— Все вы нормальные и правильные, — выдохнула я с издевкой. Пока имела возможность… — Мой сектор, насколько я понимаю, разворачивается на базе Службы Маршалов?

Прежде чем ответить, Орлов иронично улыбнулся:

— Твои бегунки от тебя никуда не денутся. — Продолжил уже серьезнее: — Аналитиков в дополнительные отделы ты подбираешь сама. На формирование — месяц, но в работу вступаешь уже по прибытии.

— А торопились обрадовать меня новыми заботами, чтобы я не успела наделать глупостей, сделав неправильные выводы?

— Почти разочаровала, — качнул головой Орлов. — Курьерский идет четверо суток, как раз хватит времени, чтобы окрепли новые блокировки и закрепились спецботы. Медики Шторма на борту, ждут твоей готовности.

— Господин генерал, — позволила я себе рассмеяться ему прямо в лицо, — я похожа на идиотку? — Отметив, что наводящих вопросов он задавать не собирается, уже без лишних эмоций закончила свою мысль: — Мне показалось, или вы говорили о секторе, под контролем которого будет находиться гражданский уровень?

— Элизабет, — ни на миг не смягчив интонаций, начал Орлов, — у нас есть год, чтобы система заработала и была готова трансформироваться в новую структуру. И будет лучше, если некоторые меры предосторожности будут приняты уже сейчас.

— Риман Исхантель входит в этот список предосторожностей? — жестко, давая понять, что от его ответа зависит многое, уточнила я.

Ждать он меня не заставил:

— Нет!

— Нет?!

Стоило признать, что Орлову удалось меня удивить уже во второй раз.

— Нет, — повторил он. Улыбнулся… не сочувствующе, но готовя к очередному откровению. — Я не хотел бы об этом говорить, но Шторм считает, что ты должна знать. — Он поднял на меня взгляд, посмотрел… как смотрел на меня отец, понимая все и… принимая. — Риман Исхантель признал тебя своей кайри — воплощенной в женщине Богиней.

… - Как прикажет моя кайри, — без малейших усилий отстранив меня от себя, совершенно невпопад произнес он. — Ты — мой дар и… мое проклятие…

…Белое на черном…

… - Ты станешь моей кайри?

Ответила или нет, я не запомнила…

— Чем это грозит ему? — Голос дрогнул, хоть я пыталась сдержать рванувшую из груди боль.

— Использовать этот факт нам не удастся, — слегка успокоил меня Орлов. — Более того, нам уже известно, какое влияние оказывает кайри на жреца такого уровня, как Риман, так что правительству некоторое очеловечивание лиската только на руку. А вот все остальное зависит от того, насколько далеко зашел ритуал, и было ли произнесено последнее слово.

— Это был вопрос? — чувствуя, как каменею, поинтересовалась я.

— Нет, Элизабет, — чуть заметно улыбнулся Орлов. — Никто не станет задавать его тебе. И не потому, что это было одно из условий, которое выдвинул Исхантель. Кайри и спутница лиската — понятия отличные друг от друга, хоть и могут быть совмещены. Ты не ограничена в своих действиях, в своих решениях, в своем выборе.

— А он? — Я не должна была спрашивать, но… я просто не могла не спросить.

— С ним все несколько хуже, — в голосе генерала появилась едва заметная ирония, — но пока ты не заявила на него свои права, для Римана тоже мало что изменилось.

Тень тревоги была мимолетной, но я ее не пропустила:

— Что?!

— Я просто хотел попросить тебя не спешить, — посмотрел на меня с грустью Орлов, — но, похоже, опоздал.

О ком и о чем он говорил, мне было понятно, но… он ошибался.

— Вы опоздали значительно раньше, генерал, — с трудом заставляя себя говорить, произнесла я, имея в виду не только лично его. — Точку поставил Скорповски, открыв мне то, чего я раньше не осознавала.

— Мы женаты на службе, — вздохнул Орлов.

— И замужем — тоже. — Сглотнув вставший в горле ком, попросила: — Только к Роверу с душещипательными разговорам не лезьте, мы сами с ним во всем разберемся.

— Шторм меня уже предупредил, — хмыкнул генерал. Получилось грустно. — Вопросы есть?

