— Рэст два нуля три… приготовиться к изменению курса…
Решения еще не принято…
Это было уже принятым решением!
Движения я не заметила… лишь Слайдер отлетел, впечатавшись в вертикальную стойку дополнительного модуля, да согнулся Джастин, зажимая уши руками.
— Что ты придумала?! — тряхнув за плечи, взревел мой флегматичный, умеющий сдерживать себя Торрек. — Что?! Ты?! Придумала?!
Демоны тебя задери!
Противно клацнули зубы, в голове мелькнуло, что после такого он у меня в юнгах до конца войны просидит, но тут же исчезло, оставив один на один с возникшей проблемой.
Как контролировать этого Торрека я не знала.
— Отпусти, — тихо попросила я, но в том оглушительном… застывшем… что нас окружало, прозвучало резко, категорично.
— Неужели ты не понимаешь… — он опустил руки, отступил… Сильный, но… сломленный, разорванный, истерзанный…
Я ничего не понимала!
— Удаление — десять и шесть! — то ли помог, то ли обострил ситуацию Дальнир.
Куда уже дальше?! Тишину в командном можно было разбирать на блоки.
Застывший в начатой трансформации Тарас. Замерший в полудвижении Костас… ладонь на сорванном с фиксаторов парализаторе. Сумароков… Распластавшийся в ложементе Тимка, мордочка которого была прикрыта ушами…
В нашей истории было всякое. Только не такое, когда я практически полностью переставала «держать» ситуацию, не понимая ее истоков!
— Рэст два нуля три… прервать выполнение задания, — на миг закрыв глаза, чтобы не видеть вот этой… обреченности на лице домона, приказала я.
Если не знаешь, что делать, делай хоть что-нибудь…
— Принято, прервать задание, — совершенно спокойно отозвался Ван Хилд.
Знал ли он меня лучше, чем все остальные, чтобы доверять вот так… безоговорочно?
Скорее всего, нет. Он просто принимал мое право командовать собой.
А остальные?
— Дальниру и Тсерре определить сектор и просчитать курс для сверхкороткого прыжка… Связь на Штаб…
— Что?! — взгляд Торрека практически не изменился, но губы дернулись… Неверием…
— Принято. Определить сектор и просчитать курс…
— Капитан… — Слайдер поднялся на ноги, стер с разбитой губы кровь.
— Сверхкороткий, Торрек, — насколько возможно, беспечнее, улыбнулась я. Хотела развернуться, но в последний момомент остановилась, продолжив: — И не надо говорить, что до нас такого никто не делал.
Добавить, что все когда-то бывает впервые, мне не удалось. Торрек шевельнулся… тяжело… устало, потом расправил плечи, словно сбрасывая давивший на них груз и… низко поклонился:
— Аллера Таши…
Я не понимала, что происходит…
— Он сделал свой выбор, но…
Слайдер замолчал, глядя в пустоту экрана.
— Но… — поторопила я его.
Разговор был не самым приятным, но необходимым. Торрек стал одним из нас, но он был и продолжал оставаться домоном. Воспитанным, взращенным, пропитанным другими законами и понятиями, которые могли однажды сломать то, что казалось незыблимым.
Наша дружба. Его… верность…
— Его ашкер предала его, перестав быть точкой опоры, которая придает жизни домона высший смысл, — резко, не позволяя себе передумать, произнес Слайдер. — Для него это — боль, которая разъедает существование. И хотя внешне это не проявляется, но рано или поздно…
— Чем это грозит нам? — перебила я, догадываясь, что могло последовать дальше.
— Нам — ничем, — как-то… грустно поправил меня тарс. — Приняв, он не отступит. А вот тебе…
— Мне? — удивилась я, едва ли не впервые задумавшись, как мало знаю о домонах. Ни как о врагах, как о… людях.
— Он — воин, он должен служить. Служить той, которой присягнет на верность…
Когда мы говорили об этом, Искандер был еще жив…
* * *
Время… Время. Время!
В запасе — минуты, да и тех с каждой ушедшей становилось все меньше…
— Капитан, «Тсерра» выходит на критично…
— Принято, — заставляя себя дышать ровно, на мгновение закрыла глаза.
Время…
Продолжительность прыжка — восемнадцать минут… Генераторы на нужную мощность выйдут за двенадцать. На разгон…
В раскладку мы вписывались… Пока.
