— Тарас! Под арест. Всех троих. ИР — зафиксировать.

Воцарившаяся на мгновение тишина была настолько звонкой, вибрирующей от напряжения, что хотелось тряхнуть головой, избавляясь от этого гула. Увы, даже этой малости я позволить себе не могла. Противостояние — глаза в глаза, и Искандер первым отвел взгляд.

Они слишком часто использовали меня в своих играх, чтобы я не научилась выбирать: кому можно доверять, а кто был достоин этого лишь на словах.

— Я подчинюсь вашему приказу, госпожа капитан, — равнодушно произнес он, сделав шаг к двери, — но надеюсь, что вы в полной мере оцениваете все последствия собственных действий.

Если он рассчитывал на ответ — зря. Слишком многое хотела ему сказать, опасалась не сдержаться.

— Госпожа капитан, — Шураи, продолжавший до этого момента не только молчать, но и сидеть, поднялся только теперь. Словно его все происходящее нисколько не касалось, — это ваше право, но…

— Тарас! — рявкнула я, демонстрируя всплеск ярости. — Увести!

Ангел не подкачал, не очень любезно подтолкнув тарса к двери.

Таласки обошелся без обличительных речей, просто, проходя мимо меня, чуть заметно кивнул. То ли соответственно оценил накал разыгранного представления, то ли… все-таки был на моей стороне.

— Крута, — философски заметил Костас, когда створа закрылась, давая мне возможность перевести дух.

Впрочем, можно было обойтись и без столь кардинальных мер, но уходить добровольно они не собирались. Меня же их присутствие не просто раздражало, заставляло постоянно помнить о том, что кто-то очень умный опять собирался решить свои проблемы нашими руками.

Нет, я была не против — как и мои парни тяготилась монотонностью, но не проще ли объяснить, что же именно от нас хотели.

— Мечтаешь составить им компанию? — любезно поинтересовалась я, пытаясь понять, что меня смутило в уходящем Шураи.

Вроде все, как всегда — легкая небрежность в одежде, расхлябанность в походке, пустой, рассеянный взгляд…

Ощущение от него было другим. Кажется, он забавлялся…

— Избавь меня, капитан, от такой участи, — всплеснул руками Костас, а для пущей наглядности, еще и вжался в спинку рассчитанного на троих дивана.

— Считай, что уговорил, — усмехнулась я, протягивая руки к Тимке. К Стасу он явно не благоволил. — Антон, — усаживаясь на свое привычное место и поглаживая прижавшегося ко мне зайца, вызвала я командный, — что у нас?

— Летим, — хмыкнул тут же появившийся на экране Сумароков.

— Ну, хоть одна хорошая новость, — усмехнулась я, кивая вернувшемуся Тарасу на кресло напротив себя. — Драться не пытались? — Взгляд ангела был обиженным. — Все, — уже другим тоном продолжила я, — балаган заканчиваем. Что думаете?

Молчание было недолгим.

— А разве ты не все сказала? — вроде как удивился ангел.

— А разве она когда-нибудь говорила все? — задумчиво протянул Костас. Поднял голову от планшета: — Серьезно считаешь, что это — Шураи?

Как же мне не хватало Дарила в этот момент!

Мне предстояло не только научиться жить без Рауле, но и обходиться без демона.

— Возможно! — качнула я головой, машинально погладив Тимку. Он все еще слегка дрожал, отходя от эмоционального напряжения. — Нам известно, что Шураи — воин, а не специалист по интеллектуальным системам, но я все равно склоняюсь к тому, что его задача на время этого полета отнюдь не наша защита.

— И ты знаешь, какая? — осторожно поинтересовался Тарас, «поедая» меня глазами. Вроде как, если не я, то кто же…

— Могу предложить лишь очень сырую версию, — оправдала я его надежды, заметив, как на лицах парней появляется умиротворение.

— И? — Валечка даже приподнялся, словно пытаясь лучше рассмотреть.

— И? — повторила я за ним… Прежде чем начинать, мне нужно было утрясти еще один вопрос. — Джастин!

— Да, капитан! — экран, повинуясь услужливому ИР, предпочитавшему пока не нервировать меня больше, чем уже было, развернулся в панораму, показав и Сумарокова, небрежно откинувшегося на спинку пилот-ложемента, и невозмутимого скайла.

