— Космопорт, — твердо ответила я на вопрос Карина. Посмотрела на Вацлава, который делал собственные выводы. Тот кивнул, соглашаясь.

— Тогда тем более вам нужно к Катарине, — подала голос молчавшая до этого мама. И тут же пояснила: — Она живет в восточном секторе.

Прокомментировать ее слова никто успел. Свонг резко, но как-то по-звериному мягко поднялся и только после этого произнес, глядя на Карина:

— К нам гости.

— Так что давайте без героизма. У нас вам никто не поможет — тех, на кого можно рассчитывать, единицы, да и тем не до вас. Лезть в службу внешних контактов тоже не советую — через них не просто текло, сливалось. Остаются только вояки, но и там неразбериха.

Гостем, заставившим Лаэрта показать то, что до этого не бросалось в глаза, оказался Алин Мареску. Кар, на котором он добрался до нас, плюхнулся на газон в саду, ткнувшись носом в любимую мамину клумбу. Когда Алин уже вошел в кабинет — за ним ходил Дваржек, хотела высказаться на тему, кто же так пилотирует, но смолчала, стоило увидеть потерявший лоск и элегантность внешний вид розыскника. Выглядел он не столько помятым, сколько измученным, хоть и был все так же собран и деловит.

— Губернатор приказал задействовать национальную гвардию, но пока те доберутся до Анеме, пройдет не меньше суток, а то и все двое. На погранцов рассчитывать не стоит, появилась инфа по прорыву вольных, они прикрывают Зерхан.

Попросив промочить горло и, с жадностью опустошив большую кружку с глостом, начал он с вопросов, тут же показав, кто «здесь и сейчас» имеет на это право. Попытки Лаэрта или Карина задать в ответ свои, пресекались жестко и бескомпромиссно. Так что не удивительно, что после приложенных усилий те все-таки предпочли отступить и рассказали все, что им было известно.

Или не все, кое в каких местах недомолвки напряженным молчанием висели в воздухе, пока Алин, вроде как после соответствующих выводов, не переходил к следующему интересующему его моменту.

— Над северными окраинами служба порядка полностью утратила контроль, что именно там творится, мы не знаем. Все силы переброшены на станцию привода, ретранслятор дальней связи, склады конфиската, деловой центр и часть жилых районов.

— Чем вы вообще занимались, пропустив такое?! — первым не сдержался Вацлав. Уже несколько раз высказывался… соответствующе, но тогда воспринималось, как иллюстрация ко всему сказанному, теперь же интерпретировать двояко уже не получалось.

— Вас это тоже интересует? — процедив сквозь зубы, Алин повернулся к Карину. — Или, может быть, скажете ему, чьими именно голографиями вас пытались вывести из себя? — рявкнул в ответ на далеко не миролюбивую реакцию Лаэрта: — Спокойно! — Вместо продолжения отстегнул от набедреной кобуры парализатор, бросил Свонгу. — Вам бы что посерьезней, но, боюсь, проблемы могут только усугубиться.

— Кто вы? — Голос Лаэрта был холоден. Этот парень тоже умел спрашивать.

Мареску хмыкнул, словно удивляясь такой наглости, потом, успокаивая, улыбнулся мне и маме.

— Я — офицер службы порядка.

— Про подразделение уточнять не стоит? — Вежливости в интонациях Свонга не добавилось.

— Мне говорили о вашем умении правильно оценивать ситуацию, — весьма обтекаемо ответил Алин, и, не дав Лаэрту высказаться и на этот счет, продолжил все так же четко: — Тем, кого отобрал Исхантель, в идентификатор внедрен код. Взломать не получается, их система обычным способам раскодировки не поддается. В районах с высокой плотностью возможных жертв пытаемся глушить, на другие наших возможностей не хватает.

— Кажется, все происходящее и для вас стало некоторой неожиданностью? — Лаэрт молчал недолго, найдя за что зацепиться. Если абстрагироваться, то было похоже на схватку двух волкодавов… прозевавших вора. Виноваты оба, но ведь надо реабилитироваться хотя бы в собственных глазах.

Сравнение было необычным и наталкивало на некоторые мысли. Это если вспомнить, кем являлся Алин Мареску.

