— А с Террой кто?

Юзеф пожал плечами:

— Под дверями Егор стоит.

— Ясно…

— Я могу идти, господин?

— Можешь, — кивнул Гелиан и подавил злость, посильнее сжав в руке отцовскую трость.

В его библиотеку никто не имел права входить без дозволения. Мать прекрасно о том знала, но все равно взяла ключ из его комнаты и пустила туда Терру. С каких это пор в его доме каждый делает все, что захочет?

Гелиан спустился на второй этаж и направился в другое крыло дома. У двери в библиотеку стоял на посту Егор. Гелиан еще не остыл после вчерашней выходки этого наглеца, и Егор, очевидно, все понял.

— Добрый день, господин, — поздоровался охранник и склонил голову перед Гелианом.

— Ты свободен.

Гелиан подождал, пока Егор удалится, и только после этого открыл незапертую дверь. Терра стояла у одного из стеллажей и нервно перелистывала страницы книги одну за другой, даже не пытаясь прочесть текст. Она не заметила появления Гелиана здесь, а потому даже не обернулась, когда он тихо прикрыл дверь за собой.

Захлопнув книгу, Терра поставила ее на место и взяла в руки следующую. Вновь пролистав страницы, она захлопнула и эту книгу. Вместо того, чтобы вернуть ее на место, Терра прислонилась лбом к книжному ряду и хлопнула ладонью по стеллажу. Кажется, она была очень расстроена…

— Я принес тебе трость, — произнес Гелиан.

Терра в испуге отпрянула от полок и, оступившись, едва не рухнула на пол.

— Осторожнее! — воскликнул Гелиан.

Терра вернула книгу на место и отошла в сторону. Интересно, ему показалось или она действительно не собирается с ним разговаривать?

— Я принес тебе трость, — повторил Гелиан.

Терра взглянула сначала на трость, затем перевела взгляд на него и тут же отвернулась.

— Ну, здравствуй, Гелиан, — не скрывая злости, произнес он. — Спасибо, что принес трость для меня. И хотя Радомир не раз предлагал мне повязку на ногу наложить, я всегда отнекивалась и утверждала, что боль в ноге меня не беспокоит. Что ж поделать, если я упертая, как баран?

Терра злорадно ухмыльнулась и взглянула на него:

— Здравствуй, Терра, — ответила она. — Я вошел тихо и без стука, чтобы напугать тебя. И теперь очень горд тем, что принес тебе трость. Ну что же ты, жена, не благодаришь меня за труд! Или у тебя сердце в пятки ушло, когда я обратился к тебе?

— Извини, не хотел тебя напугать.

— Извинения приняты! — выпалила она и поклонилась в пол.

Гелиан вкинул брови:

— И что это значит?

— Здесь полно книг на языке предков! — будто в укор воскликнула Терра. — Боюсь ошибиться, но, по-моему, они все здесь на этом проклятом языке!

Гелиан подошел к Терре и протянул ей трость. Она молча приняла ее и захромала к креслу.

— Ты права: все книги в этой библиотеке написаны на языках предков.

— Языках?

— А ты думала, что предки разговаривали только на одном языке?

— Я думала, что у них был один, всеобщий язык. И еще я думала, что на этом всеобщем языке мы все разговариваем!

Гелиан невольно улыбнулся. Она разозлилась…

— Как видишь, все немного не так, как тебе казалось, — произнес он.

— Немного?! — повторила она. — Сегодня утром я узнаю, что все вы, Птаховы, да еще и Аврора Реброва, говорите на языке предков! А язык, на котором разговариваю я — какой-то особенный!

— Этот язык действительно особенный, ведь на нем говорят все вокруг. Это всеобщий современный язык.

— А что на счет всеобщего языка предков? — громче, чем следовало, спросила Терра.

— Понизь тон, пожалуйста.

— Извини. Так что на счет этого языка?

— Этот язык знают немногие, — уклончиво ответил Гелиан.

— И откуда они знают его?

— Из книг, конечно же, — Гелиан расплылся в улыбке и присел в кресло напротив Терры.

Она оперлась ладонями о трость и наклонилась вперед:

— Сомневаюсь, что можно выучить незнакомый язык по книгам, если только не знать дословный перевод этих книг.

— Вот видишь, ты сама ответила на свой вопрос.

— Тогда откуда этот язык знает Аврора Реброва, если она не умеет читать? — зашипела Терра.

— Аврора умеет читать, — пожал плечами Гелиан. — Очень плохо, правда, но все же кое-что прочесть может.

