— Да, господин Радомир. Буду делать, как вы скажете!

— И еще кое-что: держи рот свой на замке о беседе нашей. И об Авроре помалкивай. Если спросит кто, чего вызвал я тебя, скажешь, что наказ я тебе давал о том, что и как лучше для госпожи твоей готовить, чтобы здорова она была. Ну, а если ума тебе не хватит поступить, как я говорю, ты знаешь, что дальше будет…

Мария разогнулась и уставилась зареванными глазищами на него:

— А если Катька расспрашивать начнет? Что мне ей сказать?!

— А разве Катька уже не расспросила тебя о том, что и как вечером тем было? — нахмурился Радомир.

— Так, нет же, — ответила кухарка. — Я ж думала, что она Аврору за этим прислала…

— А, ну да, — кивнул Радомир. — Она же к тебе Аврору и прислала.

— Так Катька Аврору прислала или эта дура сама решила нос свой куда не просят сунуть?

— Она ж дура, — улыбнулся Радомир. — Она же все по чьему-нибудь наказу делает.

— Ой, не нравится мне все это, господин Радомир.

— Сколько у тебя детей? — вдруг спросил Радомир.

— Пятеро… — ответила кухарка.

— И все, небось, к тебе три раза в день на кухню бегают?

— Ну, так подадут что, помогут чем… — прошептала Мария. — То ж дети, господин…

Радомир наклонился к Марии и заглянул ей в глаза:

— Если хочешь, чтобы и дальше твои дети ели досыта три раза в день, рот свой закрой да помалкивай. Все поняла?

— Д-д-да.

— А теперь ступай, Мария. Скоро вся семья соберется, чтобы стряпни твоей отведать, а ты тут лбом половицы бьешь…

Мария поднялась с колен и, вытерев передником лицо, зашагала к выходу.

— Конечно, господин Радомир. Я все поняла.

***

Гелиан сидел за столом в окружении своей большой семьи. Он пил холодный ячменный напиток из бокала и в пол уха прислушивался к сторонним разговорам. Кто-то рассмеялся. Это Катерина.

— И что, никто из вас действительно не знал, кого господин выберет? — спросила она.

Ответ держал Антон:

— Мы даже ставки сделали. Все на Шанталь поставили, а мама на Терру.

— Госпожа, а почему на Терру? — продолжала смеяться Катерина.

— Потому что среди трех сестер она — самая умная, — ответила мама.

— Не самая, — пробурчал отец. — Шанталь оказалась умнее.

— И то верно! — расхохотался Антон. — Гелиан, в твоей формуле идеальной жены есть ошибка! Придется рассчитать все заново!

— Ты опять по лицу получить желаешь? — приподнял бровь Гелиан.

Антон потер синюшную скулу и умолк.

— Господин Гелиан, — не унималась Катька, — так почему госпожа Терра?

Он устало взглянул на женщину, которой никогда не доверял, и ответил:

— У Терры высокий интеллект. От такой женщины родятся умные дети.

За столом повисло молчание. Отец замер с ложкой во рту, братья переглянулись с женами, мать тяжело вздохнула и отломила кусок хлеба, Катька сникла, а Радомир налил себе еще ячменного напитка.

— А я тебе говорил! — вдруг выпалил Василий, указывая пальцем на Петра. — С тебя тридцать медяков!

— За такую новость могу дать серебряными, — протянул Петр.

— Интересно, каков был предмет спора? — решил уточнить Гелиан.

— Уже не важно, — махнул рукой Васька. — Петр все равно проиграл тридцать серебряных!

— Не серебряных, а медяков! — очнулся Петр.

— Сам же сказал, что серебряных не жалко!

— Условия спора уже не изменить, — пожал плечами Петр. — Гелиан женился всерьез и расторгать брак, судя по всему, не собирается. Так что я отдам медяками.

— Ты что же это, брату старшему своему денег жалеешь?

— Ты старше всего на год, а полагаешь, что на десять! — начал отповедь Петр.

— А ну-ка рты позакрывали! — рявкнул отец.

И Петр и Васька, которые цапались чуть ли не каждый день, умолкли. Подумать только, они ведь старше Гелиана, а ведут себя, как Антон.

— Гелиан, — продолжил отец, — может, хватит уже держать всех нас в неведении?

— Я не хотел бы сейчас обсуждать это, — спокойно ответил Гелиан.

— Здесь нет чужаков! — давил отец. — Все свои! Ну так что, расскажешь нам, на черта тебе сдалась Терра и каким образом она сможет помочь нам выжить?!

