– Тебя тоже, – спокойно ответил он. – Если не будешь меня слушать и делать, что я говорю.

Я щелкнула пальцами и провалилась во второе измерение. Уоррен упал вместе со мной. Я обрушила браслет на голени, который он на меня повесил, и вернулась в первое измерение. Уоррен попытался подойти ко мне, но я выставила ладонь вперед.

– Метр от меня!

– Как скажешь, – он отступил на шаг назад.

– Ты знаешь, где искать Эндрюса Годфри?

– Думаю, он мертв и где-нибудь закопан. И убила его не сеть, потому что сеть сама его разыскивает.

– Его убил четвертый подельник?

– Тебе кажется это логичным? – Уоррен обошел кровать и вернулся в кресло. – Если бы четвертый в их группе хотел следы замести, он бы сперва убил Донохью в больнице, чтобы рот ему закрыть. Потом устранил бы Годфри. Я согласен с тем, что эти ребята приехали в С., чтобы раскрутить дело о сети черной Жатвы в округе Т. Но ты пытаешься их связать с тремя другими делами, а они могут быть к ним не причастны. Что, если в одном приюте познакомились трое или четверо парней, у которых по тем или иным причинам был повод приехать сюда, чтобы не мстить, а найти ответы? Донохью собирал информацию о причинах гибели брата. Ему помогал Джонс. Годфри мог познакомиться с Софи Крейн для того, чтобы соблазнить ее и тоже вытянуть информацию. Напомню тебе, что Софи Крейн забеременела и, когда Одьен Ригард сообщил Годфри, что у любовницы неприятности, Годфри поехал к ней в больницу. Так поступают те, кто собирается убить? Они позволяют себе секс без контрацепции? Ты повесила на этих парней клеймо убийц, но все материалы дела говорят о том, что они такие же искатели правды, как и мы с тобой. Мотив четвертого возможного участника их группы мог быть не известен остальным. У них вообще могло не быть четвертого участника.

Я присела на кровать.

– Но Годфри собирал компромат на Мэйю Соммервиль!

– Это ничего не значит. Он мог следить за ней, чтобы понять: она в сети или к сети не имеет отношения.

– Допустим, так и есть. Тогда, кто желает столкнуть Ригардов и сеть лбами?

– Назовем его «Некто». Что мы знаем о Некто?

– Он напал на Мэйю Соммервиль в больнице. Предположительно, убил Софи Крейн, ее мужа, Азали Горна и Поука Соммервиля. Повесил красный билет на дверь Алексис Ней.

Уоррен задумчиво потер подбородок.

– У Некто как минимум три цели. Сеть, Ригарды и клан Алексис Ней. Мотив?

– Месть, – ответила я.

– Вот и давай работать с тем, что есть.

– У нас ничего нет!

– Отчего же, – хмыкнул Уоррен, – мы знаем время, когда на дверь Алексис Ней повесили билет. Есть записи камер с улицы, где находится офис Азали Горна. Приблизительное время смерти Поука Соммервиля в С. – с двенадцати до двух часов дня. Хронология событий дает подсказки, где искать. Билет на двери Алексис Ней в Р. появился около трех часов дня. Азали Горна в офисе убили около четырех дня. Р. и С. находятся друг от друга на достаточно большом расстоянии. Даже убийство через порталы из третьего и четвертого измерений ограничены дистанцией до цели.

– Некто должен был быть недалеко от своих жертв, – сделала вывод я.

– Да. И перемещался он, скорее всего, на машине. На выездах из Р. и С. на автомагистрали установлены камеры. Нужно сначала проверить их. Возможно, вычислим машину, которая ездила туда-сюда в окне происшествий в Р. и С.

– А если он воспользовался старой дорогой? – спросила я.

– Будет сложнее, но можно поднять записи с камер на улицах перед выездом на эти дороги в Р. и С.

– Ты представляешь, какой это объем работ? – я исподлобья взглянула на него.

– Ну, у тебя же есть люди. Пусть помогут.

– Нужно ехать и изымать записи, – я встала.

– Доверь это своим людям. Нам с тобой нужно поговорить с соседями Алексис Ней. Возможно, кто-то из них видел человека, который повесил красный билет на ее дверь. И говорить с архиереем высшего уровня, смотрящей на них свысока, они не станут. А вот с архиереями не при исполнении и в неформальной обстановке – вполне.