Тишина на мостике не обманывала. Секунды стучали метрономом, разъедая самообладание, заставляя думать о том, чтобы наплевать на все и…
— Спят они там, что ли?! — не сдержавшись, нервно бросил Сумароков.
А казался…
Я спокойной тоже только казалась.
— Капитан, «Тсерра»…
Открыв глаза, посмотрела на Костаса. Тот предпочел спрятаться за терминалом, отказываясь встречаться со мной взглядом.
Я его понимала…
Ситуация — хуже не придумаешь. Если Штаб не даст добро, нам только и останется…
О том, что нам останется в этом случае, я предпочитала не думать. Группа «Север», «Миджари», мы…
В моем понимании ни один груз не стоил подобных жертв.
— Таши… — демон на поднявшейся внешке тоже выглядел… непрошибаемым.
— Ждем! — качнула я головой, точно зная, о чем он сейчас думал. Ошибись мы с контрольным сектором и… все! Не будет больше ни «Тсерры», ни «Дальнира».
Ничего больше не будет. Не для нас.
— Принято, лидер-капитан, — протянул он, медленно выдохнув. Ноздри дернулись, выдавая, чего ему стоила вот эта… покладистость. — Ждем.
— Капитан, шестьсот секунд… — подсуетился Дальнир, добавляя душевного раздрая.
У «Тсерры» до критично оставалось на двести сорок меньше.
— Ждем! — повторила я жестко.
Еще минута… две…
У Соболева были веские причины тянуть до последнего. Наш риск был его…
— Капитан, Штаб! — голос Костаса сбил тишину. Гулом дернуло по коже, где-то зашипело, скрипнуло, сдергивая, наполняя все вокруг не звуками — смыслом. — Добро на сверхкороткий!
— Демоны нас… — отреагировав первым, довольно протянул Сумароков. Рывком сдвинул ложемент в боевую позицию. Щелкнули фиксоторы, «поднимая» режим компенсаторов.
— Они бы еще не молчали про груз, — держа фасон, ворчливо бросила я, повторяя маневр. На продолжавшего стоять у левой стойки Торрека старалась «не смотреть», опасаясь, что снова сорвусь.
Аллера Таши. Хотела бы сказать, что так меня еще никто не оскорблял, но…
— Внимание экипажу, — признав, что и с этим рано или поздно, но разберусь, начала я, — Штаб дал добро на сверхкороткий. Кто против… еще не поздно сойти.
На осознание ушло меньше мгновения. Антон «всхлипнул», срываясь на смех. Потом Тарас… Джастин, Валечка, Стас…
— Раз желающих нет, — посчитав, что для разрядки вполне хватило, прервала я веселье, — тогда… приказ на «Тсерру»: идете первым! Дельта двести сорок секунд. Установить контрольные точки… Рассчитать курс…
— Приказ принял, — откликнулся Дарил, «уходя» из зоны визуализации. — Дельта двести сорок… Готовность к разгону…
Изнутри рвануло к горлу… отвалило, норовя подкатить вновь…
Кураж?!
— Капитан, контрольные точки установлены, — перехватил Дальнир. — Курс рассчитан…
Сдвинула терминал, «уложила» под руки рабочую панель…
— Маршевые на разгон… — Команда прозвучала обыденнно, едва ли не равнодушно.
Мы делали свое дело… То, что умели. То, что могли…
Азарт бурлил в крови. Предвкушение — тоже, но эти несколько минут ожидания обнажили то, что было и оставалось сутью. Мы делали невозможное… Это невозможное было войной!
Паскудное чувство, в котором слишком много оказалось от смерти и так мало от ее противоположности.
— Принято, маршевые — семьдесят. Разгон!
— Активировать ракетные модули. Готовность для иммитаторов…
— Коды для ракетных модулей приняты… Активация…
Удаление до контрольного сектора минимальное.
Сверхкороткий — не панацея, дальние домонов «возьмут» волну прокола даже невзирая на защиту, которая должна была до минимума сгладить искажение гравитационного поля.
Да и Слайдер вряд ли ошибался, считая, что наше возможное присутствие здесь учитывалось их прогнозом — мы стали слишком заметными, чтобы не исключать и такой расклад.
