На поверку оказалось не то, чтобы иначе, но не совсем так. Как и в других концах Галактики, здесь верили, надеялись, любили, страдали…

Для той, что потеряла собственную душу, мысль выглядела довольно странно.

— Мы пришли, — очень своевременно прервав мои размышления, остановился Верховный.

Я подняла взгляд от дорожки — камень был светлым с серыми и зелеными нитями вкраплений, которые создавали замысловатый узор, чем-то похожий на линии на ладонях, — не задавая вопросов, вошла в круг телепортатора. Сразу за площадкой, на которой он находился, висела кисея искажающего поля, довольно четко намекая на конец нашего пути.

— Господин Гиран, хошши должны остаться здесь, — развернувшись к матессу, жестко произнес Валентир.

Метаморфозы… Теперь они меня нисколько не смущали.

Я тоже посмотрела на своего телохранителя, не столько ожидая его решения, сколько давая понять, что четко осознаю возможные последствия своих действий.

— Лиската Джориш предоставил мне гарантии вашей безопасности, — ответил он, дав знак сопровождающим.

Ровно, сухо, безразлично…

Меня это нисколько не задевало.

Никак не отреагировав, отвернулась, дожидаясь, когда и Гиран и Валентир встанут рядом.

Ощущения, когда не только телепортация, но и проход сквозь защитную зону, были знакомы. Не сказать, что приятны — на миг обдавало колючим холодом, но длились недолго. Это если с допуском. Что было без него, я воочию не видела, но знала. Сначала следовало предупреждение, спустя три секунды — второе. После третьего говорить о разуме больше не стоило.

Лес остался за спиной. Принимающая платформа находилась среди развалин, весьма затруднявших осмотр.

Впрочем, смотрела я не туда.

— Госпожа кайри! — Голос Джориша раздался из-за спины, заставив развернуться к нему, машинально сделать несколько шагов навстречу и… застыть.

Похоже, довольный такой реакцией лиската сдвинулся в сторону, давая возможность рассмотреть сооружение, рядом с которым мы оказались.

— Храм Судьбы, — пояснил он, так и оставшись стоять между. Между мной и развалинами. Между мной и матессу. Между… все остально было неважно. — Разрушен во время Смуты.

— Это невообразимо! — мой восторг был холодным, взвешенным, но не восхищаться, хотя бы вот так, рационально, оказалось невозможно.

Шар был огромным, метров шестьдесят-семьдесят в диаметре. Белесая голубизна мелкоячеистой сетки на насыщенной синеве основного цвета. Небольшая, жгуче-черная платформа под ним; уносящиеся в небо колонны, стоящие, как стражи и… вода вокруг. Храмовый комплекс располагался на острове в центре огромного озера.

— Хотите войти внутрь? — момент, когда Джориш оказался совсем рядом, я пропустила.

— Да! — судорожно выдохнула, ощущая внутри отголоски уже подзабытого трепета.

Перед величием!

И не важно, что целой осталась лишь малая часть, чтобы оценить невероятность того, что видели глаза, вполне хватало.

— Тогда, — улыбнулся лиската, протягивая мне руку, — вперед!

Я обернулась лишь на мгновение… уже сделав шаг и вложив свою ладонь в его…

Наши взгляды: мой и Гирана, не встретились, лишь скользнули друг по другу, но в той душе, которой уже практически не было, вдруг что-то оборвалось… понимаем ошибки, которую я только что совершила…

— Все, что нам доступно, лишь осколки, — вскользь заметил Джориш, отойдя к самому краю галереи, что спиралью обрамляла Храм изнутри. Большая её часть отсутствовала, навсегда исчезнув в боях, шедших здесь когда-то, но кое-что осталось, позволяя прикоснуться к прошлому.

Там, где остановился, перил не было, только несколько витых столбиков, идеально срезанных на высоте около полуметра.

Тоже… наследие. Былого могущества.

— История — для победителей, побежденным достается лишь забвение, — повторила я слова, сказанные не так давно Ильдаром.

