Ответ Лиса я не расслышала – слишком тихо, слишком далеко.

Я осторожно приблизилась к двери, выглянула.

За порогом открывался узкий служебный двор, где обычно разгружали машины с провизией. Серый камень под ногами, высокая каменная стена справа, слева – начало тропы, что вела через сад к лесу.

И там, в нескольких шагах от ворот, стояли они.

Дрейк – спиной ко мне, широкие плечи напряжены. Двое охранников по бокам.

Лис – лицом к тропе, профиль виден чётко даже в тусклом свете надвигающейся бури.

Небо над ними потемнело до цвета старого железа. Тучи ползли с востока – тяжёлые, набухшие влагой, брюхом почти касались верхушек деревьев. Ветер усилился, рванул ветви, поднял пыль с земли, закружил её маленьким смерчем.

Воздух сгустился: влажный, наэлектризованный, он пах дождём и озоном.

Вороны сорвались с крыш Цитадели – чёрный взрыв, сотни птиц поднялись в свинцовое небо с оглушительным карканьем. Кружили, кричали – предупреждали.

Буря идёт.

Лис остановился у начала тропы, обернулся к Дрейку. Даже издалека я видела, как выпрямились его плечи, как подбородок приподнялся – жест гордости, отказа от помощи.

– Дальше не надо, – голос донёсся чётко, несмотря на ветер. – Я способен дойти до портала сам.

Не просьба. Утверждение. Приказ, облачённый в вежливую форму.

Дрейк замер, словно взвешивая, стоит ли настаивать. Долгая секунда молчания – только ветер выл, только вороны кричали.

Потом Гроссмейстер коротко и уважительно кивнул.

– Как пожелаете, Ваше Величество. – Голос формальный, холодный. – Портал в четверти мили отсюда, прямо по тропе.

– Знаю, – ответил Лис сухо. – Я бывал здесь раньше. До... инцидента.

Пауза наполнилась смыслами, что не нуждались в словах.

Дрейк снова кивнул, развернулся к охранникам.

– Тревел, Гаррет, – голос стал резче, властнее.

Охранники выпрямились по стойке смирно.

– Найдите Аделин. Приведите в мой кабинет. Немедленно.

– Слушаемся, Гроссмейстер!

Они развернулись, зашагали обратно к Цитадели, чеканя шаг.

Дрейк задержался ещё на мгновение, глядя на удаляющуюся спину Лиса. Что‑то промелькнуло на его лице – сомнение? сожаление? – слишком быстро, чтобы понять.

Потом он тяжело вздохнул, покачал головой и последовал за охранниками.

Они прошли в двух шагах от моего укрытия – так близко, что я различала каждое слово, каждый скрип кожаных ремней на их доспехах.

Я прижалась к стене так плотно, будто пыталась слиться с холодным камнем, превратиться в его часть, стать невидимой. Спряталась за грудой бочек и ящиков с провизией, что стояли в узкой нише. Затаила дыхание до жжения в лёгких.

Сердце колотилось с такой яростью, что казалось – вот‑вот вырвется из груди, упадёт на каменный пол, выдаст меня предательским стуком.

Они услышат. Обязательно услышат.

Но нет.

Шаги стихли, и тишина опустилась снова.

Я выждала. Считала удары бешеного сердца – один, два, пять, десять. Каждый длился вечность. Каждый мог быть последним, если они вернутся.

Потом, когда тишина стала абсолютной, я выскользнула из укрытия.

***

Первая капля дождя упала на мой лоб – тяжёлая, холодная, как прикосновение ледяного пальца.

Я замерла на пороге, подняла лицо к небу.

Тучи разверзлись.

Ливень обрушился за секунду – стеной воды, что лилась с неба потоками. Барабанил по камню, по крышам, по моим плечам с оглушительным шумом.

Кожаный костюм держался стойко – современная обработка материала отталкивала воду, не давала промокнуть насквозь. Капли скатывались с плеч и рукавов, стекали вниз, оставляя ткань влажной, но не пропитанной. Но волосы такой защиты не имели – вырвались из тугой косы, прилипли к лицу и шее тяжёлыми мокрыми прядями. Вода находила лазейки – просачивалась за воротник, текла по спине холодными струйками, заставляя вздрагивать.

Гром прокатился над головой – ближе, угрожающе, рвущий небеса.

Молния полоснула горизонт – ослепительная вспышка превратила мир на мгновение в чёрно‑белую гравюру.

Я побежала.

