– Несчастный случай.

Оглянулась на воду… местное светило, уходя к закату, выстилало ее сверкающими чешуйками. Красиво…

– У него нет наследников. И если я правильно помню ваши законы, то все, что находится на территории Приама…

Риашти не дал мне закончить.

– Внешние инвесторы, размещая у нас свой бизнес, имеют множество привилегий.

Я только вздохнула. Лезть со своим мнением мне, и правда, не стоило.

– Ну, раз мы одинаково понимаем ситуацию, давайте обсудим нюансы. – Весьма демонстративно бросила взгляд на комм. – Пока у нас есть время.

Виас спорить не стал. Но, кажется, он так и не понял, что я говорила не о тех двадцати минутах, что остались от отпущенного нам часа.

Риашти, как и обещал, доставил меня к самому особняку. Напарник и Валесантери были уже там, ждали в небольшом холле второго этажа.

– Лиз?! – Виктор подскочил первым, как только я поднялась по лестнице.

– Позже, – отмахнулась я от него. Повернулась к Горевски: – Мне срочно нужен защищенный канал связи со Штормом.

Что обрадовало, ненужных сейчас вопросов не последовало.

– Идем, – кивнул он мне и направился в сторону библиотеки.

Шаевский остался один. Ненадолго.

– Я могу… – начал он, когда открыл мне доступ к внешке через собственное оборудование.

– Нет! – Мне и перебивать его не пришлось, Валесантери не закончил сам. – Шторм посчитает нужным – поделится, я – не имею права.

Мысль о том, что до мальчиков наконец-то дошло, что не только они могут быть крутыми и всесильными, успела проскочить как раз за те пару секунд, что проверялась безопасность канала. Приоритет я поставила самый высший, где бы Слава ни был, должен был ответить сразу.

Полковник был на… совещании. К тому моменту, когда я придумала, с чего начать, в его кабинете уже никого не было.

– Я обещала тебе, если будешь паинькой…

– Хочешь сказать, что я в тебе не ошибся? – несмотря на мой взъерошенный вид, он нашел в себе силы на улыбку. А ведь должен был видеть, что я едва держу себя в руках.

– Ты готов принимать данные? – Изображать спокойствие я даже не пыталась.

Его взгляд по экранам был быстрым и острым.

– Готов.

Информацию, которую мне передал Риашти, я уже успела просмотреть. Там, на берегу водохранилища. Сейчас мне только оставалось сравнить мое представление о физиономии Шторма, когда он ее увидит, с тем, что будет на самом деле.

На самом деле все оказалось несколько хуже, чем я представляла. Взгляд Славы темнел с каждой секундой.

Было от чего. Кроме сведений о многочисленных связях Ханри, в том числе и с особо одиозными капитанами вольных, Риашти подкинул и план комплекса лабораторий на Маршее, где как раз и должна была проводиться презентация. Частично там была и система охраны.

– Откуда? – прохрипел Шторм, когда у меня появилась отметка, что передача закончена.

Я предпочла его грозный вид не замечать. Чтобы не стал ночными кошмарами.

– Тебе термин гоиши о чем-нибудь говорит?

Расслабился полковник молниеносно. Такая перемена вообще была ему свойственна – своими эмоциями он управлял мастерски, а с годами становилась только ярче.

– Теперь хоть понятно, что ему мешало вступить в коалицию…

Удивления я скрыть не успела. Впрочем, эти игры были не моего уровня. Шторм тоже так считал. Продолжая перетасовывать данные, поинтересовался:

– В обход собственного начальства?

Я слегка смутилась, но тут же ответила дерзким взглядом. Не стоило Славе знать, что мысль связаться с Лазовски у меня даже не возникла.

– Пока я – ему, потом он – тебе… Так было быстрее.

Шторм отвлекся от происходящего на экранах, посмотрел на меня пристально:

– Сообразила, наконец?!

Приподняла в недоумении бровь.

– Понятно, просветили!

– О чем? – изумилась я. Надеялась, что получилось искренне.