— Кто может сказать, кто из нас победитель, кто — побежденный, — обернулся Джориш. В улыбке явно просматривался сарказм. — Подойдите, — протянул мне руку. Когда я помедлила — высота несколько… пугала, добавил, настолько уверенно, что не поверить ему я не могла: — Не бойтесь. Я не позволю вам оступиться.

Выполнив просьбу, подошла, но последнего шага не сделала. Впрочем, он и не настаивал.

— Слышите? — неожиданно спросил Джориш. Шепотом.

Его вопрос заставил прислушаться. Не к тем звукам, которые уже не отвлекали внимания, успев за те минут пятнадцать, которые мы находились в Храме, стать привычными, к другим.

К едва осязаемому скрипу… как могло бы скрипеть сухое дерево, к металлическому скрежету, к дыханию… легкому, практически неощутимому, к мерному стуку, доносившемуся словно бы отовсюду…

— Что это? — подняла я на него взгляд. Наверное, выглядела растерянно.

— Говорят, что это — время, которое здесь и сейчас…

— Лиската Джориш! — укоризненно качнула я головой, но, заметив, что смотрит он не на меня, а на что за моим правым плечом, оглянулась.

Трещина в стене была достаточно большой, но не она приковала к себе взгляд главы Храма Судьбы, а небольшая птичка, которая сидела на ее краю, заглядывая внутрь. Сама невзрачная, серенькая, а горделиво торчащий хохолок яркий…

И свет Лаймэ, который заставлял его буквально сиять…

— Зачем ты привел меня сюда? — развернулась я к лиската.

Джориш словно бы отшатнулся, не ожидая вопроса, на миг прикрыл глаза. Отойдя от края, прошел вдоль галереи. Я, воспользовавшись возможностью, отступила к стене. Не потому что откровенно боялась, просто осознавала свою ответственность перед этим миром.

— Вы ведь знаете историю о трех капитанах? — не оборачиваясь, спросил он.

— Трех женщинах, которых казнили за то, что они выполнили свой долг? — уточнила я.

— Знаете, — протянул он. Не то облегченно, не то… обреченно. — Их казнили на рассвете, но перед этим была ночь, когда их привели сюда, в этот Храм. О том, что ждет, ни одна из них даже не догадывалась. — Он замолчал, сделал шаг… то ли вперед, то ли… от меня. Под ногой скрипнуло крошево. — Там, внизу, в самом центре малого зала стоит постамент с терминальным доступом к ИР альдора. Сейчас он скрыт искажающим полем, но если хотите, могу рассказать, как выглядит, — повернулся Джориш ко мне.

Усталый, измученный… борьбой с самим собой.

А память тут же подсуетилась, напомнив, с каким напряжением в последние дни сдерживал себя Риман. Да и Ильдар…

— Это имеет отношение к тому, что сейчас происходит на Самаринии?

На этот раз Джориш не понял сути моего вопроса. Возможно, и к лучшему. Не ему было отвечать на него.

— И о том, что кинжал эклиса не только ритуальный символ, но и ментально-информационное хранилище? — Когда я кивнула, продолжил: — А так же — многоуровневый синхранизатор, позволяющий подключиться к базам данных, накопленных за тысячелетия существования нашей расы.

— Да, — ровно произнесла я. Останься той Марией, испытывала бы нетерпение…

Той Марией я больше не была.

— Но вряд ли вам известно, что этот, так называемый кинжал, только один из трех.

Я задумалась лишь на миг:

— Три капитана, три кинжала…

— Три корабля, три модуля, являющихся частью установки мгновенного переноса, позволяющей одномоментно соединять две координаты в системах любой мерности, три кода, дающие допуск к алгоритму расчета.

— Коды в кинжалах?

— Да! — посмотрев вниз, твердо произнес лиската.

Я взглянула туда же. Гиран и Валентир…

Они стояли рядом, но были не вместе.

— Когда Димитр ранил меня, произошел частичный сброс, — вернувшись к более насущным проблемам, начала я, размышляя вслух. — Какой объем информации получила — неизвестно.

— Пока не закончится формирование новой структуры разума невозможно утверждать, получили ли вы вообще что-либо, — поправил меня лиската.

В его глазах было сожаление. И не только в них… Скорбная улыбка, ощущение ярости, настоянной на невозможности что-либо изменить…