— Это он вам рассказал?

— Федор его на чистую воду вывел. Когда Митрофан весть об отравлении Катерины донес, Федор ко мне пришел за советом. Тут-то я про Егора нашего вспомнила и рассказала ему, что знаю. Он Егора нашел и тот признался.

— Егор жив? — спросила Аврора.

— Мы закопали его недалеко отсюда.

— Его закопали, а меня подставить решили?

— Достала ты всех нас, дрянь…

Аврора рассмеялась.

— А когда вас Гелиан достанет, его вы тоже под стеной закопаете?

— Когда достанет, тогда мы подумаем над этим. А пока Гелиан должен найти свои элементы питания, иначе никто не выживет.

— Значит, в заговоре этом всего пятеро лиц. Господин наш Савелий, Катерина, Федор, дядя Иван и ты, Франя. У каждого счеты со мной имеются. С господином Савелием все ясно — я ему как кость в горле. Катька с теми же претензиями была, правда вот не дожила до сего момента. Хотя, сама виновата. У Федора давно зуб на меня, не так ли, Федя? Не думай, что забыла я, как ты с дружком своим залезть на меня пытался! Твое имя я ни разу не упомянула, но ты все трясешься за славу начальника охраны поселения нашего. Дядя Иван. Такого папаню, как вы, дядя, еще поискать нужно. Кстати, сына вашего не я убила. И сомневаюсь, что это дядя Август сделал. Наверняка ублюдок сам в переулке на неприятность нарвался!

— Замолчи, тварь! — проревел Иван.

— И ты, Франя. Старая карга Франя. Кто бы мог подумать, что у тебя так много секретов? Ты же повитуха. Думаю, Катька тебе все рассказывала, потому что ты тайны ее черные хранила. Ходили слухи по поселку, что загуляла наша Катерина с господином Савелием. А ты ведь знаешь, как проблемы с детьми нежеланными решать, не так ли, Франя? Думаю, ты помогла Катерине. Убила ребенка в чреве ее, пока тот еще не вырос. За это она тебе должной и осталась. Так у тебя свои глаза и уши в доме Главном появились. Что еще ты делала, Франя? Может, решала, кому на свет родиться, а кого вместе с мамашами за стену вынести?

Франя поднялась во весь рост и отвернулась.

— Чего молчишь, старая? — кричала Аврора. — Неприятно, когда убийцей в глаза кличут?

— Я не за себя, — ответила Франя. — За дочь свою. Если ослушаюсь хоть раз, ее казнят.

— Так и живешь, да? — продолжала давить Аврора. — Руки по локти в крови, а ты все продолжаешь вершить чужие судьбы? И как ты делаешь это? Как всех вокруг пальца обводишь?!

— Замолчи! — закричала Франя.

— Они не сняться тебе? Не спрашивают во сне «за что, матушка»?

— Больные они! Нельзя им на свет появляться!

— И ты за палача, Франя, не так ли? Им хоть не больно, а? Ну, скажи, — простонала Аврора. — Им хотя бы не больно?

— Думаешь, легко мне все это дается? — прошептала Франя. — Это мне больно, а не им… Им все равно. То пуповину вокруг шеи обмотаю, то пережму ее во чреве. Они даже вдохнуть не успевают. Засыпают и все.

У Авроры слезы на глаза навернулись.

— А матери их? — спросила она. — Что с ними делаешь?

— Матери — то другое! — взъерепенилась Франя. — Они виноваты! Каждую предупреждают, но им все невдомек! Думают, шутки то! Но и к ним я великодушна! — зашипела Франя, будто змея. — Я их смесью опаиваю, чтобы не мучились долго.

— Как же ты Радомира все это время вокруг пальца обводила? — едва сдерживая слезы, спросила Аврора.

— А его на роды всегда в последнюю очередь звали. Умерли все — да дело с концом. А после того, как Елену свою он схоронил, то вообще проще стало. Он не задает вопросов, а уходит да пьет. Поутру тела за стеной оказываются. И никому дела до них нет.

— И кто же определяет, кому жить, а кому помереть?

— Я определяю! — осклабилась Франя.

— Мозгов для этого у тебя маловато! — сквозь слезы рассмеялась Аврора. — Ты ж в генетике — как свинья в огороде! Хотя, прости! Ты не знаешь, что такое генетика.

Франя занесла руку и наотмашь ударила Аврору по лицу.