Терра поморгала немного и отклонилась назад, продолжая с прищуром глядеть на него:

— Это ты обучил ее этому языку, не так ли?

— Этому языку ее обучил Август Ребров.

— А кто научил его?

— Книги.

Терра закрыла глаза и глубоко вдохнула. Гелиану на ум пришла странная мысль и он решил ее озвучить:

— Почему ты злишься на меня? Уж не из-за того ли, что Аврора Реброва знает всеобщий язык предков, а ты — нет?!

— Ты мог бы научить меня ему! — Терра разогнулась. — Ты мог бы объяснить мне, что все мои представления о предках далеки от истины! Сколько раз я спрашивала тебя об их истории? Сколько раз пыталась узнать, откуда произошел наш язык? Возможно, тебе даже известен ответ на вопрос, что произошло со всеми нами много лет назад! Почему Земля погибает, и мы гибнем вместе с ней?

— Земля не погибает, Терра. Она уже погибла. Мы — лишь выжившие, которые пытаются спасти свою шкуру и сохранить тем самым вымирающий вид.

— Земля погибнет, Гелиан, когда секреты предков перестанут работать. И даже тогда, наверное, она все равно останется жить, только уже без нас. Пройдут миллионы лет и в пустоши, возможно, появится новая форма жизни, приспособленная к выживанию в таких условиях. Но это уже будет другая история. И она будет не о людях.

— Веришь в эволюцию, — хмыкнул Гелиан. — За стеной жизни нет, Терра. И вряд ли она появится там вновь спустя миллионы лет.

— А вот в этом я с тобой не соглашусь, — произнесла Терра, замерев напротив Гелиана с тростью в руке. — Там есть жизнь. И эта форма жизни вызывает заболевание, которое мы называем «черный крап».

— Совершенно не обязательно, что «черный крап» вызывается возбудителем, — вторил Гелиан.

— Уж лучше бы ты был не прав, — покачала головой Терра, — ибо бороться с токсическим поражением мы будем не в состоянии.

— Вот видишь, ты уже задумываешься о природе происхождения «черного крапа», — Гелиан поднял руки вверх в знак того, что сдается. — Обсудишь этот вопрос с Радомиром, когда он вернет свою голову на место. Думаю, недели для этого ему хватит.

— Ты недавно стал циником, — осклабилась Терра, — или я просто не замечала этого раньше?

— Ты грубишь мне, жена?

— Твой брат женится завтра на женщине, о которой ничего не знает! Думаешь, это хороший повод для насмешки, или ты смеешься над чем-то другим?

Гелиан встал на ноги и приблизился к Терре, склоняя голову, чтобы заглянуть ей в глаза:

— Мой брат — взрослый мужчина и решение это принял самостоятельно. Мой долг — поддержать его и оградить от неприятностей. Я не знаю, как сложатся их с Авророй отношения и будет ли их брак счастливым, но сейчас размышлять об этом бессмысленно.

Терра прищурилась, глядя на него:

— Ты ведь знаешь Аврору куда лучше него… — прошептала она.

Он изогнул губы в подобие улыбки:

— Думаешь?

— Ты приставил ее ко мне не только ради того, чтобы пустить пыль в глаза остальным. Ты всецело доверял ей. Доверяешь и сейчас. Значит, ты хорошо ее знаешь.

Гелиан наклонился ниже. Близко. Слишком близко он оказался от нее. Едва не касаясь носом, едва не прижимаясь губами… Как будто заглядывал в душу без дозволения, как будто готовился к нападению на слабую жертву. — Что это, Терра? — произнес он ей в губы. — Забота о Радомире или…

— Или «что»? — еле ворочая языком, прошептала она.

— Ревность?

Ему знакомо это чувство. Оно железной хваткой цепляется в плоть и отдирает ее от костей. Оно скручивает внутренности, вызывая позывы на рвоту. Ему бы сейчас ревновать… но ревность уступила дорогу похоти. Той самой, которой на все наплевать. Той самой, которая заставляет предвкушать момент радости, погружая сознание в иллюзии мира желаний и наслаждений. Все из-за нее… Ему бы на шаг назад отступить, ему бы отстраниться… …но взгляд застрял на глазах цвета фиалок. Губы так близко. Вожделенные губы совсем рядом… Три миллиметра, сотканных из соблазна. До них всего три миллиметра. Но эти миллиметры словно пропасть. Двинется вперед и навсегда сгинет. Она закрыла глаза. Три миллиметра длинной в целую жизнь. Три миллиметра ценой многих жизней. Режь веревку, Гелиан… Время падать вниз…