— Царапина, — Тартас вернул плазмоавтомат в фиксатор за спину и достал лазерный пистолет. — Что дальше? — повторил он.

— Задачка посложнее. Группа наемников взломала девятый шлюз и идет сюда, — Аудроне махнула рукой, зазывая Тартаса в глубь коридора. — Отходим! Быстро!

— Ты иди, а я с ними разберусь.

— Нет! — Аудроне схватила его за здоровое плечо и потянула следом за собой. — Тем ребятам не нужен наш корабль. Это «ловцы смерти», и они пришли за мной.

Тартас резко остановился и отбросил руку Аудроне.

— Ловцы? За тобой? — в его взгляде было столько злости, что Аудроне даже обрадовалась, что приняла решение не сообщать плохие новости раньше времени, иначе Тартас бы точно ее придушил.

— Я проболталась вчера Джефу, — Аудроне рукой зазывала Тартаса следовать за ней. — После этого все мои прогнозы обрушились, а утром возникли новые развилки. Накопитель с записями моих допросов после эксперимента попал к эфонцам, и теперь они знают, что кроме Робертсона есть еще один человек, который провел этот гребаный эксперимент. Им нужен Номер Двадцать Девять. И они отправили за мной «ловцов смерти».

Тартас обогнал Аудроне и пошел впереди.

— То есть мы опять в жопе по твоей вине?

— Прости. Ты знал, на что подписываешься.

— Спасибо! — кивнул Тартас. — Воодушевила!

Толпа испуганных людей ринулась в грузовой космопорт, как равнерийский оползень на поселения местных горных отшельников, сметая всех и вся на своем пути. Люди толкались и падали друг на друга, тут же оказываясь в плену чьих-то ног и создавая непреодолимое препятствие для таких же несчастных, которые спотыкались и падали на них. Киаран видел, как их давили, слышал, как утопали их голоса в воплях испуганной толпы, которая неслась вперед, не разбирая пути. Узкие коридоры между контейнерами превратились в русла для живых рек, дно которых было устлано телами погибающих под чужими ногами людей. Особо ретивые пытались забраться на пятиметровые контейнеры без специальных «гравилипучек», но их идею быстро подхватывали другие и ползли следом, цепляясь за тех, кто выше и пытаясь их обогнать. Живые «горки» быстро падали вниз и тут же укрепляли дно рек новыми телами.

Другие военные, занявшие позиции на контейнерах, рвали горло, пытаясь призвать обезумевших к порядку и остановить хаос, пока Киаран и его люди молча следили за обстановкой вокруг.

Опыт. Он никуда не исчезает с годами военной службы, лишь обрастает знаниями и навыками, которые придется постичь тем, у кого их нет. Киаран не понимал, что его группа делает в этом месте. Что они, матерые офицеры, «забыли» здесь, среди этих зеленых солдатиков, стоящих на контейнерах и срывающих голос в попытках докричаться хоть до кого-то? И никому из них не выбраться отсюда, пока в узких проходах между контейнерами не останутся только умирающие и трупы. А это произойдет не раньше, чем через час. Без связи, без возможности выйти из ангара, они отрезаны от всего мира, от командования, от штаба. И если Киаран прав, а ошибался он редко, точно так же отрезан и «Оникс» от остальной Вселенной.

Так зачем же командование направило группу Киарана именно сюда, в этот ангар? Неужели для его группы не нашлось задания посложней?

— Аудроне, — прошептал он сам себе.

Знал ли кто-то, что Киаран оставит ее с персональным охранником-шаманом на корабле? Что не потащит ее рисковать собой на передовую, а предложит отсидеться взаперти? Если кто-то и предугадал желание Киарана обезопасить Аудроне Мэль, то зачем он это сделал? Какая цель?

Она же сама сказала ему, что эфонцы за ней придут. Она сама сказала, а он воспринял это как очередную устрашающую версию будущего, которое и без туманных предсказаний не радовало перспективами. Киаран в который раз осмотрелся. Из такой дыры даже модельеру трудно было бы выбраться, учитывая сплошной поток людей внизу. И он видит только то, что происходит здесь, в этом ангаре. А что там, снаружи?

