— Капитан, сигнал быстрее примет поисковик МВС.

— Даже если все члены экипажа попадут в плен — вас не казнят.

— А Вы, капитан?

— А мне путь уже давно заказан, — засмеялась Пенеола и засунула плазменное оружие в кобуру на бедре.

— Разрешите обратиться, капитан!

— Разрешаю.

— А если это — поисковики?

— Три поисковика в одном секторе — не слишком ли много для необитаемого квадранта?

— Но, шанс все же есть?

— Это — стрейдеры, Морн.

— Да, капитан.

Она отключила вызов и поднялась с кровати. Морн прекрасный помощник. Когда они вернутся на базу, она обязательно попросит генерала вверить под его командование новый экипаж. Если они вернуться на базу, конечно…

Пенеола вышла в коридор и побежала в сторону капитанского мостика. Эта война давно утомила ее. Поначалу, она рвалась в бой только ради одной цели — добраться и убить того, кто изувечил ее тело и уничтожил душу. Теперь осталось только одно желание — издохнуть поскорее. Она пережила многих из тех, кто начинал бои вместе с ней. Теперь ее имя было широко известно в кругах противника. «Черная Кайдис» — так ее прозвали. За ее голову давно объявлена награда. И если бы Морн был немного умнее, сдал бы ее за кругленькую сумму и присоединился к МВС. Но, он не предаст, потому что верит в то, за что сражается. Его семью убили на Дереве в первые дни бомбардировок. Они не были зрячими. Как рассказывал сам Морн, за всю свою жизнь он ни разу не видел воочию тех, к кругу которых принадлежала его капитан. Таких как Морн оказалось слишком много. И все они встали на защиту своей планеты и Ассоциации Зрячих вместе с ней. После гибели Юги, Сайкайрус и Тиа объединились, обвинив в появлении амирян Ассоциацию Зрячих. Этот «новый» Межпланетарный Военный Союз начал бомбить мирное население Деревы без предупреждения. Только в первые сутки погибло более ста тридцати миллионов человек. «Неверные координаты» — так они объяснили то, что сделали.

Пенеола остановилась перед дверями в капитанскую рубку и выдохнула. Нажав на кнопку, она вошла в помещение и тут же обратилась к помощнику:

— Доложить обстановку!

— Капитан, мы не можем запустить двигатели пока Марк снаружи!

— Он должен был уже вернуться!

— Его ребята вернулись, а он остался.

— Соедини меня с ним, — произнесла Пенеола, присаживаясь в свое капитанское кресло. — Какого Амира! Марк! Почему ты все еще там?!

В ответ — шипение приемника.

— Марк!!! — закричала Пенеола. — Связь работает — я это знаю!!! Отвечай, если не хочешь попасть под трибунал!!!

— Капитан, я заканчиваю ремонт стабилизаторов!

— Я же сказала: «Вернуться на борт!!!» Пока ты не вернешься, мы не сможем запустить двигатели! Если станем тебя ждать — не успеем совершить маневр!!!

— Без силового поля у Вас не останется шансов на выживание.

— Если ты немедленно не вернешься на корабль — шансов выжить не будет у тебя!!!

— Капитан, я уже заканчиваю…

Пенеола несколько раз тяжело вздохнула и более спокойным тоном обратилась к своему подчиненному:

— Марк… Завязывай с этим… Оно того не стоит…

— Со стрейдерами Вы сможете справиться. С силовым полем сможете…

— Марк, если мы сейчас же не начнем маневр, силовое поле нас не спасет.

— Запускайте двигатели. Я закончил ремонт.

— Возвращайся. Мы ждем тебя.

— У Вас нет четырех минут, капитан. Запускайте двигатели.

— Марк…

— Двадцать два человека. Они все еще живы благодаря Вам. Запускайте двигатели и подарите им еще один шанс.

— Марк…

— Прощайте. Служить под Вашим началом было честью для меня.

Секунда молчания. Пенеола подняла глаза на помощника и тот отрицательно покачал головой.

— Капитан, Марк отключил гравитационное поле. Он удаляется от корабля, — доложил один из лейтенантов.

— Какой у него запас кислорода? — спросила Пенеола, продолжая смотреть на помощника.

— Еще на тринадцать минут, — ответил Морн.

