Я взяла его руку, поднялась.

– Три дня до Пограничья?

– Да. Может, два, если не встретишь слишком много опасностей. – Он показал на восток. – Иди туда. Держись рек – вода защищает. Не останавливайся надолго. Не спи больше часа за раз.

Он посмотрел мне в глаза.

– И когда доберёшься до Пограничья – найди круг. Белая роща в центре, огромные камни, арка из чёрного камня посередине. Не ошибёшься.

Я кивала, запоминая.

– Дождись седьмого дня там. В безопасности. – Его рука сжала мою. – И когда солнце зайдёт на седьмой день, когда контракт исполнится – пройди через врата.

– И я окажусь дома, – прошептала я.

– Да. – Он слабо улыбнулся. – Ты окажешься дома.

Молчание. Только треск костра.

Старик отпустил мою руку, отступил.

– Иди. Пока светло. – Он повернулся к лесу. – Времени мало, а путь долгий.

– Постой! – Я шагнула к нему. – Как тебя зовут?

Он обернулся. В глазах – древняя, невыносимая печаль.

– Не помню. – Слова прозвучали как приговор. – Прошло слишком много времени. Здесь забываешь, кем был.

Слабая улыбка.

– Но можешь звать Странником.

– Мы ещё встретимся?

Он помолчал.

– Может быть. – Пауза. – Если доживёшь до Пограничья.

Он кивнул и пошёл в лес. Медленно. Опираясь на палку.

Его фигура растаяла в тенях.

Я осталась одна.

Костёр догорал.

Я стояла, переваривая всё.

Пограничье. Круг. Врата. Дом.

Без снов. Без него.

Нужно только дожить. Три дня. Дойти до круга. Дождаться седьмого дня.

И я вернусь домой.

Я посмотрела на восток. Солнце поднималось выше – бледное, холодное.

Запомнила направление. Дерево с раздвоенным стволом.

Проверила рюкзак.

Святая вода – капли.

Соль – половина.

Вода – полторы бутылки.

Еда – достаточно.

Хватит. Должно хватить.

Поправила лямки. Взяла нож.

Три дня до Пограничья.

Три дня в безопасности круга.

На седьмой день – врата.

Дом.

Я вздохнула и пошла.

На восток.

К свободе.

К дому.

Игра продолжалась.

Я шла уже несколько часов.

Солнце поднялось выше, но не стало теплее. Бледный свет пробивался сквозь голые ветви, отбрасывая длинные, искажённые тени на покрытую инеем землю.

Лес вокруг был мёртвым. Тихим. Слишком тихим.

Ни птиц. Ни шороха листвы. Ни треска веток под лапами зверей.

Только мои шаги – осторожные, приглушённые мхом – нарушали эту гробовую тишину.

Я держалась ориентира – дерева с раздвоенным стволом, которое указал Странник. Оно всё ещё виднелось впереди, между другими деревьями. Пока я видела его, я не сбивалась с пути.

На восток. Два дня.

Тело болело. Каждый шаг отдавался в мышцах – ноги ныли от вчерашнего бегства, спина горела от тяжести рюкзака, царапины на руках саднили.

Но останавливаться было нельзя.

Каждый час здесь – это ещё одна ночь, когда он придёт. Ещё одна метка на моей коже.

Я машинально коснулась шеи, где узор инея всё ещё оставался холодным пятном.

В Пограничье он не сможет. Там я буду в безопасности по ночам.

Эта мысль подгоняла, заставляла идти быстрее, несмотря на усталость.

***

К полудню я вышла к ручью.

Узкий, быстрый, с кристально чистой водой, бегущей между камней. Я остановилась, прислушиваясь.

Тишина. Никаких звуков погони.

Белая Леди не нашла меня. Пока что.

Я опустилась на колени у воды, сняла рюкзак. Достала почти пустую бутылку, зачерпнула из ручья холодную воду, наполнила до краю.

Правило из книги: "Проточная вода безопасна. Пей только из рек и ручьёв, избегай стоячих озёр."

Я сделала несколько больших глотков. Вода была ледяной, обжигала горло, но я пила жадно, чувствуя, как жажда отступает.

Потом достала один из пакетиков с изотоником, которые дал мне заправщик. Высыпала порошок в бутылку, взболтала. Вода окрасилась в бледно-оранжевый цвет.

Сделала глоток – сладковато-солёный вкус, но силы начинали возвращаться.

Электролиты. Умный был тот заправщик.

Потом еда. Я порылась в рюкзаке – вяленое мясо, орехи, энергетический батончик. Выбрала батончик – калорийный, компактный. Разорвала упаковку, откусила кусок.

