Кровь.

На плече Морфроста – рана, где огненный меч Оберона чиркнул, прожёг плащ, опалил кожу. Алая кровь стекала по руке, капала на землю.

Что-то внутри меня дёрнулось – резко, болезненно, словно это меня ударили.

Я задохнулась, прижала руку к груди, почувствовала, как сердце сжимается в болезненном спазме.

Не могу видеть, как он истекает кровью, сражается, умирает – из-за меня.

Из-за того, что я не смогла убежать быстрее. Из-за того, что была слабой. Смертной. Бесполезной.

У Оберона на боку – порез, где ледяной клинок Морфроста прорвал защиту, разрезал доспех. Кровь пропитала ткань под бронёй.

Оба ранены.

Оба не отступали.

Кто-то схватил меня за руку – Лис.

Его лицо было покрыто сажей, кровь, что сочилась из раны на боку, но глаза горели решимостью.

– Элиза! – прорычал он. – Беги! Сейчас!

Морфрост обернулся – на секунду, не больше, сквозь хаос битвы – и крикнул, голос прорезал грохот:

– Уходи, Элиза! Уходи!

Лис рванул меня за руку.

Мы побежали.

Сквозь дым. Сквозь снег. Сквозь пар и кровь.

К порталу.

Он был в двадцати шагах. Каменный круг мерцал, светился, звал, манил – руны пульсировали светом, обещали спасение, дом, свободу.

Пятнадцать шагов.

Я бежала, несмотря на боль в рёбрах, в ногах, в лёгких.

Десять шагов.

Лис тянул меня за руку, его дыхание было тяжёлым, прерывистым. Кровь из раны на боку оставляла за нами след.

Лис.

Он истекал кровью.

Он мог сбежать. Телепортироваться. Спасти себя.

Но он остался.

Тянул меня за руку, прикрывал спиной, отбивал удары.

Отчаянно. Яростно. Не отступая ни на шаг.

Для кого-то, кто провёл столетия рабом, он был самым свободным существом, что я знала.

Восемь шагов.

Огонь вспыхнул перед нами. Из пламени вышли двое – солдаты Лета в золотых доспехах, мечи горели.

Лис выхватил кинжал, бросился вперёд.

Клинки столкнулись. Лис сражался – стремительно, яростно, отбивая удары двоих. Он был быстрее, ловчее, но их было двое, и он был ранен.

Один из солдат замахнулся. Лис увернулся, но второй ударил сбоку. Меч чиркнул по бедру. Кровь брызнула – горячая, тёмная.

Лис зашипел, пошатнулся, но не упал.

Я схватила камень с земли – тяжёлый, острый – и швырнула в солдата, что ранил Лиса. Попала в шлем. Он дёрнулся, обернулся на меня.

Лис воспользовался моментом – развернулся, ударил кинжалом – точно, в щель доспеха. Солдат рухнул, захрипел.

Второй атаковал меня.

Меч взметнулся, нацелился на мою грудь.

Я попыталась увернуться, но ноги не слушались.

Лис бросился вперёд – оттолкнул меня в сторону. Принял удар на себя. Клинок пропорол плащ, глубоко разрезал бок, вошёл между рёбер. Кровь хлынула – так много, слишком много.

Лис застонал, но ударил в ответ. Кинжал вошёл в горло солдата. Тот захрипел, упал.

Лис пошатнулся, упал на колени. Прижал руку к ране. Кровь – тёмная, почти чёрная – сочилась между пальцев, заливала землю.

– Лис! – Я упала рядом с ним, схватила за плечи. – Лис, вставай! Пожалуйста!

Он посмотрел на меня. Лицо бледное. Губы посинели. Но в глазах – упрямство.

– Я… в порядке, – прохрипел он, и голос дрожал от боли. – Фейри… живучие. Нас так просто не убьёшь. – Он закашлялся, морщась. – Беги. К порталу. Сейчас.

– Лис—

– Беги! – Он оттолкнул меня – слабо, но настойчиво. – Уйдёшь в свой мир. Забудешь всё это. Будет легче. Прошу.

Слёзы обожгли глаза. Я сжала его руку – так сильно, что побелели костяшки.

– Лис, – голос сорвался, задрожал. – Я верю в тебя. Когда ты станешь королём—

– Если стану, – прохрипел он с кривой усмешкой.

– Когда, – повторила я твёрдо, сквозь слёзы. – Ты будешь лучшим правителем, какого видел этот мир. Лучше всех них. – Я кивнула в сторону сражающихся королей. – Обещай мне… что не станешь таким, как они.