— У тебя одна попытка. Ты — с нами?

На эмоции я не рассчитывала, но чтобы уж совсем ничего… Обычно он выглядел более «живым».

— Госпожа капитан, я дал присягу… — голос был ровным и безукоризненно четким.

Резко выдохнув — мне не стоило забывать про порядки в воинских подразделениях скайлов, повернулась к Костасу.

— Как Хорст?

Тот ответить ничего не успел, за него это сделал Сумароков.

— Капитан, заканчивай перекличку. Мы все с тобой.

Оставалось только развести руками. Уж если мой «правильный до мозга костей» помощник не имел ничего против хорошей авантюры, спрашивать дальше смысла точно не имело…

— Знаешь, Таши, — не думаю, что Тарас и сам заметил, как назвал меня прежним именем, — а в твоей притянутой за уши версии что-то такое есть…

Пересадив Тимку на стол — тот уже не только успокоился, но и слегка воодушевился, сообразив, что мои угрозы в адрес Искандера, Таласки и Шураи носили скорее профилактический характер, поднялась, прошлась по кают-компании. Пространство позволяло, на «Дальнире» было значительно просторнее, чем на «Звере».

Кажется, я начала к нему привыкать.

— Я могу не доверять Харитэ, — упершись в дальнюю переборку и резко развернувшись, проворчала я. Вместо предупреждения, чтобы не расслаблялись раньше времени, — но я не могу не верить Хранителям и зверенышу. — Обернулась, отметив, с каким напряжением наблюдает за мной Тимка. — Так что мысль о ее предательстве считаем возможной, но маловероятной. Либо, — я тяжело вздохнула, — все совсем не так, как нам кажется.

— А зачем тогда…

Задать вопрос Сумарокову не позволили. Сначала Тарас ехидно хмыкнул, словно подчеркивая своей реакцией, что полностью согласен с моим «самодурством», потом Костас многозначительно перевел взгляд с меня на Антона, вроде как говорил, что мне не стоит обижаться на своего помощника.

А вот Стас снизошел до ответа. Вместо меня.

— Чтобы не зарывались.

Не совсем точно, но очень близко. Все трое, конечно, были крутыми парнями, вот только опыт подобных операций у них отсутствовал напрочь. Это потом без их помощи не обойтись, а пока они могли только мешаться под ногами. Ничего подобного терпеть я не собиралась.

— И это поможет нам решить, что делать?

Я поторопилась, хорошо подумав про Сумарокова. Нудным Антон все-таки был.

Как оказалось, не только он. Остальные тоже смотрели на меня, если и не с немым обожанием, так с уверенностью, что мне подвластны все тайны этого мира.

Воспоминание было пронзительным и болезненным.

Кают-компания, Камилл, черно-белый рисунок — я в одеянии самаринянской богини Судьбы Тайраши… Я не спрашивала, он не отвечал, но случайно услышанный разговор заставил меня на многое посмотреть иначе.

Беседовали Рауле и Таласки. Давно ли и с чего начали было непонятно — я просто проходила мимо, но как раз, когда оказалась перед открытой дверью в отсек, Камилл и произнес ту фразу, что занозой засела в душе: «…неважно, признаем или нет, но мы все осенены их милостью или проклятием. Путаем их за похожими масками, ищем черты одной в других и ошибаемся — уж больно похожи. Но есть те, кто как отражение в зеркале. Люди, но…»

Игорь тогда вздохнул и глухо, надломлено спросил: «Считаешь, что она…»

Имени он не назвал, если только раньше, но Камилл или понял, или знал, кем тот интересовался, потому что ответил с какой-то внутренней убежденностью в том, о чем говорил: «Я не считаю, я — вижу».

Почему это вернулось картинкой именно сейчас, оставалось только догадываться. Но — вернулось и заставило захлебнуться вздохом, от ощущения неизбежности того, что нам предстояло.

Подсказка?

Если кто и заметил мгновение, когда я словно вывалилась из этого времени, так Тимка. Его и так темные глаза вдруг почернели, словно их заволокло мглой, нос сморщился, уши дрогнули…

Медленно выдохнув, заставила себя улыбнуться. Я взяла командование на себя и не имела права на слабость. Хотя бы, пока не вернемся домой.