Жевала медленно, заставляя себя есть.

Пока я ела, взгляд скользил по лесу.

Деревья здесь были выше, древнее. Стволы покрыты узорами, светящимися слабым зелёным светом.

Некоторые шептали.

Я отвернулась, игнорируя.

Не слушай.

Доела батончик, спрятала упаковку. Наклонилась к ручью, чтобы умыть лицо.

И тут сзади раздался голос:

– А я-то думал, ты уже сдохла где-нибудь в канаве.

Я вскрикнула и рванулась вперёд – руки уперлись в холодную воду, лицо на волосок от поверхности, чуть не нырнула.

Сердце бешено колотилось.

Я развернулась, выхватывая нож.

На большом валуне, закинув ногу на ногу, развалившись как у себя дома, сидел Лис.

Рыжие волосы всклокочены. Янтарные глаза блестят. Кожаная куртка с перьями. На лице – широкая, наглая, невыносимо самодовольная улыбка.

– Доброе утро, солнышко! – Он помахал рукой. – Или уже день? Хрен его знает, время здесь такая штука скользкая.

Ярость.

Белая. Испепеляющая. Ярость.

Я вскочила и ринулась к нему, не думая.

– ТЫ! – заорала я, и голос сорвался в крик. – ТЫ, УБЛЮДОК!

Нож нацелен на его горло.

Он даже не пошевелился. Просто сидел, улыбаясь, словно я несла ему цветы, а не смертельную угрозу.

– ОБМАНУЛ МЕНЯ! – Я была в шаге от него. – ВЫПРОСИЛ УСЛУГУ! ЗА ПОМОЩЬ! А САМ ПОСЛАЛ НА СМЕРТЬ!

Лис наклонил голову, словно не понимая.

– Я? Послал на смерть? – Он прижал руку к груди. – Дорогая, ты меня ранишь. Я же помог!

– ПОМОГ?! – Я замахнулась ножом. – ТЫ СКАЗАЛ ИДТИ НА ЮГ! К КРАСНОЙ ЛУНЕ! А ТАМ ЕГО ДВОРЕЦ! СЕРДЦЕ ЗИМЫ!

Он моргнул. Один раз. Потом рассмеялся – звонко, искренне.

– А-а-а. Вот в чём дело. – Он почесал затылок. – Ну технически, знаешь ли, я не совсем солгал.

– НЕ СОВСЕМ?!

– Ну я же сказал, что тебе нужно в Пограничные Земли, верно? – Он поднял палец. – И это чистая правда. Тебе действительно туда нужно.

– ТЫ СКАЗАЛ НА ЮГ!

– Хм. – Он задумался, глядя в небо. – Возможно, я ошибся с направлением. Бывает. География – не моя сильная сторона.

Я замахнулась ножом, целясь в его горло.

Он исчез.

Просто растворился в воздухе.

Нож прорезал пустоту.

– Эй-эй, полегче! – Голос раздался справа.

Я обернулась.

Лис сидел на другом валуне, покачивая ногой.

– Я понимаю, ты расстроена. Но убийство – это такой радикальный шаг, не находишь?

Я показала ему средний палец.

Он захлопал в ладоши, смеясь.

– О! Жесты! Мне нравится! – Он спрыгнул с камня. – Хотя не уверен, что это означает. Что-то приятное?

– Это означает "иди на хер", – прорычала я.

– А-а. – Он кивнул. – Понял. Очень образно.

Я развернулась, пошла к рюкзаку, игнорируя его.

Не реагируй. Ему это нравится.

Но он не отставал.

Появился рядом, шагая в ногу.

– Знаешь, ты обижаешь меня совершенно напрасно. – Он болтал, не закрывая рта. – Я же в итоге перенёс тебя через реку! Спас от Дикой Своры! Ты бы сейчас была мёртва без меня!

Я молча закидывала рюкзак на плечи.

– И вообще, если разобраться, я невероятно полезный. – Продолжал он. – Красивый, обаятельный, с отличным чувством юмора. Какая девушка не мечтает о таком спутнике?

Я пошла прочь.

Он телепортировался, появился передо мной.

– Ты чего такая злая? Может, просто голодная? Говорят, люди злятся, когда голодные. – Он достал откуда-то яблоко – красное, идеальное, которое блестело в тусклом свете. – Хочешь? Угощаю.

– Отвали, – я обошла его.

Он снова появился рядом.

– Ладно, не хочешь яблоко. Понимаю. Правило про еду фейри. – Яблоко исчезло. – А как насчёт информации? Хочешь узнать, что впереди?