— Разведка.

— Скорее всего. Значит, наступление готовят. Пора и нам двигать отсюда.

— Ты едва дышишь.

— Меня этим не проймешь, — попыталась отшутиться она и тут же застонала.

Он поднес инъектор и вколол ей обезболивающее.

— Тебе самому нужно.

— Перебьюсь. Ложись, рану осмотрю.

Она завалилась на спину и повернулась на бок.

— Плазмар где? — спросил он.

— Выронила…

Он ни слова в ответ не сказал, хотя мог бы и выругаться. Она оценила поступок, да что толку? Если в переделку попадут, с одним плазмаром на двоих им все равно не выжить. Пока Катарина предавалась размышлениям, Лавджой аккуратно стянул с нее костюм, оголив грудь и плечо.

— Симпатичный мужик раздевает, а я не в форме. Прости, Лавджой, сегодня не твой день.

— Ты всегда так много говоришь?

— Да, фонтан не заткнуть. О-о-о! Твою ж мать…

— Терпи, — он изобразил на лице сострадание. — Сейчас вымою и перевяжу.

— Ох… Сам еле на ногах держишься. Кстати, как твои ра-а-а-ны!

— Заживают.

— Как на собаке, ей Бо-о-о-гу!

— Может, все-таки потрахаемся? — спросил он и она готова была поклясться, что он улыбнулся при этом.

— Сказа-а-а-ла же… Не тво-о-ой… день.

— Катарина… — задумчиво произнес он. — Тебя на самом деле так зовут?

— Не знаю. Позывной XX-7651. Катарина Илес. Кто придумал это имя — родители или база данных, уже не узнать.

Он натянул на нее костюм.

— Я крысу поджарил. Есть будешь?

— А ты вскоре побежишь… Мне бы так… — прошептала она и вырубилась.

***

Неделю спустя.

— Долго еще до привала? — стонала Катарина.

— Три километра преодолеем и отдохнем. Судя по твоей карте, там была одна из ячеек.

— Их перебили три месяца назад. Я лично ездила трупы утилизировать.

— Что там произошло? — спросил Лавджой.

— Все как всегда: оборотни.

— Что ты знаешь о них?

— Машины для убийства. Вот что я знаю о них.

Катарина присела на бетонный обломок, чтобы отдышаться.

— Пойдем, — он протянул руку, призывая шевелиться.

— Когда-то это был красивый город, — вздохнула она и приняла помощь.

— А потом началась война и все превратилось в руины, — закончил он за нее.

— Ты до сих пор ничего не помнишь о своем прошлом?

— Вспоминаю что-то. Кажется, я вырос в каком-то секторе на Нирене.

— Нирена… — мечтательно произнесла Катарина. — Сиреневая планета. Была самой чистой из трех. Интересно, что ты на Пеленее забыл?

— Сам не знаю.

— Хорошо же тебя по башке долбанули! — засмеялась Катарина и тут же застонала от боли.

— Поисковики! Прячься!

Они рухнули там же, где стояли. Катарина отползла к обломкам и спряталась под ними. Лавджой укрылся неподалеку за искореженной ржавой машиной.

Поисковики застыли над землей, сканируя поверхность, и отправились дальше.

Катарина выдохнула. Вовремя Лавджой их заметил. Молодец.

— Ну что, двигаемся на Восток? — спросил он, глядя на нее с высоты своего роста.

— Три километра. Я помру.

— Залазь мне на спину. Поднесу немного, — предложил Лавджой.

— Ты и без того хромаешь, — улыбнулась Катарина, — но за предложение спасибо!

***

Две недели спустя.

— Господи, мы когда-нибудь до них доберемся?! — кричала Катарина, распихивая ногами пустые коробки в очередном покинутом всеми укрытии.

— Успокойся. Здесь есть вода и консервы. И сетевой модуль… — Лавджой поднял с земли заушник и стал крутить его перед глазами. — Похоже, рабочий.

— Хочешь в сеть попасть?

— А ты нет? Мы месяц скитаемся и никого не можем найти. Может, это наш шанс!

— Валяй! — она махнула рукой. — Только если засекут твое местоположение — я не виновата.

— Я перекодирую локацию, — пожал плечами Лавджой.

Катарина, судя по всему, пребывала в ярости.

— Имени своего не помнишь, а как локацию перекодировать — помнишь?

