— Надеюсь, с ним все в порядке? — несколько настороженно уточнила я.

— С кем? — не сразу понял Орлов. Когда дошло, ухмыльнулся. Получилось через силу… — Что с ним случится! Жив, бодр и полон идей, как сделать этот мир лучше.

— И миру лучше не спорить, — вздохнула я, даже не пытаясь представить, что может скрываться за столь невинной фразой. Не в случае с Вячеком.

— Ты хоть понимаешь, на что замахнулась? — Орлов лишил меня возможности окунуться в сладость ностальгии. — Я уж не спрашиваю, просчитала ли ты последствия своей инициативы.

— Николай Сергеевич, — добавила я личного, — и понимаю, и просчитала. И не я одна.

— Но лиската Римана в списке осведомленных нет, — закончил он за меня. Когда я не опровергла его слова, тяжело поднялся с кресла. — Безопасность вашей группы перед правительством Галактического Союза гарантировал именно он.

— Нашей безопасности ничего не угрожает, — не то, чтобы парировала я. Просто сочла нужным подтвердить, что и этот момент мы учли.

— При любом раскладе всегда есть место случайности, — удрученно качнул он головой. — Кому я говорю…

— Операцию страхуют акрекаторы, — добавила я весомости плану. — Да и господин Тормш…

— Запрещенный прием! — остановил меня Орлов, но в глазах полыхнуло… энтузиазмом.

— Отменяем господина Тормша, — покладисто отозвалась я, — хотя он тоже согласился, что вариант с «вызвать огонь на себя» в данном случае выглядит весьма перспективным.

— С этим я не спорю, — генерал развернул кресло боком, присел на подлокотник. — Некоторые процессы, запустив, остановить практически невозможно.

— Это вы о межсекторальных контактах? — перевела я его слова, продолжая гладить Степку, который устроился у меня на коленях. Масштаба не хватало… движение только начиналось, чтобы тут же закончиться.

— Получить разрешение на подобные действия на уровне правительства — самая простая из задач, — продолжил он, проигнорировав тот факт, что моя реплика звучала вопросом. — И даже состыковаться с нужными службами — решаемо. А вот дальше…

— Первоначальная аналитика на местах, выжимки — заинтересованным лицам, — невозмутимо пожала я плечами.

Вот только… внутри все замерло в окончательном понимании того, что именно я предложила. И ведь никто не остановил… Ни Валанд. Ни Раксель. Ни Тормш.

Авантюризм?! Нет! Признание того, что время для чего-то подобного уже пришло.

— Об этом я и говорил, — вздохнул генерал. Продолжать не торопился, просто смотрел на меня…

— Я изменилась? — не выдержала я пытки.

— Было бы удивительно, не случись этого, — улыбнулся он. — Тоже ведь, когда не остановить.

— Николай Сергеевич, — я поднялась, подхватив Степку и пересадив его на стол.

Отошла, ловя себя на том, что меня все устраивало…

И этот разговор. И стоявшие передо мной задачи. И этот мир. И та ответственность, которую я сама взвалила на себя…

Когда развернулась, встретившись взглядом Орлова, в его глазах была грусть, словно мои мысли не стали для него секретом.

Впрочем…

Впрочем, «словно» в этом контексте права на существование не имело.

— Николай Сергеевич, — повторила я уже жестче, — мне ведь нужен не просто контакт с другими секторами. Мне нужна серьезная волна, так, чтобы отголоски ее достигли нужных людей не когда-то там, а в ближайшие день-два. Мне нужны грубые вызовы на допрос, обыски, задержания… Все, что будет происходить, должно выглядеть страшно и трактоваться однозначно: мы взяли след.

— А извиняться будем потом, — Орлов чуть склонил голову к плечу. Ухмыльнулся. — Звучит многообещающе.

— Это значит — да? — приподняв бровь, уточнила я.

— Это значит — я думаю, — поправил он меня. Оглянулся… на кого именно не угадать, но я бы поставила на Кривых. — Вот что, — вновь посмотрев на меня, начал он спустя затянувшуюся для меня секунду, — как предварительный план принимаем. На согласование — час. Если будет добро сверху…

— Час? — не поверила я. Правительство, стархи, демоны, шейханат…

— Через час адмирал Ежов свяжется с подполковником Низмориным, — поднялся Орлов. — Все, что могу, я сделаю, но… — он развел руками.