По тропе, что вела в лес – узкая, утоптанная за годы, петляла между старыми дубами и соснами. Грязь хлюпала под ногами. Я скользила и чуть дважды не упала, но продолжала бежать.

Лёгкие горели, сердце яростно колотилось. Дождь хлестал в лицо, слепил, но я не останавливалась.

Впереди, сквозь завесу ливня, мелькнул силуэт.

Белая рубашка – яркое пятно в сером мире.

Лис.

Он шёл неспешно, не обращая внимания на дождь, что заливал его с головы до ног. Руки в карманах, голова слегка склонена – словно прогуливался в солнечный день, а не продирался сквозь бурю.

Лес сомкнулся вокруг тропы – деревья‑великаны, что помнили времена, когда Цитадели ещё не существовало. Их ветви переплелись над головой, создавая подобие свода, но он не спасал от дождя – вода лилась сквозь листву, превращала тропу в грязный поток.

Впереди показался просвет – поляна.

И там, в центре поляны – арка портала.

Древняя, из чёрного камня, покрытого мхом и светящимися рунами. Даже сквозь дождь я видела, как руны пульсируют тускло‑синим – портал спал, ждал активации.

Лис приблизился к арке – ещё десять шагов, девять, восемь...

Я выскочила на поляну.

– СТОЙ!

Крик вырвался хриплым, отчаянным – перекрикивая дождь, гром, ветер.

Лис замер на месте – одна нога в шаге от арки, рука уже поднималась, чтобы коснуться камня.

Медленно, очень медленно обернулся.

Посмотрел на меня сквозь завесу ливня.

Секунда молчания – только дождь барабанил, только гром грохотал где‑то над головами.

Потом его губы изогнулись в знакомой ухмылке.

– Ну здравствуй снова, красавица, – голос тёк мёдом, несмотря на хриплость. – Не ожидал так скоро встретиться. Думал, Дрейк уже запер тебя в подземелье.

Я не ответила словами.

Просто стояла под ливнем, тяжело дыша. Руки медленно опустились к поясу – целенаправленно. Пальцы нашли знакомые рукояти в ножнах на бёдрах.

Два коротких клинка – кинжалы с чёрными рукоятями, что Изабелла подарила мне год назад в день, когда я стала полноправным членом Ордена. Я носила их всегда. Они стали частью меня.

Лезвия выскользнули из кожаных ножен с тихим, почти нежным шипением металла о кожу – звук, что всегда предвещал кровь.

Подняла их, развернула в обратный хват – так, как учила Изабелла бесчисленное количество раз на тренировочном дворе. Лезвия легли вдоль предплечий – холодные даже сквозь рукава костюма. Продолжение рук. Продолжение воли.

Заняла боевую стойку – ноги на ширине плеч, колени слегка согнуты для гибкости, вес перенесён на носки, готовая сорваться в любом направлении в долю секунды. Каждый мускул напрягся, готовый к взрыву движения.

Лис посмотрел на клинки в моих руках, потом поднял взгляд к моему лицу.

– О, – протянул он, и что‑то потемнело в серебряных глазах. – Ты правда хочешь танцевать этот танец со мной, красавица? С Королём Света. С тем, кто учился искусству убийства, когда мир был моложе и жёстче.

Взгляд скользнул ниже.

– Твои лезвия красивы, но они ещё младенцы. Как, впрочем, и ты сама.

Пауза.

Его рука легла на рукоять клинка у пояса.

Долгая секунда тишины – только дождь барабанил, только гром ворчал вдалеке.

Потом он покачал головой, отпустил рукоять.

Наклонился, поднял с земли длинную ветку – ровную, довольно прочную, что валялась у края поляны. Взвесил в руке, провёл несколько пробных взмахов. Капли дождя слетели с импровизированного оружия.

– Конечно, это не сильно уравнивает шансы. – Серебряные глаза сверкнули весельем. – Ты всё равно проиграешь. Но раз ты так настаиваешь на этом представлении...

Улыбка стала шире, обещающей.

– Я с удовольствием принимаю вызов. Более того, давай сделаем интереснее. – Он наклонил голову, изучая меня. – Если каким‑то невероятным, фантастическим, абсолютно невозможным чудом ты победишь... – пауза для эффекта, – ...я так и быть снизойду до твоей просьбы. Попытаюсь выяснить, что стало с твоим возлюбленным. Использую все ресурсы, все связи. Разверну весь Двор Света, если понадобится.