Двенадцать секторов, сдвиг по времени… Люди, лица… Вот Лиз что-то произнесла, чуть задержалась, пропуская вперед Дароша, свернула к зоне отдыха. Тут едва не столкнулась со спешащей к стойке регистрации женщиной, там сдвинулась, обходя парочку. Шаг вправо, чуть склонилась…

Красиво! Каждое движение взвешенно и продуманно, хоть и выглядит полной импровизацией. Танец… Игра, которую она выиграла!

Будь Виктор тогда рядом с ней…

Ответить на вопрос, сумел бы он предотвратить ее побег или нет, Шаевский не успел, остановив запись в тот момент, когда мимо Элизабет проходил ничем не выделяющийся из толпы мужчина. Вернул на несколько секунд назад, наблюдая теперь уже не за ней, а за ним.

А перед глазами была совершенно другая картинка. Сумрак бара, Лиз и… бросившийся к ней в порыве экспрессии мужчина, изображавший героиню блиставшей тогда на приамской сцене Люсии Горевски.

— Это — он, — остановив запись во второй раз, твердо произнес он. — Журналист. Айси…

До Элизабет еще только предстояло добраться, но теперь у них были все шансы на успех…

До Эстерии оставалось четыре часа. Время принятия решений…

Возвращалась я дольше, чем планировала изначально. Сменила два лайнера, оба раза с чистым идентификатором.

Передав через Эда информацию, я фактически дала понять, что там, где была, меня больше нет. Все остальное — дело техники. Придумать что-либо неординарное не имея даже минимальной поддержки и специальных средств в запасе — невозможно. Все, на что я была способна, получить фору. Минуты… часы…

Кто бы ни занимался моими поисками, на кону сейчас стояла, как раньше говорили, честь мундира. Кто — кого… Восстановить контроль надо мной было их основной задачей. Моей — избежать этого любыми способами.

Причина? Все выглядело до смешного просто… Важность Скорповски и так была высока, чтобы пойти на безрассудство, а после Фринхаи вообще взлетела невообразимо. Не просто специалист по деликатным поручениям — весьма осведомленный специалист. Не просто военный переворот — еще и разработка и производство оружия, о котором у нас даже не подозревали.

Взять Скорповски являлось жизненно важной необходимостью даже с учетом запредельного риска.

И вот тут-то и срабатывало понимание, заставлявшее меня действовать вопреки здравому смыслу. Пока я оставалась одна, у меня был шанс выманить бывшего наемника из той норы, в которую он забился. Потянув за собой хвост — нет. Не с его чутьем на опасность. Он нужен был живым и относительно здоровым… мертвым Компато ничего не стоил.

Но я все равно колебалась, не будучи до конца уверенной в том, что поступаю правильно. Куиши и Звачек, конечно, пойдут по моему следу. Более того, вряд ли я буду опережать их больше, чем на шаг, но… как раз его могло и не хватить для того, чтобы выжить самой. Было от чего тянуть до последнего, давая себе возможность передумать и откатить ситуацию назад.

Когда в твоем распоряжении команда спецов… Это не значило, что я не собиралась использовать их — еще как собиралась, но только на своих условиях, главным из которых должно было стать одно — не приближаться…

Додумать мысль до конца мне не удалось — окончательный выбор сделали за меня.

— Извините, госпожа, я могу вам чем-нибудь помочь?

Я тяжело вздохнула и медленно обернулась.

Тот самый офицер…

Схем ухода было несколько.

Проблемы со спиной, создать которые самой себе для меня сложности не составляло. Медицинская капсула в этом случае была гарантирована, как и служебный выход, через который ее будут транспортировать.

Пока пройдутся по списку пассажиров, пока выяснят, что на основном проходе у них минус один, пока разберутся с причинами…

Исчезнуть из госпиталя было значительно проще.

Вторая выглядела более экстремальной. При приближении к порту я вполне могла сбросить с комма Мики сообщение об угрозе кораблю. Самый простой вариант — взрывчатое вещество на борту. Дальше — экстренная эвакуация, неразбериха… разборки с нашими, когда станет понятно, чьих это рук дело.