— И это все? — Аврора сплюнула кровь на землю. — Да не уж-то вы даже поглумиться по-настоящему не можете? Что за пытки? Федор! — Аврора повернулась к нему. — Ну, хоть ты в грязь лицом не ударь! Сломай мне ребра, что ли! Или пару пальцев вывихни! Что пялишься со стороны? Ты ж по бабам знаток! Наверняка определяешь, кого в блудный дом, кого к дружкам в постель, а кого и за стену не жалко!

— Зря ты мне не дала, — произнес Федор. — Ходила бы по поселку с Катериной на равных и бед бы не знала!

— Да что ты! — скривилась Аврора. — А потом ты бы меня по кругу пустил и к девкам в дом Блудный сдал? Нет уж, извини.

— Что, рожей не вышел? — гаркнул Федор. — Или ты только Птаховым даешь?

Аврора засмеялась:

— Птахову! — прокричала она. — Радомиру Птахову!

— Ну, это уже в прошлом, — хмыкнул Федор и подошел к ней, цепляясь пальцами за ее лицо. — Красивая бы из тебя потаскуха вышла. Даже жаль, что напоследок не побалуюсь, — произнес он и оцарапал ей кожу ногтями.

— Не судьба, видать! — показала зубы Аврора. — А ты, папаня названный, чего молчишь? Ты что, тоже с ними заодно? Интересно, какая им от тебя польза?

Иван отвернулся от нее.

— Ах, да! Я ж забыла, что ты за продовольствие отвечаешь! Что ж ты сыну своему, Кириллу, куска хлеба не дал, когда тот голодал?

— Не хрен было на чернокожей жениться! — рявкнул Иван.

— Так ты еще и расист?! — захохотала Аврора. — Да ты даже слова такого не знаешь, не так ли? Я объясню тебе, дядя Иван: так предки тех уродов звали, которые других людей ненавидели за то, что те внешностью на них самих не похожи. Ну что, понял, или еще раз объяснить?

— Да заткнись ты уже! — заревел Иван.

— Заткнусь, когда пришибешь! Так что же они тебе приказывают делать?

— Не твое дело, потаскуха!

— Неужели, диктуют, кому продать товар, а кому нет? Постой, кажется знаю я, кто приказы вам отдает!

— Голоса предков, — перебила Франя и повернулась лицом к Авроре. — Они отдают приказы!

— Это тебе господин Савелий рассказал или ты сама придумала?

— Это ты живешь и думаешь, что все подвластно тебе! Предки всем управляют вокруг. Только с их позволения Савелий правит здесь. Только с их дозволения Гелиан ищет путь спасения!

Аврора сделала глубокий вдох.

— И вновь эти загадочные предки. Ему в угоду их именами прикрываться и вам приказы отдавать. И где сейчас ваш господин Савелий? Ах да, время ужина в главном доме. Ему наплевать на вас и ваши судьбы. Вы как марионетки, которыми он управляет от имени предков. Всего-то кучка уродов, которым собственная шкура дороже всего на свете.

— Убейте ее! — закричала Франя, указывая пальцем на Аврору. — Убейте ее немедля!

— Кишка тонка, — улыбнулась Аврора, глядя на Франю.

— Тогда, я сама, — прокричала она и занесла руку с факелом, чтобы бросить его на Аврору.

— Остановись!..

***

Радомир пробирался вдоль стены в сторону трактира Кузьмы, как сказала ему Париж. Наконец, он заметил огни вдалеке. Радомир пригнулся и достал нож. Их двадцать человек. Кто-то должен охранять периметр. Действовать следует тихо, не поднимая шума.

Движение в стороне. Радомир приготовился напасть. Сдавленный стон и тишина. Движение за спиной. Радомир обернулся, готовый перерезать горло противнику, но увидел перед собой Гелиана. Тот приложил палец к губам и указал Радомиру на свой нож. Радомир кивнул и присел на корточки. Со стороны он смотрел, как двое каких-то людей в лохмотьях пробираются вперед. А вот и новые жертвы. Одна была повержена ударом ножа в сердце, другая — под затылок. Все тихо, как будто и не было их никогда там.

Радомир услышал какой-то шум позади. Он обернулся. Не видно ни черта. Гелиан тоже напрягся. Кто-то оказался совсем рядом. Радомир достал плазменный пистолет и приготовился стрелять.

— Да, спрячь ты, — зашипел Август. — Огни от зарядных блоков увидеть могут.

Радомир накрыл оружие ладонью.

— Где носило, засранец? — прошептал Август.

— Роды тяжелые были.

— Ты знаешь, что происходит?

— Да. Антонина мертва. Аврору забрали.