— Странно, правда? — улыбнулся он и надел заушник.

— Делай что хочешь! Я мыться!

Запустить самодельный генератор Катарине удалось. Подождав минут десять, она разделась и стала на бетонный пол в импровизированной душевой. Из резиновой трубы над головой полилась теплая вода и Катарина едва не завизжала от восторга.

— На, я мыло нашел, — он протянул ей мыльный огрызок и стал раздеваться.

— Ты же в сеть полез!

— Здесь не ловит, — ответил он, стягивая с себя штаны. — Потом еще попробую.

— Пока я не помоюсь, тебе горячей воды не видать!

— Здесь места на двоих хватит. Двигай жопой, плоскогрудая!

— У меня третий размер! — взревела Катарина. — Все натуральное!

— В моде шестой — синтетический, насколько я помню…

Она открывала рот, как рыба, пытаясь что-то сказать, но мыслей в голове не осталось. Роскошный мужик! Высокий, мускулистый, лицо словно вылеплено скульптором, глаза синие-синие, волосы — каштановые, кожа — белая. И внизу есть, чем похвастать. Она бы дала ему на раз-два! Да что там! Она бы набросилась на него сама! Да вот, одно но… Люди с рекомбинантами не спят. Сторонятся их. За всю жизнь у нее несколько партнеров было — все рекомбинанты. Им до Лавджоя, как ей до шестого размера.

— Рыжая, ты так и будешь на меня пялится?

— Рыжая? — зашипела Катарина и подвинулась, уступая место под струей воды.

— Чему ты удивляешься? Ты рыжая! И в веснушках вся!

— Рыжая-бесстыжая! — покривлялась Катарина и отвернулась, намыливая голову.

— Я поначалу подумал, что ты крашеная, но когда голой впервые увидел, понял, что все натуральное, — он стал посмеиваться, что взбесило Катарину еще больше.

— Только мозги наполовину искусственные… — прошептала она. — А так, все натуральное.

— Ты… завидуешь… людям?

— Да, — выдохнула Катарина. — Я не выбирала свою участь. Они выбрали за меня.

— И ты веришь, что если сопротивление победит, все изменится? — тихо спросил он.

— Да. Я не просто верю, я борюсь за это. Второй, третий ребенок в семье… Почему, они должны стать материалом для пробы? Почему должны рискнуть жизнью? И почему, если выпадет шанс выжить, в шестнадцать лет должны потерять все?

— Миру нужны рекомбинанты.

— И оборотни, — прошептала она. — Технологии, прогресс, удобства. Фелерина взорвалась всего два года назад. Осталось только две планеты, на которых мы можем выжить. Если Пеленея и Нирена погибнут, что с нами станет?

— Ты про вид или про нас с тобой?

Она встала под воду, чтобы смыть мыло с волос.

— Если планеты погибнут, нам определенно не выжить. Изучать просторы бескрайнего Космоса будут другие представители человека разумного. История циклична. Война племен погубила Землю. Война племен погубит и человечество.

— Война племен… — повторил он, намыливаясь. — Как интересно ты назвала произошедшее.

— Племя людей против племени технологий. Победит либо человек, либо технология. Если победит человек — вид выживет. Если технология — погибнет.

— Какова твоя специализация как рекомбинанта? — спросил он, ополаскиваясь водой.

— Инженер промышленных технологий.

Лавджой присвистнул.

— А с виду не скажешь. Я думал, ты биолог какой-нибудь.

— Если рыжая, значит биолог? — хмыкнула Катарина.

— Не помню, чтобы у меня с натуральными рыжими было когда-нибудь…

Катарина, намыливая себя между ног, замерла.

— Думаешь, если спасла задницу твою, то и ноги быстро раздвину? — зашипела она, стоя к нему спиной.

— Рыжая, — произнес он как ни в чем не бывало, — твой третий размер заводит куда лучше шестого-синтетического.

Катарина закрыла глаза и выдохнула. Сама же хотела перепихнуться с ним. А когда он сам предложил — ощетинилась. Нелогично. Не по-рекомбинантному.

Она встала под воду и вымыла причинные места. Затем окинула Лавджоя взглядом с головы до пят, оценив стояк на двенадцать баллов из десяти. Протянула руку и обхватила достоинство. Пальцы почти смыкались. Почти. Катарина провела ладонью по крайней плоти и спустила ее вниз.