От того и другого до технических характеристик и экстраполяции данных по прыжку только и остается, что грамотно проведенный расчет. Потом — проверка и перепроверка, потому что в сделанный вывод нелегко поверить с первого раза, затем…
Затем кто-нибудь особо умный признает, что у таких отморозков, как мы, хватит дерзости пойти на то, чего никто раньше не делал, и тогда нас снова будут ждать, но уже на ближних орбитах.
Меня этот вариант совершенно не устраивал. Остальных — тоже.
— Сумасшедший план… — наклонившись ко мне, точно в точку произнес Торрек.
— Сумасшедшим был прошлый, — не согласилась с ним я, вспомнив задиристое «Маздай».
Мы обещали возрадить «Ши ар! Ар химару!», мы его возрождали.
— Тебе не кажется, что это — злоупотребление доверием адмирала?
Я, удивленно усмехнувшись, посмотрела на домона. Говорить о доверии?! Сейчас?! С ним?!
— Маршевые семьдесят пять… Пошла нагрузка на генераторы прокола.
— Принято! Маршевые — семьдесят пять. Экипажу — готовность к прыжку. — В ожидании очередного откровения, покосилась я на Торрека. Тот — промолчал, сделал вид, что моего внимания не заметил.
— Ракетные модули активированы. Калибры выставлены… Идет настройка параметров детонации…
— Не завидую я Соболеву… — на этот раз спокойствием главы Штаба озаботился Антон. — Нам-то что… прыгали, знаем, а ему каково…
— Да там не один адмирал… — поправил его подозрительно веселый Слайдер. — Там сейчас все…
Отправить бы обоих… куда-нибудь, но ведь правы. Сверкороткий. Атака «умницами» на минную сеть за несколько секунд до прокола. Иммитаторы, которые должны были не только «уничтожить» наши корабли, но и вызвать детонацию… И сакраментальное: «Маздай», уже звучавшее вестником серьезных проблем…
— Маршевые — восемьдесят!
— Позиция ардонов зафиксирована. Курс — скорректирован, — отрапортовал Дальнир.
— Маршевые — восемьдесят три… Разгон…
— Если на выходе вляпаемся в мусор…
Я оглянулась на домона. Его взгляд был чистым и ясным…
— Во-первых, лучше бы тебе сесть. Во-вторых, еще слово и юнгой до конца войны, — мрачно пообещала я, воспомнив о мелькнувшей у меня недавно мысли.
Не дождавшись продолжения — все-таки инстинкт самосохранения вещь хорошая, вновь посмотрела на навигационку. Четыре с половиной стандарта до контрольного сектора…
«Тсерра» уходила на разгон с большой нагрузкой…
— Восемьдесят пять…
— До прыжка четыреста двадцать секунд…
— К ракетной атаке готов…
— Курсовая на векторе…
— Принято, курсовая на векторе, — вздохнула я, бросив взгляд на Торрека, который молча устроился за дополнительным терминалом. На вертикальной стойке еще видны следы крови… напоминая о физической силе домона, о которой, как оказалось, я даже представления не имела.
О ментальной мощи тоже говорить не приходилось. Джастина он «смял» просто играючи.
— Девяносто…
— Маздай! — пробилось с «эфира». Протянулось дрожью по телу, дернуло вперед… — Маздай…
— Фиксирую залп с «Тсерры», — бесстрасно прокомментировал происходящее Дальнир. — Три… шесть… девять… двенадцать.… Двадцать четыре… «Умницы» пошли…
— Принято, — подобралась я, избавляясь от того тягучего. Справа «поднялась» терминальная карта «Тсерры»… Обратный отсчет…
Мы привыкли прикрывать друг друга. Я — первым, он — вторым… Он — первым…
Этот вариант все еще оставался для меня критичным. Демон уже давно не претендовал на большее. Лишь закрыть собой…
…если потребуется.
… семь… пять… три… Зеро!
А в ушах все еще билось глухим голосом Шураи, которому доверили самое важное…
Маздай. Маздай. Маздай…
— Капитан, «Тсерра» ушла в прокол!
