Терра услышала, как сестра всхлипывает.

— И прекрати реветь! Будешь умной — поставишь Гелиана на колени и сможешь делать все, что душе взбредет! Даже к Юрию бегать на сеновал!

— Па-па… — взвыла Шанталь.

— Я все сказал. Иди умойся и возвращайся в дом. Если через десять минут не появишься перед моими глазами — твой Юрий не жилец! Все поняла?!

— Д-д-да…

Отец и ревущая Шанталь разошлись в разные стороны. Терра же подобрала подол платья и бросилась бежать. Сердце колотилось в груди, как бешенное, слезы текли ручьями, а из горла вырывались сдавленные всхлипы. Терра за что-то зацепилась и рухнула лицом прямо в грязь. Поднявшись, она вытерла щеки руками и прибавила ходу, со всех ног уносясь прочь от родного дома. Единственное место, где ее всегда рады будут видеть, это дом Прокофьи на окраине поселка. Там Терра найдет утешение, там же и обретет свой покой.

***

Терра очнулась ночью. Ее разбудил стук в дверь и отборная брань, которой Юрий сыпал в своей привычной манере. Интересно, что именно в этом мужлане нашла Шанталь? Терра услышала, как Прокофья поднялась с постели и пошла открывать. Нехорошо это, заставлять старую женщину объясняться, но Терра от головной боли даже пошевелиться не могла.

— Где она?! — кричал Юрий.

— Здравствуй, Юра. Кого ищешь?!

— Знахарка, ты мне голову не дури! Где Терра?!

— Девочка у меня, но она сейчас спит. Передайте, пожалуйста, ее отцу, что с ней все в порядке и она вернется домой к обеду.

Звук шагов и скрип половиц заставили Терру натянуть на себя одеяло повыше. Дверь в спальню, где она ночевала, кажется едва не слетела с петель.

— Терра!!! Вставай, идиотка!!!

Терра спрятала голову под одеяло и притаилась.

Рывок, и она в одной ночной рубашке престала перед разъяренным Юрием.

— Скажи «спасибо», что я уговорил твоего отца не идти за тобой лично! Иначе, боюсь, ты бы живой до своего жениха не дошла! — Юра повесил горящую лампу на стену.

Терра скривила лицо и потянулась к кружке с отваром, которую оставила возле кровати заботливая Прокофья. Глотнув отвара, разведенного бормотухой, она присела и схватилась за голову.

— А теперь все сначала, — попросила Терра, глядя на свои голые коленки.

— Вставай, одевайся и пошли! Птаховы тебя ждут!

— С чего бы кому-то из них меня ждать?!

— Дура!!! Твой отец заявление сделал! Тебя в жены берут! И что? Где невеста?! А нет ее!!! Она пьяная валяется у старой знахарки в постели и слюни на подушку пускает!

— Господи, — прошептала Терра. — Только не это…

— Да вставай уже!!! Там все ждут!!!

Терра допила отвар и взглянула на Юрия:

— Дай мне несколько минут. Хоть в порядок себя приведу.

— Я жду за дверью! И не вздумай номер отмочить! Все равно тебя найду и тогда пощады от отца не жди!

— А жених? — спросила Терра. — Это…

— Ждет тебя жених! Все и так в ужасе, а тут еще и твоя выходка!!! Шанталь ревет, а ты…

— Значит, двоих выдают… — прошептала Терра и сделала глубокий вдох. — Выйди. Я оденусь.

Юрий развернулся и вышел, хлопнув дверью. Через минуту в комнату вошла Прокофья. В руках у нее была плотная лента, которую использовали для перевязки раненых.

— Девочка моя, — закачала головой Прокофья, — ногу-то твою совсем «раздуло».

Терра взглянула на лодыжку и поняла, что нога не только отечная, но и синюшная.

— Матушка, принеси мне, пожалуйста, еще отвара, иначе, не дойду.

Прокофья повязала повязку и достала бутыль с мутной бормотухой из-под кровати.

— Девочка моя, как же так… Перед женихом да в таком виде… Я, конечно, охранникам наказала за платьем новым сбегать, но что с лицом-то делать будем?

Терра хлебнула пойла из горлышка трехлитровой бутыли и вытерла рот рукой.

— Дай зеркало, мамуля: на красоту свою дивную погляжу.

Прокофья достала из ящика тумбочки зеркало и вручила Терре. Оценив свою «красоту», Терра погладила пальцами ссадину на щеке и поморщилась.

— Отекла, зараза, — констатировала она и отбросила зеркало в сторону. — Замажь чем-нибудь, мамуля, что б не так видно было.

— А с глазами что делать? Их же совсем не видать!

