Если накосячат – шансов вернуться не будет.

Пауза становилась все явственнее. Валанд вынуждал Шторма отреагировать. Вызов? Да! Но пока еще не подкрепленный достаточными навыками.

Полковнику не пришлось тыкать каптри носом в данный факт, тот сообразил и сам. Продолжил, словно и не было заминки:

– Шесть корпусов, три полностью оборудованные жилые зоны, два посадочных стола для малых кораблей, один для средних. Стоянка каров, транспортная ветка до ближайшей подземки.

Ровер, в своей каюте на крейсере, летящем к Приаму, совместил переданные Элизабет трехмерные чертежи с данными, которые нарыли спецы из О-два. Шторм даже не шелохнулся, в отличие от друга, уже успел посмотреть и так, и эдак.

– Три исследовательских. Первый, четвертый и пятый. Условно: «Космос», «Недра», «Атмосфера». В первом и четвертом по десять наземных уровней – общая высота сто метров, и шесть подземных. Пятый, соответственно, восемь и четыре.

Мысли Шторма невольно скользнули к этой парочке.

Валанд и Лазовски… Об особисте с Геннори ему довелось разговаривать. Тот высоко оценивал его профессиональные навыки, что совпадало с мнением и самого полковника. Что же касалось личного… Звучало нетривиально: соперники.

Впрочем, Шторм был уверен, что это не тот случай. Несмотря на внешнюю серьезность отношения кап-три к Элиз, рассчитывать на будущее им не приходилось. Он склонялся к этому на Зерхане, теперь же был готов заложить собственные усы. Лиз нужен был тот, кто сможет с мудрой снисходительностью смотреть на ее выходки. Ну и успевать прикрывать от собственных шалостей. Серьезная, скрупулезная до педантичности и вдумчивая в работе, она продолжала оставаться ребенком в душе.

Ровер мог и защитить, и дать возможность повзрослеть, не убив в ее душе ту искренность отношения к миру, которая и делала Элизабет неповторимой. Валанд – нет. Не потому что не хотел, просто, как и она, был одержим службой, видя в той свое предназначение.

Мнение самого офицера на этот счет Шторма беспокоило мало, как и его чувства к ней. Главное, что они могли заставить кап-три отработать на максимуме своих возможностей.

Внутренняя мотивация в действии.

И пусть кто попробует сказать, что это сволочизм. Он и есть, но других вариантов вытащить их всех с Маршеи у него не было.

Горькая усмешка на губах Шторма так и не проявилась. Могла испортить его образ законченной твари, которая ради достижения своих целей не остановится ни перед чем. А он предпочитал таким и оставаться. Для всех, кого не называл своими друзьями.

Размышления не помешали полковнику вовремя вклиниться в обсуждение:

– Анализ контрактов Ханри дает возможность предположить двадцать восемь полноценных симуляторов как минимум с четырьмя диапазонами настроек.

Валанд кивнул, что принял к сведению. Эту информацию он пока не получил. Шторм и сам не знал еще пару минут назад – аналитики сбрасывали по мере обработки, но уточнять этот момент не стал. Именно благодаря вот таким ситуациям о нем и шла слава, как о спеце, которому известно все.

– Второй корпус – разработка. Двенадцать этажей вверх, четыре – вниз. Предположительно, именно там находятся основные технические сервера. Ну и, соответственно, там же ведется обработка всей информации.

Шторм в очередной раз оторвался от оперативки – ничего интересного там не было, недовольно пробурчал:

– Хотелось бы мне посмотреть, что на них находится.

Воспринималось так, словно он и не рассчитывал на что-либо подобное.

– Посмотрите, господин полковник, – губы Валанда чуть дернулись, но ответил он довольно сухо, – как только наша контора с ними разберется.

– Как всегда… – вздохнул Шторм и тяжело опустил голову.

На этот раз ему удалось «поймать» Валанда. Задел «за живое».

– Я разве ошибаюсь, считая, что наживкой пойдут маршалы?

Вопрос относился не к Шторму – к Лазовски, но отреагировал именно полковник. Коротким взглядом, в котором была… искренняя обида.

А сам в это время набирал, обращаясь к Роверу: «Наглый! Прибрать к рукам, что ли?»