Тем временем люди пробирались к открытым грузовым отсекам трех кораблей, припаркованных со стороны взлетных шлюзов, и быстро скрывались внутри. Еще пара минут, и эти корабли начнут поднимать трапы, чтобы взлететь. Без связи это практически самоубийство. В лучшем случае они достигнут высоких слоев искусственной атмосферы «Оникса», но не смогут его покинуть, ведь система транспортных орбитальных каналов «вход-выход» не распознает их и не выпустит. В худшем — корабли разобьются при вылете из шлюзов, случайно столкнувшись друг с другом. Как много определяет связь. И кажется, кто-то прекрасно подготовился к нападению на «Оникс», заранее устроив диверсию. Киаран знал, что осуществить подобное можно было несколькими способами, но самый простой — это разметить по периметру купола «Оникса» установки систем «Эхо». Для «Оникса» хватило бы и восьми — десяти таких «малышек», создающих собственную сеть связи и лишающих дистанционной коммуникации вражеские объекты. Полный разлад во всем обеспечен. Каждый сам по себе и ни от кого не зависит. И все вместе одновременно заперты на небольшой, но очень популярной у обеих противоборствующих сторон космической станции.

Киаран четко понял, что ему следует делать. Он поднял руку, призывая свою команду к вниманию, и знаком подозвал их к себе.

Жасмин топнула ногой и отвернулась, выражая свое мнение на этот счет. Остальные молча стали приглядываться к ширине проходов, чтобы примерить силы и попробовать их перепрыгнуть. Первым сиганул Дон. Самый тихий в команде, но самый «отвязный» на адреналине. Последней с контейнера на контейнер прыгала Жасмин. Она дважды едва не сорвалась вниз, но «гравилипучки» на перчатках спасли ситуацию.

— Даже Вильям справился быстрее, а он врач, а не подготовленный боец, — в сердцах высказался Киаран.

Жасмин вскинула голову, снизу-вверх глядя на Вильяма, который в плечах был шире Дона, но чуть уже Шори, и выругалась. Вильям взглядом выразил Жасмин свое сочувствие и промолчал.

— Рискну предположить, что эфонцы заранее разместили установки «Эхо» по периметру купола «Оникса», — начал объяснять Киаран.

Око согласно закивала:

— Да, это объясняет почему так быстро пропала связь.

— Значит, скоро эфонцы начнут атаковать. Грузовой космопорт — объект стратегического значения. Его станут бомбить в первую очередь. Следовательно, нам пора уносить отсюда ноги. Предлагаю сделать это на нашем корабле.

Дон указал рукой на толпы людей.

— Как мы на него попадем? Везде толчея. Даже если мы доберемся до дверей, там нас и задавят!

Жасмин нервно притопывала ногой:

— Мы не знаем, что делается снаружи. Там огромная площадка. Наш корабль на восьмом уровне, а мы на пятом! Лестницы будут битком набиты народом. О лифтах я вообще не говорю. Как ты собираешься решить эту задачку, Киаран?

— Мы проберемся наверх через один из аварийно-эвакуационных выходов, — он указал рукой на зеленую надпись на стене со стрелкой.

Все оценили расстояние до надписи и синхронно повернули головы туда, куда указывала стрелка. Взглянули на корабль, еще раз на стрелку, снова на корабль, и с нескрываемым удивлением уставились на своего капитана.

— Взлетно-посадочные шлюзы — это и есть аварийно-эвакуационные выходы, — пояснил Киаран. — Там должны быть помосты и лестницы для персонала.

Вильям озадаченно почесал затылок:

— Должны быть? Но ты не уверен, что они там есть.

— Не уверен. Но если эти шлюзы могут использоваться персоналом для эвакуации из здания, то оборудование для этого должно быть предусмотрено.

Око прижала пальцы к виску. Ей, как и всем остальным, план явно не нравился.

— Допустим, ты прав, — она указала рукой на зеленые стрелки на стенах. — Допустим, там есть лестницы. Сейчас эти корабли будут взлетать, ворота в шлюзы откроются и народ хлынет в них, чтобы попытаться выбраться из этой давки. А потом они начнут выталкивать друг друга наружу. Падать невысоко. Всего метров пятьдесят.

— Мы будем передвигаться по стенам, когда толпа хлынет в шлюзы, — объяснял Киаран. — Выберемся наружу, а дальше поползем по стене, потому что лестницы, если они там и есть, будут атакованы гражданскими.