— За предательство! — он поднялся с колен, отошел к стене, замер там… напряженный, как супертяж перед прыжком. — Я не должен был…

— Это все в прошлом, — ответила я, пожав плечом.

Посмотрела на Вераша, тот потребовал своего присутствия при первом разговоре, я не отказала. Ильдар — тоже.

Главный медик эклиса задумчиво перевел взгляд с меня на Ильдара и вышел из палаты, оставив нас одних.

Зря.

— Ты могла… — зарычал Ильдар, резко развернувшись.

— Я — не умерла, — спокойно отозвалась я, — и больше к этому вопросу возвращаться не стоит.

— Стоит, — вернулся он к кровати, присел на краешек, ухватившись за мою ладонь. — Я буду возвращаться к нему вновь и вновь, пока не найду тебя ту…

— Зачем? — недоуменно вздохнула я, склонив голову. Интерес был чисто познавательным…

— Придет время, — он поднял мою руку, поднес к губам, но не поцеловал, просто дохнул, обдавая кожу теплом, — и ты обязательно вспомнишь. — Закрыл глаза, продолжая чуть слышно шептать: — И почувствуешь… как прекрасен рассвет, когда лучи Лаймэ только-только выглядывают из-за вершин гор. Как приятен свежий ветерок, охлаждающий разгоряченное страстью тело. Как поет водопад, на который ты так любила смотреть…

— Что происходит на Самарании? — оборвала я Ильдара.

Он отстранился… Я знала, как называется то, что мелькнуло в его глазах…

Решимость…

— Я получил разрешение Совета. Ты станешь мой спутницей.

Я качнула головой, устало откидываясь на поднятое изголовье кровати:

— Ты не мог этого не добиться, но я спросила о другом.

На этот раз Ильдар оправдал мои ожидания. Поднялся, отошел, но недалеко, словно давая возможность оценить себя. Стоило признать, в этом был смысл. Теперь я могла взглянуть на него иначе. С точки зрения дара, идеально отточенного и похожего на смертоносное оружие.

Я не могла пройти мимо такого лакомства…

У меня не было ни единого шанса устоять перед ним…

Не сейчас! В прошлом!

— Димитр мертв. Матео воспользовался ситуацией…

— Он мне всегда не нравился, — вспоминая свои ощущения, скривилась я, перебивая. — Ты истощен? Почему?

От его недовольства дохнуло холодом, но Ильдар сдержался, ответил ровно:

— Об этом мы поговорим позже.

Приподняв бровь, хотела заметить, что в отличие от его беспокойства обо мне, причины, по которым я задала свой вопрос, имели иные основания, но в комнату вошел Вераш, заставив замолчать. Насколько бы медик не был посвящен в проблемы эклиса, обсуждать при нем слабость Ильдара я не собиралась.

— Иллире Ильдар, госпоже кайри нужен отдых…

— Да, конечно, — как-то потерянно отозвался Ильдар, бросил на меня быстрый взгляд. — Я вернусь, как только…

— Ты должен исполнить свой долг! — Чуть развернувшись — держать голову ровно было еще тяжело, посмотрела на Вераша: — Когда я смогу сопровождать эклиса?

— Вы только пришли в себя…

— Когда?! — жестко повторила я, давая понять, что не потерплю излишней заботы о себе.

Если я могла хоть чем-то помочь миру, который признала своим, была обязана это сделать.

— Не раньше, чем через два дня, — коротко ответил тот, слегка нахмурившись.

— Прекрасно, — кивнула я, прикидывая, чем заняться, пока находилась в постели. — Мне нужны все данные по моим подопечным. Еще…

— Я вынужден запретить, — тон Вераша был непререкаемым. — Сутки полного покоя! Ваша ментальная карта разорвана в клочья…

— Вы рассчитываете, что за сутки она восстановит прежнюю структуру? — не без сарказма уточнила я, довольно четко представляя себе суть процесса.

— Я рассчитываю, — столь же решительно, как и до этого, начал Вераш, — что за сутки стабилизируется основа, на которой эту самую структуру можно будет собирать заново.

Вздохнув — спорить было не с чем, на секунду закрыла глаза.

Ощущения, которые испытывала, были странными.

Я и… не я.

Здесь все было ровно, взвешенно и удивительно спокойно. Там, где я помнила, билась боль… от осознания, что все это — неправильно.