Голос отца сорвался на крик и Гелиан не смог сдержать улыбки.

— Из-за чего ты злишься, папа? Из-за того, что ты до сих пор не понимаешь, почему я выбрал Терру или из-за того, что своим выбором я нарушил твои планы?

Отец сжал приборы в руках до того сильно, что костяшки пальцев побелели.

— Мы потратили на Стелларов пять лет, — прошипел он. — В итоге, того, что искали у нас нет. Ты утверждал, что женитьба на одной из их дочерей откроет перед тобой запертые двери. Какие двери ты имел в виду?! Те, что ведут к «секрету» Стелларов или те, которые спрятаны под юбкой твоей молодой жены?!

Гелиан широко улыбнулся отцу и отсалютовал ему бокалом:

— А ты, видать, надеялся, что обладательницей этой юбки станет Шанталь?

Отец побагровел и стукнул кулаком по столу:

— Да, как ты смеешь, щенок!

— В этой игре мы оба немного лукавили, папа. К чему теперь рвать и метать?

— Что ты хочешь этим сказать?

Гелиан усмехнулся.

— Женившись на Шанталь я бы получил право наследования земель Стелларов. Интересно, что ты испытал, когда я озвучил имя Терры, а не Шанталь?

— Тебе лучше этого не знать, — зашипел отец.

— Ты дал согласие на мой брак с Террой только по одной причине: как и все остальные ты боишься смерти и считаешь, что только я смогу спасти всех нас. Прости, папа, что нарушил твои меркантильные планы, но выживание людей на Земле для меня первостепенная задача.

— Ладно, спрошу по-другому, — засипел отец. — Гелиан, Терра знает, где спрятан «секрет» Стелларов или нет?!

— Нет, — коротко ответил Гелиан.

— То есть как… — опешил отец.

— А вот так, — продолжал издеваться Гелиан.

— И когда ты это понял?

— Не важно.

— Гелиан, ты соображаешь, что говоришь?

— Я прекрасно соображаю, папа. Я соображаю лучше, чем кто-либо из сидящих за этим столом.

Повисло молчание. Как смешно… Отец вновь ничего не может изменить.

— Не смей, слышишь?

Из глаз отца вот-вот посыплются искры. В детстве Гелиана пугал этот взгляд. Потом он вырос и перестал бояться. Не только отца. Он перестал бояться всего, что до сих пор пугает всех остальных нормальных людей.

Гелиан пригубил ячменного напитка из бокала и улыбнулся:

— Теперь, когда ты немного успокоился, я расскажу всем, почему выбрал Терру.

— Мы все во внимании, — буркнула мать.

— В моем плане есть три ключевых фигуры. Я, Терра и Радомир.

— Я? — не понял Радомир.

— Да, ты.

— А причем здесь я?! — возмутился Радомир.

— Ты и Терра займетесь поисками лекарства от черного крапа. Если в течение пяти лет вы его найдете, я отправлюсь с ним в долину Смерти и достану то, что всем нам нужно.

— Ты в своем уме? — отец на этот раз побледнел и схватился рукой за грудь.

— Судя по тестам, мой интеллект отличается от твоего на восемьдесят процентов, папа. Следовательно, мой мыслительный процесс отличается от твоего на восемьдесят процессов. Тебе может показаться, что я не в своем уме. Это логично. Однако, вспомни, благодаря кому все мы сидим за этим столом и едим свежие овощи, фрукты и мясо? Благодаря кому ты перемещаешься из поселения в поселение за считанные часы? Кто помог тебе разгадать загадки наших предков и предсказать будущее? — Гелиан покачал головой и отодвинул от себя наполненную едой тарелку. — Ну вот, ты снова молчишь. Я говорю тебе, что без Терры и Радомира мне не найти решения проблемы, перед которой все мы окажемся через пять лет. Но ты не веришь мне, потому что те восемьдесят процентов отличия между нами мешают взглянуть тебе на старообрядницу из рода Стелларов не как на ограниченную избалованную девочку, а как на потенциального гения, способного синтезировать знания наших предков со знаниями, приобретенными нашим народом за последние четыреста лет. Поэтому я взял ответственность за судьбу Терры на себя и забрал ее из дома. Стоит добавить, что теперь у нее нет ни дома, ни семьи. Если все сложится удачно, именно я заменю ей и дом, и семью. И сделаю я это ради того, чтобы все вы смогли прожить на этой проклятой земле больше пяти лет, — Гелиан бросил салфетку на стол и встал из-за стола.