— Тогда мне придется придумать что-нибудь еще более неординарное, — «успокоила» я его.

— Вот именно это я и использую, как главный аргумент, — посмотрел он исподлобья. Перевел взгляд с меня на… Степку, спросил, не скрывая искреннего интереса: — Настоящий?

Я, улыбнувшись, качнула головой:

— Нет.

— Ну и ладно, — вздохнул он. — Ты там…

Я поспешила перебить:

— Как Валенси?

Его ответный взгляд был понимающим — просьба беречь себя в этом антураже отдавала драматизмом.

— Все под моим личным контролем, — произнес он уже твердо. И добавил… коротко. Ставя точку: — До связи!

— До связи, — повторила я, глядя на уже посеревший экран.

— Ну и как? — подходя, сбил меня с мелькнувшей меланхолии Валанд. — Легко быть начальством?

— Мне тебе посочувствовать? — фыркнула я. Потом, грустно улыбнувшись, вздохнула: — Пойду-ка я пока займусь своей любимой аналитикой.

— Я провожу, — поднялся Тормш.

— Не стоит, — забирая паука со стола, остановила я его. — Начинайте думать, как потом перед лиската оправдываться будете, — не без легкого злорадства добавила я, отходя к двери.

— А ты, значит… — угрожающе протянул Валанд, успев преградить мне путь.

— А я, значит, — подмигнула я ему, пряча за наигранным весельем ощущение, что сама только что засунула голову в петлю, — еще не то начальство, кому предстоит за все это отдуваться. Мое дело маленькое…

— Ты уверена, что… — взгляд Марка был более чем серьезным.

— Это же Орлов, — хмыкнула я, зная, что не обманула.

Ни его.… Ни себя.

Оптимизм закончился, стоило выйти в коридор. В голове продолжал звучать вопрос генерала: «Ты хоть понимаешь, на что замахнулась?», став мерилом будущих действий.

Я понимала, но…

— Ты когда-нибудь ошибалась? — не дал мне продолжить рефлексии раздавшийся рядом голос.

— Ошибалась, — неторопливо повернулась я. И хотела бы испугаться, но не с теми мерами безопасности, которые были приняты на базе аркатов. — И ценой моей ошибки была жизнь.

Та сцена, когда я чуть-чуть не успела, перед внутренним взором не проявилась — урок прошлого стал законом, которые требовал учесть все и… даже больше, да и лицо женщины, случайно оказавшейся на месте проведения операции, по ночам не тревожил, но сердце екнуло.

Не предчувствием… просто памятью.

— Поэтому ты предпочитаешь рисковать своей, — кивнул, подходя ближе Варей.

Был он… невзрачным. Непонятный цвет волос; то ли серые, то ли голубые глаза. Овал лица, нос, подбородок… Средний рост, среднее телосложение… И даже взгляд не выдавал острый ум и талант аналитика, которые я уже успела оценить, когда повторяла приблизительный план операции для Ракселя и его акрекатора.

— Я предпочитаю минимизировать риск. В том числе и для себя, — равнодушно парировала я, ища повод, чтобы как можно скорее закончить этот разговор ни о чем и вернуться в оперативный зал.

— Значит, это разница в восприятии, — словно только что сделал важный для себя вывод, произнес он.

Разговор ни о чем…

Я поторопилась с выводами, едва не упустив предоставленную судьбой возможность лучше узнать тех, с кем предстояло плотно работать.

Валанд был ни в счет — свой. Тормш, в какой-то мере, тоже. В основе наша подготовка. Раксель… тут доставало мудрости, чтобы находить кратчайший путь к пониманию. Станнер хоть и сообразителен, но больше боевик, что упрощало контакты. Орлак уже взаимодействовал с Валандом, избавляя от лишних сложностей.

Все они были верхушкой, а мы собирались нырнуть вглубь, используя всю структуру…

— Спасибо, — признавая свою ошибку, поблагодарила я.

— За что? — на этот раз не понял он.

— За разницу в восприятии, — без намека на улыбку протянула я ему руку. — Элизабет Мирайя.