— Никак нет! — поднявшись с кресла в узле связи, откуда шел разговор, отчеканила я, принимая, что время для рефлексий закончилось. — Разрешите исполнять?

Горечи, как ни странно, не было, сожалений — тоже. У меня появилась новая цель, новые задачи и те, на кого я могла рассчитывать и… доверять.

— Ну, вот и все… — Ханаз протянул ладонь Юрке. Когда тот подал свою, крепко пожал. — С боевым крещением и добро пожаловать в Службу Маршалов!

— Я еще только… — все еще слегка задыхаясь, попытался тот скромно возразить…

Щеки до сих пор начинали пылать, когда вспоминал, как едва не опростоволосился. Удар у него был поставлен, так что Солк, которую Юрка в темноте просто не узнал, хоть и увернулась, но буквально уже за гранью последнего мгновения.

Впрочем, именно это ее и спасло. Стечение обстоятельств, но парализатором Эми задело лишь по касательной. Отключись она совсем.… Юрке пришлось бы выбирать, кого тащить первым. Со вторым мог не успеть.

О том, что все происходящее находится под полным контролем, он подумал, когда все уже закончилось…

Спящий лагерь, преподаватель, четверо незнакомцев и шестеро невидимок, оказавшихся оперативниками Службы Маршалов в «Миражах»…

И до команды «подъем» оставалось немногим меньше часа…

— Уже кадет, — догадываясь, о чем тот хотел сказать, перебил Уварова Шаиль. — И ты, и Дан, и… — он сделал паузу, с добродушным лукавством посмотрев на смущенного парня, — и даже Ким.

— Он же… — окончательно растерялся Юрка.

О том, что этот парень, которого они с Казиным пытались дотянуть до уровня, достаточного хотя бы до допуска к экзаменам, был на самом деле весьма ценным свидетелем, он догадался сам. Не сразу, но…

Другой бы на его месте не пропустил, что Ким выбивается из тех, кто целенаправленно выбрал своим будущим розыск. В чем-то умный не по годам, тот буквально терялся, когда речь заходила о реалиях жизни, ощущая себя свободно и раскованно лишь находясь в виртуальном пространстве.

Но внимание Юрки было сосредоточено на другом — Ким портил показатели их группы, лишая шансов на поступлении.

— Ким решил, — кивнув в сторону полосы препятствий, с которой у младшего Уварова было связано множество разнообразных воспоминаний, и первым направившись к ней, с легкой иронией в голосе отозвался Ханаз, — что его способности для нас лишними не будут.

Шли они медленно. Ханазу пришлось перевести облегченный БАЗ в спящий режим — приводы «рвались» в бой, требуя реализовать заложенную в них мощь. Сейчас та была уже ни к чему.

Суриков с группой силовой поддержки заканчивали начатое младшим Уваровым и Солк. С Кимом, хоть и пребывавшим в легком шоке, но все еще достаточно адекватным, работали медики…

Усиливали суету.

— Испугался? — неожиданно поинтересовался у Юрки Ханаз.

Тот вскинулся — буквально ушел в себя, заново переживая события последних дней, закончившихся вылазкой.

Ким предупредил еще с вечера, что ночью отправится на поиски приключений. Мол, не теряй и не беспокойся. К чему такая конспирация Уваров сообразил сразу — уже как-то намекал, что один из наставников-преподавателей обещал помочь с каналом связи на родную планету Кима. Родители у него погибли, когда тот был совсем пацаном, жил с бабушкой, по которой немилосердно скучал.

А еще была девушка… Девушка, с которой он поссорился перед самым отлетом на Землю.

У Юрки не было девушки, но Кима он понимал.

Ощущением незримой опасности обожгло, когда Ким уже ушел. А еще тоской, от которой хотелось выть, круто замешанной с толкавшим вперед предчувствием.

Дана он будить не стал. Тихо, как научил отец, покинул казарму, успев ощутить, когда спустился с крыльца, как спину обдало холодком. Практически незаметно, но… О таких игрушках ему тоже рассказывали. Сброс низкотемпературной оболочки. Установленный неподалеку от здания заряд перешел в активную фазу…