Я достала из кармана ключ от машины и бросила ему в руки.

– Подожди в машине.

– Стесняешься переодеваться в присутствии своего Desima? – он вскинул брови.

– Ты не мой Desima!

Уоррен улыбнулся.

– Мои отношения с женщинами всегда казались мне чем-то обыденным и посредственным. Я не понимал восторгов своего брата, когда он начал встречаться со своей будущей женой. Влюбленный Билли казался мне дураком, которого за штаны притянули к алтарю. Мне тридцать пять лет, и я никогда не влюблялся. Дружба, уважение, секс, в конце концов, – это не любовь. «Где же мой рассвет?» – спрашивал я себя. Может, мне просто не дано испытать то, что могут испытывать другие? Ты не задавала себе тех же вопросов?

– Нет, – я покачала головой. – У меня таких проблем не было.

– Ты очень красивая, знаешь об этом?

– Спасибо за комплемент, – отрезала я.

– Мой рассвет пришел ко мне в офис, – он улыбнулся шире. – Такая строгая и высокомерная. Но я заметил, что нравлюсь тебе.

– Может, оставим уже эту тему? – разозлилась я. – Тебе все равно ничего не обломится!

– Знаешь, когда я окончательно убедился, что ты – та самая?

– Уволь! – буркнула я и полезла в шкаф за спортивным костюмом.

– Когда ты сунула руку в задний карман моих джинсов и окатила меня таким выбросом, что я едва сдержал стон!

– Не было у меня никакого выброса! – я схватила костюм и бросила его на кровать.

– Ты, значит, и сама не поняла, что это было, – Уоррен встал и прошел мимо меня. – Зато сейчас раскраснелась. Ладно, жду тебя в машине.

Как только он вышел, я бросилась к зеркалу. Чертов Райт прав! Щеки полыхают! Соберись, дура! Тебя используют! Грамотно льют в уши то, что хочет слышать каждая женщина от красивого мужика. Это только слова. За ними ничего нет, кроме подставы. Используй его так же, как и он тебя. Получай информацию. Анализируй. Выбирайся из ямы, в которую угодила.

Я переоделась, созвонилась с Шатски и поручила ему новое задание, свернула все голопроекции и остановилась у двери. Если Уоррена действительно тренировал мой отец, значит Райт был одним из агентов конторы. Либо он продолжает работать на контору, либо нет. Правды мне никто не скажет. Алексей достаточно быстро и просто принял его в группу расследования. Он знает, что Райт действующий или бывший агент? Наверняка. Но зачем Алексей приставил его ко мне? Райт уверен, что меня отправили сюда неслучайно. Поговорить с ним обо всем на чистоту я смогу только в пятом измерении. В других измерениях всегда есть вероятность быть подслушанными. Поэтому он спровоцировал меня на переброс в пятое. И ни словом не обмолвился о моем отце в первом. Значит, я на верном пути. Соберись, Полли. Скоро будет развязка.

***

– Я не слишком близко сижу к тебе? – спросил Уоррен, когда я завела двигатель.

– Это временно.

– Потерпишь, значит?

Я выруливала с парковки.

– Потерпите, мэм! Мэм, и никак иначе! – рявкнула я.

– Извините, мэм, – совершенно другим, ровным и спокойным тоном ответил Уоррен.

– Мои коллеги скинули мне список детей-сирот, которые в одно время с известной нам троицей находились в приюте. Этот список нужно показать Ригардам.

– Перекиньте его Алексею – он покажет.

– У Алексея и без меня работы много. Завтра утром я навещу Ригардов-старших и покажу им список.

– Джейсон Ригард покидает дом в девять утра и едет в офис. Если хотите застать его дома – придется явиться до девяти. Мэм, не могли бы вы заехать в минимаркет в Р.? Мы как раз по дороге будем его проезжать.

– Зачем нам в минимаркет? – я покосилась на Райта.

– Я быстро кое-что куплю и вернусь.

– Да ты издеваешься?! – от злости я хлопнула ладонями по рулю.

– Мэм, соблюдайте субординацию, пожалуйста.

Нет, я все-таки его убью.

– Прошу прощения, архиерей Райт!

– Ничего страшного, мэм, – он отвернулся к окну.

Ярость закипала во мне с новой силой. Я готова была прыгнуть в пятое и размазать его по салону своего автомобиля.