— Кажется, — в том же тоне отозвался розыскник, — ваше присутствие здесь добавляет мне проблем. Но эта решается значительно проще, чем все остальные.

Намек был более чем прозрачен, тем неожиданней для меня стала добродушная улыбка на лице Свонга. Невольно посмотрев на Карина — кто бы мне объяснил, что именно сейчас происходило в кабинете отца, — получила в ответ ироничный взгляд. Этот — знал, делиться не собирался.

— Ну, вот и прекрасно, — отметив «потепление» обстановки, продолжил Алин. — С вами пойдет Вари. И мне спокойнее, и вам в поддержку. Зои я заберу с собой.

А ведь я еще помнила растерянность в глазах жены Мареску!

В отличие от меня, Лаэрт и Карин восприняли последнюю реплику Алина совершенно спокойно. Или и раньше что-то заметили, или… получив определенный опыт, предпочли ничему не удивляться.

— А теперь — главное. — Он вздохнул, бросил на маму такой взгляд, что сразу стало понятно… все дальнейшее померкнет перед тем, что он произнесет сейчас. — Получен приказ, при невозможности спасти Лору Истомину, девушку ликвидировать.

Мама вскрикнула, но тут же смолкла, закрыв рот ладонями. Но вот ее глаза… Смотреть, как слезы наполняют их, скатываются по щекам, ползут влажными дорожками по рукам…

— Судя по тому, что вы решили заострить на этом наше внимание, вы с этим не согласны? — глухо уточнил Лаэрт. Как в его руках оказался парализатор я даже не заметила.

— И не только я. — Оружие он равнодушно проигнорировал. — Я заинтересован в том, чтобы и Лора и Мария оказались в безопасности как можно скорее. Увы, поспособствовать этому я могу немногим, у меня другие задачи, от которых тоже зависят чьи-то жизни.

— Сколько у нас в запасе? — перехватил инициативу Карин.

— Часа два. Может, немногим больше. Я уже направлялся сюда, когда сбросили последние распоряжения. Пока спохватятся…

— Хотя бы стрелять на поражение не будут, — уже задумавшись о чем-то, протянул Лаэрт, но, наткнувшись на ухмылку Мареску, несколько потрясенно уточнил: — Будут?

— Ты вообще представляешь, что именно сейчас творится в городе? — обманчиво добродушно поинтересовался Алин. Вот только его «ты» звучало весьма уничижительно. — Треть складов конфискованного оружия взломано. Остается только благодарить самаринянских богинь, что не с волновиками и импульсниками, а то бы мы потом половины жителей не досчитались. На улицах — банды. Грабеж, мародерство. Это здесь еще достаточно тихо — не докатилось, да и плотность пониже, а в густонаселенных районах жизнь уже ничего не значит. И откуда только все вылезло?!

— Такова природа, — философски заметил Лаэрт, но Мареску ответом не удовлетворился.

— Ты это скажи девчонкам, которых насиловали на глазах у родителей! Природа?! У тварей она — природа, а мы — люди.

Свонг на этот раз спорить не стал.

— А они — твари. И понимают только силу в ответ на силу, и с этим мы ничего не поделаем.

Усмешка Алина отдавала горчинкой, но голос, когда заговорил, вновь был подчеркнуто бесстрастным:

— Куда вы отправляетесь — не спрашиваю. Вряд ли окажусь под подозрением, но лучше перестраховаться. Весь расклад я вам дал, еще четыре парализатора и запасные емкости заберете из кара. Если что, скажете, что подобрали по дороге. Все с ограничением уровня заряда.

— А хозяева?

Лучше бы не спрашивала. Ограничение выставлялось только на оружии, которое предполагалось для личной защиты. Раз оно попало в наши руки, владельцам уже ничем помочь не могло.

— А Зои? — последовал моему примеру Вацлав, заполнив вопросом повисшую паузу.

— Зои? — неожиданно нежно улыбнулся Мареску. — У нас в родне кого только не было, самаринян такая матрица не интересует.

— К тому же у нее высокая сопротивляемость, — входя в кабинет, заметила Вари Мареску. Неожиданным ее появление стало лишь для меня и мамы. Подошла к мужу, на мгновение прижалась, позволив ему себя обнять, и тут же отошла к Лаэрту. — Хорошая техника, а сканирование…