Третья — по наглому. План Луиса и прилегающих к нему территорий я знала досконально, достаточно будет пятидесяти метров преимущества, чтобы я скинула вероятный контакт.

Была еще и четвертая, пятая… В каждой из них я находила изъян, заставляющий возвращаться к той, которую разработали мы с Валенси и Айси. Использование местного колорита. Если кто и мог просчитать, то лишь Куиши, но Иари имел недостаточно представление о моих актерских навыках.

— Нет, — лишь наметив улыбку уголками губ, качнула я головой. — Не можете…

— Вы чем-то расстроены… — Мужчина оказался настойчивым, его замешательство длилось не больше минуты.

Впрочем, ничего другого я и не ожидала. Скромный наряд и постоянно сползающий вниз по руке браслет вдовы военного должен был не просто привлечь его внимание, но и заставить действовать более решительно. Братство…

Я опять вздохнула, демонстрируя нежелание говорить.

Его мое молчание не остановило:

— Вы извините мою настойчивость, но если я хоть чем-то… — Короткая пауза, и офицер продолжил совсем тихо: — Давно он погиб?

На мгновенье закрыв глаза и сжавшись, словно от дикой боли, прохрипела:

— Четверть стандарта…

— На Лихеше?

Я медленно опустила голову.

Инцидент на внеорбитальной базе, где рвануло что-то весьма ядовитое, широкого распространения не получил, но… кое-какие отголоски просочились. Зачем эти сведения понадобились Валенси, я не знала — чужой сектор, но для меня оказались кстати.

— Вам положена компенсация… — Продолжил он, говоря за меня. — Вы потому и летите на Эстерию?

И снова вздох вместо ответа. Но не столь уж и однозначный.

Игры с другими людьми не самая малая часть нашей работы. И не самая легкая…

И ведь не обман — сам на какое-то время примеряешь на себя иную жизнь. С ее проблемами, помыслами, радостями и болью…

Чем старше я становилась — тем тяжелее давалось перевоплощение. Не из-за возрастающей косности или потери той самой внутренней гибкости, которая требовалась — понимания, что ты вторгаешься в чужой внутренний мир.

С тварями типа Леона проще — обходится без душевных терзаний, а вот с такими, как этот офицер…

Когда я принимала решение с головой окунуться в оперативную работу, знала, на что иду.

— Вам отказали в компенсации? — тут же насторожился он, заметив мое беспокойство.

Растерянно взглянув на мужчину, спросила:

— Вам что-то известно?

— Похоже, мы с вами друг друга неправильно поняли, — мгновенно сориентировался мой собеседник, тут же добавив мне уверенности. Этого не придется долго и обстоятельно подводить к предложению, которое должно было прозвучать.

Впрочем, если судить по нашивкам, его звание соответствовало промежуточной стадии между нашим капитаном и майором. Просто обязан быть сообразительным.

— Наверное, — согласилась я. — Простите, я просто думала о другом…

— Я это заметил, — по-доброму, но без намека на сексуальную подоплеку улыбнулся он. — Я — кантор Террик Тариш. Могу я узнать ваше имя?

— Жади Шахир, — опустила я голову и, смущенно, поправила вновь съехавший браслет, словно не желая выставлять свое горе напоказ.

Тот мой жест заметил и… нахмурился.

— Я могу пригласить вас пообедать со мной?

Впору было собой гордиться…

Скорповски оправдывал все… Это — тоже!

— Я не хотела бы добавлять вам хлопот…

Договорить Террик мне не дал:

— О каких хлопотах вы говорите? — в голосе прорезались жесткие нотки, но глаза смотрели на меня с искренним беспокойством. — Идемте.

Спорить и дальше я не стала, пристроилась рядом, направляясь к выходу со смотровой палубы.

Кафе, в которое он меня привел, было на том же ярусе, где находилась и моя каюта. Скромная, третьего класса, но сам лайнер по статусу был выше, чем тот, на котором я покинула Тронхи.