Лис посмотрел на меня – долго, тяжело. В его глазах плеснула боль. Благодарность. Что-то похожее на надежду.

– Обещаю, – прошептал он.

Я наклонилась, быстро поцеловала его в лоб – по-сестрински, нежно.

– Спасибо, Лис. За всё.

Он кивнул – едва заметно.

Я поднялась – на дрожащих ногах – и подняла взгляд.

Мир замедлился.

Морфрост и Оберон сражались – их мечи сталкивались с оглушительным лязгом, лёд и огонь взрывались между ними, а искры магии разлетались в воздухе, словно падающие звёзды. Лица обоих были искажены яростью, болью и ненавистью.

Воины Зимы и солдаты Лета резали друг друга без пощады – кровь брызгала во все стороны, клинки звенели, а крики эхом разносились по мёртвой земле. Дым смешивался со снегом, пламя поглощало всё вокруг. Хаос царил повсюду.

Не так. Не так я думала, что всё это закончится.

Я развернулась к порталу. Он был всего в пяти шагах от меня. Так близко. Я побежала, заставляя ноги двигаться быстрее.

Четыре шага. Три.

Портал светился всё ярче, руны пульсировали, звали меня домой, обещали спасение.

Два шага. Я протянула руку, почти коснулась камня—

И тут раздался звук. Тихий свист. Смертоносный.

Что-то ударило меня в спину, и боль взорвалась внутри – острая, всепоглощающая, сжигающая каждую клетку. Я упала на колени и посмотрела вниз.

Стрела. Зелёная, изумрудная, с наконечником из чистого яда, который светился и пульсировал зловещим светом. Она торчала из моей спины и вышла спереди, из груди, между рёбер. Алая горячая кровь хлынула, пропитала тунику и закапала на землю.

Я попыталась вдохнуть, но воздуха не было. Только боль – жгучая, разрывающая, невыносимая.

Битва замерла. Воины перестали сражаться. Морфрост и Оберон замерли, их клинки всё ещё соприкасались. Все обернулись в мою сторону.

Я медленно повернула голову и увидела её.

Верена.

Она стояла на холме, в сотнях шагов от меня. Верхом на золотистом олене, рога которого были украшены розами, шипами, изумрудами. Лук в её руках – длинный, изогнутый, сотканный из живых лоз. Тетива всё ещё дрожала от выстрела.

Платье её развевалось на ветру – алое, почти прозрачное, но в нём было что-то хищное, смертоносное. Зелёные волосы сверкали на солнце. Глаза – хищные, холодные, полные ярости и боли.

Верена не говорила. Не кричала. Не угрожала.

Она просто смотрела на меня. Холодно. Пусто.

Женская ярость – тихая, смертоносная, абсолютная.

Она убила меня. Без слов. Без объяснений.

Просто выстрелила.

И попала.

Мир качнулся.

Я упала на колени перед порталом и руки скользнули по камню, оставляя алые следы. Боль пульсировала в груди – тупая, жгучая, расползающаяся. Дышать было трудно. Каждый вдох давался с усилием.

Где-то сзади раздался крик – такой громкий, такой отчаянный, такой полный боли, что земля задрожала под коленями.

Моё имя.

Он кричал моё имя.

Я попыталась обернуться, но тело не слушалось. Руки дрожали. Кровь текла – тёплая, липкая, слишком быстро.

Портал мерцал передо мной. Так близко. Всего в шаге.

Но этот шаг был равен вечности.

– ЭЛИЗА!

Голос Морфроста разорвал реальность.

Я почувствовала его всем телом – как ударную волну, что прокатилась по мёртвым землям, заставила камни задрожать, согнула деревья. В этом крике была вся его боль, весь ужас, вся любовь, что он не умел выражать словами.

В этом крике было его сердце.

И оно разбивалось вдребезги.

Я попыталась повернуть голову – увидеть его последний раз – но тело не слушалось. Шея не поворачивалась. Глаза не фокусировались.

Всё, что я видела – портал. Мерцающий, манящий, ускользающий.

Так близко…

И тогда мир взорвался.

***

Холод.

Не тот, что я чувствовала раньше – лёгкий, освежающий, приятный. Нет. Это был холод абсолютный. Первозданный. Холод, что существовал до рождения звёзд, до первого вздоха жизни. Холод космической пустоты, безжалостный и всепоглощающий.