– Лиз, – протянул он драматично, – я – старый, уставший полковник. Ладно бы недоумкам, но объяснять тебе элементарные вещи…

Вопрос: являлось ли это комплиментом или нет, я решила оставить открытым. Тем более что он был прав. Не время и не место…

– Контакт по гоиши мне разрешен только с тобой и с Лазовски. Источник информации должен быть закрыт. Это жесткое условие. В случае огласки…

– Да понял я уже, – перебил меня Шторм. Когда я заткнулась, добавил чуть слышно: – Извини, куда ни сунься, везде политика. Нервирует.

– Мне тебе поверить? – нежно улыбнулась я Славе.

А в сердце кольнуло… не в политике было дело. Что-то таилось за этим всем. Настолько серьезное, что было способно перемолоть и его выдержку.

– С шефом свяжись, ты хоть и самостоятельна в своих действиях, но приличия соблюсти не мешает. Я с ним тоже пообщаюсь, так что вскорости жди первоначальный план действий на Маршее.

– Это называется – самостоятельна в своих действиях? – внутренне радуясь, что Шторм вновь стал похож сам на себя, съязвила я.

– Это называется – согласование плана операции, – хмыкнул он и отстучал пальцами по столу свой любимый марш. Мне иногда казалось, что полковник потому и столь успешен, что своим внутренним кредо взял строчки из него: есть только ты и… победа. – С вами идет силовое прикрытие.

– А гоиши говорил о несчастном случае, – прошептала я и уже громче уточнила: – Кто?

Тот замялся лишь на мгновение, но мне хватило и этого, чтобы насторожиться.

– О-два.

– Особый отряд военной разведки? А они что на Приаме забыли?

– Зарываешься! – оборвал меня Шторм. Закончил спокойнее. – Твои выкладки я просмотрел. Мои аналитики с тобой согласны. Вряд ли это тестирование систем жизнеобеспечения. Скорее, исследования в области выживаемости. Их инструкции по действию в тех или иных условиях всегда очень точны и подробны.

– Что еще подтвердили твои аналитики?

Равнодушие, с которым он говорил об обреченных на страшные муки людях, меня не обмануло, но заставило собраться и вернуться к более привычному для нас стилю общения.

– Что средний срок продолжительности их жизни с момента начала испытаний не более сорока двух – сорока четырех часов.

– Твою мать! – не сдержалась я.

Шторм никак не отреагировал. Мы оба слишком хорошо понимали причину моей несдержанности.

– Ради тебя, Виктору он растянет удовольствие, но…

– Я поняла, – скорее выдохнула, чем произнесла я. – С Горевски объяснишься сам. И… – я посмотрела Шторму в глаза. Жалости в них не было, – жду информацию.

Полковник кивнул и отключился.

Мне тоже хотелось… отключиться. Просто закрыть глаза и оказаться на Земле, в своем кабинете. Чтобы рядом Эскильо, на связи Вано, а вечером мы договорились с Валенси посидеть в ее любимой кафешке.

Ничего этого не было, и быть не могло, пока не закончим на Приаме. А чтобы закончить на Приаме…

Поднялась с кресла я резко. Шаевскому не стоило видеть моих эмоций, хватало того, что он и сам знал, на что идет.

Когда вышла из библиотеки, Валесантери поблизости не было, а вот Виктор подпирал стену напротив.

– Передай Куиши, чтобы прекращал искать Айси. Тот жив.

– А материалы? – напарник правильно понял, что подробностей не будет. Ни тех, ни других.

– Все у меня. У нас есть пара часов, чтобы ими заняться.

– А что потом?

Шаевский был непрошибаемо спокоен. Штормовский… выкормыш!

– А потом, – прорычала я, чтобы хоть как-то сбросить напряжение, – мы будем общаться с Ровером и, если мои прогнозы окажутся верными, услышим в свой адрес много… ласковых слов.

Шаевский чуть заметно улыбнулся.

– Так Лазовски не ругается.

Он еще и пытался меня подбадривать! Куда катится мир?!

Резко выдохнула. Рефлексии закончились, пошла работа.

– Спорю на бутылку шаре, что этот раз будет исключением.

Виктор бросил взгляд на подошедшего к нам Горевски:

– А ты что думаешь?

– Думаю? – задумчиво переспросил он. – Думаю, что нам придется искать новое место жительства. Люсия Горевски только что получила сообщение, что ее муж тяжело ранен во время испытания опытного образца. Находится в госпитале, в тяжелом состоянии. Она прерывает гастроли и возвращается на Землю.