— Я подчиняюсь вашему требованию, несс Вераш, — открывая глаза, произнесла я, стараясь не смотреть на Ильдара. Его смятение будоражило… добавляя неприятных ощущений. — Но только сутки.

— Прошу простить, госпожа кайри, — переглянулся Вераш с Ильдаром, — но окончательное решение по этому вопросу принимать именно мне. — Не позволив высказать собственное мнение, обернулся к эклису: — Я обеспечу полноценный уход и буду докладывать о состоянии пациентки каждый час.

— Благодарю тебя, несс Вераш, — чуть склонил голову Ильдар, подошел ко мне… вновь опустился на колени, коснувшись лбом ладони: — Ты открыла глаза, но еще не проснулась. Я дождусь твоего пробуждения… Эс ама… Ама харам…

С губ сорвалось само:

— Атам, — сбив дыхание…

В спину уходящему Ильдару я смотрела сквозь слезы. Было больно, словно я что-то потеряла… бесконечно дорогое, без чего жизнь была бессмысленна…

— Вам нужно отдохнуть, — подошел ко мне Вераш. Посмотрел данные диагноста. — Вы восстанавливаетесь удивительно быстро, но это не значит, что не стоит беречь свой организм.

— Вам виднее, — оценив свое состояние, согласилась я с ним. Кроме усталости чувствовалось опустошение. — Что со мной было? — спросила, когда Вераш отошел от кровати.

— Вы действительно хотите это знать? — развернувшись, поинтересовался он.

Светло-серое ему не шло, сглаживая тот внутренний стержень, который подчеркивал черный плащ Храма Предназначения.

— Нет, — без труда произнесла я, не видя проблемы в том, чтобы признаться в истинной причине вопроса. — Я не хочу оставаться в одиночестве, а пока вы будете рассказывать, скорее всего, успею уснуть.

— Я лучше расскажу о вашей сестре, которой удалось спасти Самаринию, — неожиданно улыбнулся он. — Эта история более достойна стать снотворным для вас.

— Лоре?! — переспросила я, приподнявшись на локте. Воспоминание о сестре было… из другого мира. Чужого, исчезнувшего за пеленой времени и пространства. — Она здесь?

— За этой переборкой, — кивнув на ту, что находилась напротив меня, ответил Вераш, направляясь к стоявшему рядом с кроватью креслу. Присел… расслабленно откинулся на спинку. — Она — удивительная женщина. Самоотверженная, решительная… А еще — трогательная, заботливая… Госпожа Лора будет чудесной матерью.

— Почему она здесь? — пропустив все остальное, уточнила я, вновь откидываясь на подушку.

Слабость брала свое быстрее, чем любопытство, больше похожее на желание как можно скорее собрать воедино всю картинку.

— Ильдар практически сорвался, — дернув плечом, пояснил Вераш. — Риман собирался применить черный инурин, других вариантов остановить эклиса уже не было.

— Черный инурин? — вот тут нахмурилась и я, лишь теперь до конца понимая, в насколько сложной ситуации они оказались. — Но ведь…

— У Исхантелей частичный иммунитет на его воздействие, — Вераш правильно оценил мою озабоченность, — но воздействие демкаша лишило бы Ильдара возможности иметь детей.

Последние слова оставили равнодушной. Дочь у эклиса была, да и власть на Самаринии не наследовалась, а передавалась достойному, так что если и проблема, то скорее личная, никак не связанная с его статусом. Но все равно проблема. Хотя бы для Ильдара.

А для меня?

Ответ на этот вопрос мог и подождать.

— Так что сделала Лора? — не сдержав зевок, спросила я. Шевельнулась, устраиваясь удобнее.

Вераш дал команду, свет стал приглушенным, уменьшив размеры медицинского отсека, в котором мы находились, и сведя его лишь до нас двоих, что оказалось неожиданно уютно.

— Что она сделала? — повторил он, поднимаясь. Подошел, склонился надо мной, поправил одеяло. — Госпожа Лора убедила Ильдара, что вы все еще живы.

— Она это умеет, — чувствуя, что больше не способна противостоять тому, что тянуло меня в мягкую, обволакивающую тишину, прошептала я. — Убеждать…

— Я — тоже, — чуть слышно отозвался он, улыбкой провожая еще один мой зевок. — Но это будет потом, а пока…