— Принято, — продолжила я смотреть на ставший серым экран. — Готовность к ракетной атаке. Отсчет…
Абрис вспыхнул алым, давя на нервы…
Двести сорок секунд…
— Похоронная команда, а не экипаж! — буркнула недовольно, отметив, как на навигационке вспучилась линиями напряженности гравитационного поля рванувшая в секторе «Тсерры» минная сеть, пошла волной, высвечивая мозаику структуры…
— Не понял? — мотнул головой Антон, пристально глядя на меня.
— Он объяснит, — кивнула я на сидевшего первым Тараса.
Похоже, тот объяснил. Как именно, до меня не дошло, но Сумароков сдавленно хмыкнул. Его примеру последовал Костас… Слайдер, Джастин…
— Девяносто пять… До прыжка двести секунд…
— Принято. Двести… Дальнир, а тебе с нами не страшно? — поинтересовалась я, из последних сил не позволяя себе застыть в напряжении.
Бояться было поздно, но…
Критические мощности генераторов прокола определяли его безопасную «глубину». Минимальное значение, которое отрабатывалось испытателями — сорок минут, равнявшиеся приблизительно одному СК при стандартных условиях, соотносимому с суточным переходом на крейсерской скорости.
На симуляторах брали и тридцать, но с угрозой потери корабля, связанной с резким изменением физических констант на «границах» пространств и возникающей скачкообразной флуктуацией.
Это — в теории.
На практике… Дальнир однажды пытался доказать мне, что причина всех проблем — высокая погрешность расчетов и невозможность контроля управляющих систем над «разгоном» генератора за пределами средних значений. И даже вычерчивал графики, показывающие, что прыгнуть можно и на десять минут… если потребуется.
— Мам, да разве ж он признается, — провоцируя, выдал Юл.
— А чем я хуже других? — принял передачу Дальнир, заставив меня усмехнуться.
Быть в ссоре с самой собой…
В той ситуации с командным «Рэйкамом» была и моя вина. Я защищала людей от ИР… О том, что потребуется защищать ИР от себе подобных, я даже не подумала.
— К ракетному залпу готов! — не дал продолжить спор с самой собой Валечка. — Отсчет…
— Вот и я так считаю… — отвечая самой себе, тихо произнесла я.
Медленно выдохнула, прежде чем взять на себя то, что собиралась отдать просившему о подобной милости Слайдеру и… закричала, не скрывая той ярости, той ненависти, того необузданного, неукротимого желания избавиться от тварей, заставивших меня стать капитаном-Бешеной и научиться получать удовольствие от того, что я могла убивать их, искореживших мой мир:
— Маздай!
И повторила… еще и еще, чувствуя, как каждый звук отдается во мне безоговорочной, не имеющей права даже на отблеск сомнения уверенности: они будут бояться своей тени!
Это я могла им обещать!
* * *
В мусор мы не вляпались.
Вопросом, чьей это было заслугой: Дальнира с Тсеррой, идеально проведших экстраполяцию, или Удачи, продолжавшей нам покровительствовать, я не задавалась, приняв, как факт. Главное, оба корабля вошли в прокол и… вышли, доказав, что ИР был прав — проблема сверхкоротких прыжков лежала в плоскости расчета и управления.
— Я иду с ними… — заявил Торрек и кивнул на одну из висевших вокруг меня внешек, на которой Слайдер тестировал штуромовой БАЗ. И ведь не спрашивал — просто ставил в известность.
— Нет, — качнула я головой, продолжая отсматривать сведенные воедино данные.
Дальние, средние, ближние орбиты… То, что мы добрались до планеты, было только половинной дела. Нам еще предстояло ее покинуть.
— Капитан! — Торрек навис над моим плечом.
— Отставить! — рыкнула я, уже устав отбиваться от желающих поучаствовать в спасательной операции.
Пацаны!
Судя по оскалу демона, время от времени появлявшегося на экране, он эту стадию озверения уже прошел.
— Капитан… — довольно насмешливо ухмыльнулся Слай, не пропустив нашего обмена любезностями, — может, позволишь ему размяться?
Торрек напружинился, словно готовясь к прыжку, тарс «дернулся», вроде как уходя с линии броска…
Точно, пацаны. А я над ними…
— Твоя задача — поднять капсулу. Все остальное… — угрожающе приподнялась я, осознавая, что мои великовозрастные детишки ощутили ядовитый аромат своей любимой игры. Потрепать мне нервы значилось в ней среди самого безобидного.
