зверя. Сначала кусты мешали обзору, но затем дерущиеся животные выкатились на поляну перед деревом.

– Это крокодил? – изумилась Надя, замечая характерное строение тела. Вот только чем дольше она смотрела, тем больше сомневалась в своем первом предположении.

В какой-то момент бобриха изловчилась и, схватившись за длинный, гибкий, как у змеи, хвост, дернула его. И тот… оторвался!

– Ящерица! – сразу догадалась Надя.

Каэрон вопросительно на нее посмотрел.

– Это ящерица, – сказала она повторно, указывая пальцем на теперь уже бесхвостое существо, которое никак не выдавало того, что потеря конечности его беспокоила. – Только большая, – добавила она, снова посмотрев на продолживших сражаться животных. – Очень.

Существо, которое сейчас дралось с самкой бобра, превосходило земного варана раза в три. Оно было зеленовато-коричневым, длинным, очень гибким и явно смертоносным.

В конечном итоге, ящерица отступила. Вывернувшись, она юрко изогнулась и стремительно скрылась. Скорость ее была настолько большой, что бобриха не успела ничего сделать. Еще какое-то время она тревожно оглядывалась по сторонам, но из кустов донесся писк, и она убежала к своим детенышам.

Стало тихо. Слышно было только, как шумела листва.

Сразу спускаться Надя с Каэроном не стали. Они некоторое время наблюдали за их несколько покореженным лагерем, а затем все-таки вернулись на землю.

– Вот это да, – выдохнула Надя, глядя на вывернутые куски земли, вырванную траву и переломанные кусты. Складывалось ощущение, словно мимо пронеслось стадо разъяренных зверей.

– Это? – привлек ее внимание голос Каэрона.

Надя оглянулась, сразу замечая в его руке… хвост. Он был громадным! И длинным.

Первым ее желанием было сказать, чтобы Каэрон выбросил гадость, но она одернула себя и, подойдя ближе, внимательно осмотрела оставленную конечность.

Вообще-то, в некоторых странах ее прошлого мира ящериц ели. Конечно, люди употребляли их целиком, но какая разница?

– Мы съедим это, – решила Надя и оглянулась.

Она не видела, с каким скепсисом Каэрон посмотрел на оторванную конечность в своей руке.

– Надо развести костер, – продолжила Надя и принялась суетиться. – Положи его пока вот тут, – она указала на менее развороченное место.

После того, как костер был разведен, она задумалась над тем, как приготовить мясо. Сушить у них не было времени. Значит, нужно было либо сварить, либо пожарить. Впрочем, у них было достаточно мяса, чтобы поэкспериментировать.

Кожа на хвосте оказалась очень прочной, настолько, что Надя не смогла ее даже поцарапать. Помог Каэрон. Спустя время часть хвоста, надо сказать, довольно маленькая часть, была порезана на небольшие куски, а часть – на тонкие полоски. Первые Надя закинула в воду, вторую посолила и аккуратно разложила на костровых камнях.

– Еда? – все-таки спросил спустя время Каэрон.

Надя обратила на него внимание. Она заметила на его лице замешательство. Кажется, он никогда раньше не ел ящериц. Надя тоже не ела, так что она могла понять его скепсис.

– Почему нет?

– Нет? – переспросил мужчина, явно не поняв ее ответа.

Тогда Надя указала на хвост и произнесла:

– Мясо – еда.

Каэрон обдумал ее слова, снова как-то странно посмотрел на хвост, а затем кивнул.

На всякий случай мясо Надя готовила очень долго. В конце в котел полетели овощи. Когда вода немного выкипела, получилось густое, аппетитно пахнущее рагу. Полоски мяса тоже поджарились. Правда, вид у них оставлял желать лучшего. Но немного пепла еще никому не вредило.

Вскоре после того, как запах стал насыщеннее, взгляд Каэрона изменился. Судя по всему, мужчина уже не был настроен настолько скептически по отношению к идее съесть оторванный хвост ящерицы. Надя усмехнулась.