— Вы говорите правильные слова, господин Исхантель, — вспоминая, как мама сидела по ночам у моей постели в те первые месяцы после того, как я вернулась из подземного убежища домой. Те события официально не называли войной — конфликтом, но мои родители ненавидели этот термин, утверждая, что он оскорбляет память о погибших. — Беда в том, что не вам произносить их. И не тем, для кого произнесенное вами может звучать кощунством.
— Мне известно, что ваша семья…
— Не смейте, господин Исхантель! — повысила я голос. Странно, но я продолжала воспринимать все происходящее довольно спокойно. Впрочем, после Штанмара меня трудно было вывести из себя. Не после того, что мы там пережили. — Не смейте говорить о моей семье, — потребовала я уже тише. — Подошла к нему, склонилась, ничуть не смущаясь тому, что его лицо было совсем рядом с моим. Этот мужчина продолжал оставаться все таким же привлекательным и… притягательным, но он допустил ошибку, позволив мне увидеть свое нутро. Гнилое нутро. — Через несколько дней я отправлюсь по контракту к стархам. Лора полетит со мной. — Он молчал. Просто смотрел на меня, не делая ни малейшей попытки остановить или переубедить. — К сожалению, я не могу помочь всем остальным, но своей сестре я помочь в состоянии.
Выпрямившись, обвела взглядом кабинет. Запоминая. Как место сражения, в котором не оказалось победителя.
Вышла я в холл с улыбкой, Лори не стоило знать, что наш разговор с ее преподавателем практически не оставил мне сил. Была она не одна, рядом с ней стояла… Зои.
— Машка! — заметив меня, Лорка бросила подругу и кинулась навстречу. Маленькая егоза! — А пойдемте в нашу кафешку. Ну, там сладости… сок…
Я знала, о каких сладостях она говорила. Мороженное, которое она обожала с детства.
Приобняв сестренку за талию, вместе с ней подошла к младшей Мареску.
— Здравствуй, Зои, — легко улыбнулась я ей. Копия папы. — Ты извини, но сегодня не получится. Я пригласила к нам на ужин своего сокурсника. Теперь наша задача, этот самый ужин приготовить.
— Это Дваржека? — явно уже что-то просчитывая в уме, полюбопытствовала Лора.
— Дваржека, Дваржека, — подтвердила я ее предположения, чувствуя, как в искренней радости сестры тают все тревоги. — А еще у меня есть для тебя сюрприз. Правда, я не знаю, обрадуешься ты или нет…
Я сделала вид, что меня одолевают сомнения, говорить ей о своем решении или стоило пока промолчать.
— Машка, ты уговорила маму? — буквально выдохнула Лора, смотря на меня с щенячьей преданностью.
— Это ты о чем? — не поняла я.
— Уже не о чем, — опустила она плечи. — Ладно, Зои, как-нибудь в другой раз. Ты извини…
Та кивнула, попрощалась и ушла, оставив после себя ощущение брошенности. Надо будет сказать об этом Алину. Девушка явно выглядела одинокой.
— Ну, давай свой сюрприз, — пытаясь улыбаться, но все равно с грустью потребовала Лора, как только мы остались одни.
— Ну, если тебе не интересно, — пожала я плечами…
— Интересно, — тяжело вздохнула она. — Просто я думала, что ты уговорила маму разрешить мне поездку на Землю после окончания курса.
Что ж… ее заявление давало мне надежду.
— Вообще-то, мой сюрприз намного круче, — подмигнула я сестренке, видя, как на ее лице вновь появляется улыбка — Лора всегда была жизнерадостной. Не став испытывать свое терпение, наблюдая, как она «поедает» меня взглядом, стараясь не демонстрировать, насколько она жаждет узнать, чем же я собиралась ее порадовать, продолжила: — Я хочу забрать тебя с собой. Родители не против, если ты…
Закончить я не успела. Восторг моей младшенькой был похож на ураган. Спасения от него не было.
* * *
— Кажется, я впервые был рад, что родился Йоргом, — сбросив длиннополый жилет на попавшееся по пути кресло, произнес Карин.
— А мне кажется, — усмехнулся Свонг, продолжая стоять у двери, закрывшейся за его спиной, — что лишь случайность спасла нас от дипломатического скандала.