Никто не может принять решение за капитана корабля, пока он жив. Бремя ответственности всегда лежит на его плечах и это его совесть чаще всего оказывается измазанной чужой кровью.

Пенеола закрыла глаза и задержала дыхание.

— Запускай двигатели, Морн.

— Да, капитан, — послышался сдавленный голос помощника.

Глухой гул и рывок. Еще одна прерванная жизнь. К этому нельзя привыкнуть. «К этому нельзя привыкать», — подумала про себя Пенеола и вновь обратилась к своему помощнику:

— Морн, ориентировочное время встречи со стрейдерами?

— Девятнадцать условных минут, капитан.

— Значит, времени у нас почти нет.

Поверхность луны, которую какой-то первооткрыватель обозначил на карте системы Амира как точку 3245J, была покрыта льдом. Атмосфера не пригодна для дыхания, температура — для существования. Спасательные капсулы — единственный шанс на выживание. Максимальная продолжительность сна в них — девятьсот дней. Достаточный срок для того, чтобы кто-то их нашел и еще более достаточной для того, чтобы кто-нибудь их раздавил или съел…

Они приземлились в одном из обледенелых кратеров и начали эвакуировать экипаж. Последним корабль должен был покинуть первый помощник. Пенеола терпеливо ждала, когда датчики сброса капсул по очереди начнут загораться на приборной панели. Кажется, почти все покинули корабль и остался один только Морн. Помощник явно колебался, стоя рядом со своим капитаном.

— Вам пора идти, — произнесла Пенеола.

— Капитан, разрешите остаться с Вами.

— Отклоняю Ваше прошение, Морн. Займите свое место в капсуле.

— Капитан…

— Морн, Вы слышали мой приказ! — повысила тон Пенеола.

— Капитан, я хотел сказать, что…

— Для меня тоже было честью служить вместе с Вами, — перебила его Пенеола и улыбнулась той частью лица, которая проглядывала сквозь черную стальную маску.

Морн в ответ покачал головой и отвернулся:

— Я не это хотел сказать.

— Идите, Морн. Времени не осталось.

— Я пережил их смерть и пошел дальше. А ты убила себя еще год назад!

Пенеола смотрела в спину удаляющемуся помощнику, пытаясь понять, почему он обратился к ней на «ты».

— Что за фамильярность, Морн!

— Ты вообще знаешь мое имя или для тебя значение имеет только фамилия?! — произнес Морн, останавливаясь.

— Я желаю Вам удачи, Морн, — ответила Пенеола.

— Паскудно осознавать, что женщина, которую любишь, не помнит твоего имени…

Металлическая дверь закрылась за его спиной, а Пенеола все продолжала смотреть на нее, будто выпала из реальности и вообще потеряла связь с настоящим. А потом она начала хохотать. Разве не прекрасный сегодня день для того, чтобы умереть?! Мир перевернулся с ног на голову! Урода смогли полюбить! И кто?! Тот, кто глядя на нее стоял как вкопанный несколько минут с перекошенным лицом? Атори Морн! А она полагала, что он в своем уме!

Из забытья ее вывел звуковой сигнал тревоги. Последний датчик сброса капсулы загорелся, и Пенеола запустила двигатели корабля, взяв курс на орбиту луны.

— В чем дело, майор?

— Извините, адмирал, у нас незваные гости.

— И такое бывает. Стрейдеры уже направили?

— Конечно, адмирал.

— Тогда продолжим. Когда Вы планируете завершить проект?

— Через месяц мы сможем транспортировать груз на Сайкайрус.

Внимание адмирала привлекло зрелище, разворачивающееся на экране голографического монитора на спиной майора. Интересно, что забыл этот пилотник в данном секторе?! Судя по корпусу, ему и без того хорошо досталось. Наверное, это очередные фанатики, полагающие, что умереть за Ассоциацию — самое великое, что они могут сделать в жизни.

Тем временем майор продолжал свой доклад и адмирал, в принципе, весьма внимательно его слушал.

— Что это за модель?!

— Извините?! — не понял майор, которого только что столь резко перебили.

— Кажется, это один из новых, — продолжал рассуждать адмирал. — На них устанавливают «силовые» поля, вместо плазменных.