— Сейчас расхожусь и отек спадет. Лучше дай ленту волосы подвязать. Моя куда-то подевалась…

— Я ее выбросила, — пожала плечами Прокофья. — Еле тебя саму от грязи отмыла. Боже, детка… За что ж тебе это…

— Не мне одной. Да не думаю я, что Антон рад тому, что меня в жены взять придется.

— Антону? — переспросила Прокофья.

— Антону Птахову — младшему из братьев.

— Так он же совсем юнец! — вскинула руки Прокофья.

— Зато на земли его мой папуля руки не прочь наложить. Шанталь за Гелиана выдадут, а я вот и для Антона сгожусь, — Терра хмыкнула.

— Ничего… — покачала головой старая Прокофья. — Ничего, ты у меня умненькая, ты все это переживешь.

— Никуда не денусь, — прошептала Терра. — Придется пережить.

Пока она приводила себя в порядок, в голове крутилась только одна мысль: почему же она ничего не чувствует? Вчера рыдала над своей участью, а сегодня, когда знает, что ей предстоит выйти за зеленого юнца, которого ей никогда не полюбить, она очень спокойна.

— Скажи, матушка, ты мне в отвар капель успокаивающих добавила?

Терра надела платье, которое ей принесли.

— Это чтобы ты не волновалась.

— Так хорошо после них… Так пусто…

— Вечно пить капли не сможешь, а сердце рано или поздно болеть устанет. Тогда и обретешь свой покой, как обрела его я.

Хромая к родному дому, где ее ждала семья и новоявленный жених, Терра обдумывала слова старой Прокофьи. Знахарка не рассказывала ей историю своей жизни. Терра знала, что Прокофья никогда не была замужем. Тогда почему же Терра решила, что в жизни у Прокофьи не было никого? И если был этот кто-то, что же тогда произошло с ним, этим кем-то?

— От тебя разит, как от мужика после пьянки! — снова забухтел Юрий.

— Я, конечно, не мужик, но тоже после пьянки, — ответила Терра и сильнее схватилась за плечо Юрия.

— Господи, когда отец тебя увидит, его удар хватит.

— Пусть лучше удар моего жениха хватит: тогда и замуж выходить не придется, — съязвила она.

— Муж тебе язык быстро укоротит! Вот до первой брачной ночи доживешь и сразу же язык себе откусишь!

Ночь. Первая брачная ночь. Терра резко остановилась и уставилась на Юрия.

— Что, только сейчас поняла, чем дело пахнет? — с издевкой произнес Юрий.

— Господи, что ж ты за человек-то такой?

— Пойдем, Терра, — более мягким тоном произнес Юрий. — Нарадоваться еще успеешь.

Она остановилась у порога, ожидая, когда Юрий отворит дверь перед ней.

— Готова? — спросил он.

— Да, — кивнула Терра и оказалась лицом к лицу с кошмаром наяву.

В прихожей стояло несколько человек из гостей и они, заметив невесту, с изумлением уставились на нее. Разговоры в большом зале тут же стихли и Терра, опираясь на руку Юрия, пересекла холл и вошла в основное помещение дома.

Все присутствующие поднялись с насиженных мест. Отец замер в полусогнутом положении и ухватился за край стола. Мать прижала ладонь к губам.

— А вот и госпожа Терра, — громко заявил Юрий и отошел в сторону, оставляя ее одну посреди зала, где еще несколько часов назад народ плясал под музыку.

Глава дома Птаховых вместе с женой вышли к Терре и с побледневшими от изумления лицами кивнули «невестке». Следующими были старшие из сыновей Птаховых со своими женами. Затем вперед вышел Антон. Терра взглянула на своих сестер, стоящих рядом с Гелианом. Лиса придерживала ревущую Шанталь за локоток, очевидно для того, чтобы та не убежала, а Шанталь стирала слезы со щек, стараясь подальше отклониться от стоящего рядом жениха. Выражение лица Гелиана, стоит отметить, было «что надо!» Кажется, «счастливый» жених уже понял, что невеста по дороге к алтарю зальет слезами и подвенечное платье и его самого. Оттого, наверное, Гелиан и был зол. Терра почувствовала, как злость Гелиана согревает ей душу, и обратила взор на замершего перед ней Антона. Терра одарила сконфуженного жениха вымученной улыбкой и протянула руку, чтобы он помог ей стать рядом перед родителями двух семей. Антон руку ее принял и тут же попытался выдрать ладонь из ее пальцев, из-за чего Терра потеряла равновесие и наступила на больную ногу. Простонав от боли, она вцепилась в плечо Антона обеими руками и повисла на нем, как на дереве.