— Думаешь, отец бы не замял? — обернувшись, хохотнул Карин, вспоминая, как навис над столом, за которым сидел принимавший их Матюшин. Он с трудом заставил себя не схватить того за грудки.
— Думаю, это не стало бы самым сильным его разочарованием, — в том же тоне отозвался Свонг. Но тут же продолжил, уже серьезно: — А этот полковник — с гнильцой. Такие, как он, не любят проигрывать. Об этом не стоит забывать.
— Вот поэтому я и сдержался, — нахмурился Карин. — В принципе, он теперь мало что может: Мария контракт подписала, согласование лишь формальность, ее младшую сестру мы тоже готовы принять. Если только родители, но и они не останутся без нашего внимания. — Наткнувшись на скептический взгляд друга, замолчал, предлагая тому высказать свои сомнения.
Лаэрт ждать себя не заставил:
— Наше внимание может запоздать. Вот если забрать их на Таркан…
Теперь уже Карин смотрел на Свонга так, словно тот высказал откровенную глупость:
— Не слишком ли мы с тобой далеко загадываем? — Хмыкнул, прикрыв на мгновенье глаза ладонью, как если бы попытался скрыться от мелькнувшего видения. — А то сейчас прилетим и…
— Ты поверил тем голографиям? — не без интереса уточнил Свонг, наконец-то проходя в общую гостиную, соединявшую две спальни их люксовой каюты. — Ты не производил впечатления…
— Я и не производил впечатления, — набирая что-то на комме, повторил за Лаэртом Карин. — Мне известно, кто этот мужчина. Мария как-то показывала своих сокурсников, рассказывала, кто куда попал. Этот был среди них. Имя я не запомнил, а вот лицо — да. Мне любопытнее другое, — он поднял взгляд на Лаэрта, — зачем Матюшину нужно было порочить ее? Мелкая месть за то, что не выгорело?
— Не выгорело — что? — тут же подхватил мысль Свонг, в какой-то мере радуясь, что друг-подопечный демонстрирует именно ту собранность, которую он от него и ждал. Их пути давно разошлись, но Карин, похоже, не забыл, чему его учили когда-то.
— А вот это уже вопрос к тебе, — отправив сообщение, резко развернулся Йорг. — Это твоя задача обеспечивать мою безопасность, вот и обеспечивай.
— А ты? — улыбнулся Лаэрт, перехватив руку Карина. Вывел на дисплей его комма набранный недавно текст, хмыкнул, оценив лаконичность довольно короткой фразы.
— А я, — без труда освободившись от захвата, фыркнул Йорг, — пойду, пообщаюсь с Шу Еном. Просил связаться с ним, как только появится возможность.
— Ну-ну, — хмыкнул Свонг, передвигая невысокий столик поближе к дивану. Потом сел, закинул ноги на импровизированную подставку, откинулся на спинку и, сложив руки на груди, закрыл глаза. — А я пока подремлю. — Пока Карин думал, как бы вежливее высказать то, что он подумал по этому поводу, добавил: — Я — заслужил. Так что…
Йорг обиженно вздохнул, но промолчал. Он, конечно, тоже принимал участие в шестнадцатичасовой эпопее, итогом которой стало их присутствие на том самом лайнере, который изначально должен был доставить их на Зерхан, но основная роль была уготована именно Свонгу. Так что… тот был прав, отдых он заслужил.
Во всех этих рассуждениях было одно, но значительное «но». Пока они не окажутся на Зерхане, расслабляться не стоило. Характеристика, которую дал полковнику Матюшину Лаэрт, не оставляла им такой возможности.
Остановившись на пороге изысканно обставленной спальни, на которую уже успел мельком взглянуть, Карин бросил, словно ни к кому не обращаясь:
— Мама передавала тебе слова любви. Обижается, ты все реже появляешься в нашем доме.
— Я лучше соглашусь на предложение твоего отца, — не открывая глаз, ворчливо отозвался Лаэрт. — И не скалься, — представить соответствующую улыбку на лице друга, Свонгу не составило труда, — из них двоих, он более безобиден.
— Все не можешь забыть… — лениво протянул Карин, неожиданно для самого себя возвращаясь к тем самым голографиям.
Мария была на них не просто красивой, а какой-то… одухотворенной. Даже если бы он не узнал мужчину, на руке которого лежала ее ладонь, у него бы и мысли не возникло ревновать. Не было в этом жесте ничего, кроме искреннего желания поддержать.