Ответ выглядел ожидаемо: «Поздно. На него делают слишком большие ставки».

Шторм фыркать не стал, хоть и хотелось.

Отстучал: «Думаю, что наши и шейх, поделив будущую добычу, остались довольны друг другом».

«Но ты ведь своего не упустишь…»

Вопросом неслышимая реплика Ровера не прозвучала.

«А на что я там Горевски держу?»

– Третий и шестой корпуса – монтажно-испытательные, – продолжил Валанд, вновь прерывая молчание. – Оба восьмиуровневые плюс четыре подземных. Презентация, на которую мы приглашены, – все дружно посмотрели друг на друга и улыбнулись. Шутка смешной не была, но позволяла слегка разрядить обстановку, – будет проводиться в третьем.

Шторм откинулся на спинку кресла:

– Его из плана исключай, там найдется, кому разобраться.

Валанд не возразил.

Намекать, что тем самым дал ему информацию к размышлению, Шторм не стал. Будет анализировать их беседу – сообразит, где прокололся. В следующий раз уже не подставится.

Прав был Ежов, когда отправил своего офицера ему на съедение. Уж пусть лучше он, чем те, кто не позволит повторить попытку.

– Предположительно, Шаевский после захвата окажется в первом корпусе.

– В пятом, – поправил полковник Валанда, ответив ироничной улыбкой на задумчивый взгляд офицера. – Контракт со стархами. Император Индарс замахнулся на несколько окраинных планет люценианцев. Одна из них стоит в приоритете. Исследовательский модуль «Ханри Сэвайвил» две недели назад закончил там сбор данных.

– Но откуда?

Шторм на вопрос не ответил, только развел руками. Мол, нашивками не вышел. Про себя же усмехнулся.

Добыть информацию такого уровня было тяжеловато. Старх не терпел огласки и жестоко карал, когда дело касалось его секретов.

Если бы не несколько «но»…

Общие интересы у Союза находились не только с шейхом, но и с императором Индарсом. Так что генералу Орлову, который уже окончательно врос в созданную коалицией структуру, частенько приходилось выступать посредником в решении этих вопросов.

Ну, а что знал Орлов, было известно и ему, Шторму.

Старх не то что не возражал, скорее, поощрял такой тандем. С его квалификацией был неплохо знаком – в подоплеке покушения на главу Службы Внешних границ вице-адмирала Искандера он не сразу, но разобрался, ну и рассчитывал при его поддержке обойти некоторые острые углы. В том числе и во взаимоотношениях со скайлами, которые довольно специфично относились к подобным планам.

– Сведения абсолютно точные, можете не тратить время на перепроверку.

Валанд кивнул, потом с лукавством посмотрел на полковника.

– Может, вам известно и где искать личные покои Ханри?

Лазовски взглянул на Шторма с интересом, тому в ответ пришлось закатить глаза, словно говоря: «И чему их только учат?!»

Но вслух полковник ничего не произнес, просто сдвинул у себя изображение, увеличил квадрат, в котором находился довольно большой парк под прозрачным куполом.

– Не кажется подозрительным?

Валанд окинув свои экраны – видно, просматривал последние данные своих аналитиков, качнул головой. Подсказок не было.

– С учетом суровых зим в этом районе Маршеи – нет. – Признание прозвучало вынужденным.

Шторм «добивать» не стал – его команда начала работу по Приаму на сутки раньше, а результаты только-только начали появляться.

– Фундамент под куполом способен выдержать нагрузку в восемь раз больше, чем требуется для этой конструкции. Ханри скрупулезен, при строительстве учитывалось все.

– Возможно, но…

Шторм Валанду закончить не дал.

– Обратите внимание на марку стекла.

Марк пожелание выполнил, тут же дав дополнительный запрос.

– Светопроводящий слой… – Качнул головой, принимая подсказку. – Если прикинуть по высоте, то два стандартных яруса вполне можно скрыть.

– При этом таким образом, – подхватил Шторм (со стороны должно было выглядеть так, словно он только что принял Валанда в свою компанию), – что отдыхающие в этом зеленом оазисе о соседстве даже догадываться не будут.