О чем сказал, поняла не сразу, гипнотизируя взглядом столбцы данных. ДжиКей шестнадцать-четыре-два — семьдесят процентов загрузки. ДжиКей три-три-семнадцать — девяносто. «ЭриДуал» — старховский лайнер, уже в третий раз ложившийся на стапель Стахши — шестьдесят. Шесть каботажных транспортов шныряли вверх-вниз, проводя первоначальную выбраковку…

На нижней орбите дожидались своей очереди еще пять кораблей…

— Стоит перекусить… Пока есть возможность, — поддержал его Кирьен.

— Что на Эндоране? — соглашаясь, поднялась я. Одернула китель, сдвинув, провела двумя пальцами вдоль воротника-стойки. Несмотря на высокую абсорбцию ткани, мысль о душе была готова перейти в разряд навязчивых.

— Хуже, чем у нас, — твердо посмотрел на меня скайл.

Дакири Вэйрин. Дакири Ривейн… Они не были похоҗи, но родовое имя носили одно: Хэнриш. Братья…

— Принято, — не стала я настаивать на подробностях.

Каждый делал то, что мог.

И не мог — тоже.

— Капитан, — Вэйрин не дал мне сделать и шага, — на площадках готовы работать быстрее.

— Вы просите разрешение на полный ментальный контроль? — нахмурилась я, вспоминая недавний разговор. Тогда речь шла о частичном воздействии, которое избавило бы от нервозности. Теперь…

— Да! — Взгляда он не отвел.

— Оно у вас есть, — не задержалась я с ответом. Вред — минимальный, в этом меня еще в тот раз убедили Слайдер и Шураи, а вот польза… — На сколько рассчитываете? — теперь уже остановилась сама.

— Процентов пятнадцать на платформу, — Вэйрин тоже замер. Спиной ко мне.

Широкие плечи, узкая талия. Фигура по-скайловски крепкая, но гибкая, не закостеневшая.

Ривейну было далеко за тридцать, этому… Для старшего офицера пусть и первого из четырех статусов он выглядел слишком молодо.

— Уровень специалистов высокий. Я… гарантирую.

— Принято, — кивнула я не столько ему, сколько себе. Процентов пятнадцать… Двадцать минут по времени и около трех тысяч, если считать в жизнях.

Дверь комнаты отдыха зашелестела, пытаясь отрезать от зала с его шумами, сливавшимися в гул голосами, с беззвучными всполохами тревожных контуров, с запахами не физического — душевного изнемождения, с ощущением, в котором не было и намека на надежду, лишь ярость…

— Я запарю криосмесь и сделаю кофе, — обошел меня Кирьен. По пути сменил освещение, сделав его более приглушенным. Вытащил контейнер из блока глубокой заморозки, нажал кнопку на панели. — А ты пока просто походи.

— Вас этому тоже учат? — упершись в край стола, наклонилась я, пытаясь хоть немного потянуть упакованную в корсет спину.

Усталость… Она все-таки была, наказывая за внутреннее напряжеңие и недостаток движения.

— Ухаживать за своими подопечными? — с усмешкой уточнил Кирьен, ни на мгновенье не прекращая что-то делать. — Защита — лишь малая часть наших обязанностей, — оглянулся он.

Форма — наша, серый китель и черные брюки, да и внешне — землянин-землянином, но когда знаешь, невольно начинаешь искать. Пустоту, в которой он «зависал», «уходя» от привычных органов чувств. Чуткую грацию движений, опережающих восприятие…

— Вот даже как? — надеясь, что выглядит заинтересованно, посмотрела я на него. Втянула чуть горьковатый аромат, паром поднявшийся от ударившей о дно чашки струи. — Например?

Кирьен улыбнулся самыми уголками губ, повернулся на щелчок кофе-машины, замер, дав мне секунду… чтобы насторожиться.

— Капитан!

Крик ударил в уши, лишая остатков призрачного умиротворения.

Расстояние до двери я преодолела в два шага. Саданув о косяк плечо и, едва не зацепившись рукавом за выступающую панель блокиратора, боком протиснулась в расширяющуюся щель…

— Таркэш… — глухо произнес Вэйрин, когда, успев окинуть быстрым взглядом экраны, встала слева от него перед главным.

Канал был не наш — информационный, но ситуации это не меняло. Изображение идеальное, да и ракурс такой, что сердце дернулось и застыло, отказываясь биться дальше. Сдохнуть, но не видеть…

Равнина, залитая мягким, рассветным светом. Модули посадочных комплексов, «подушка» антигравитационной установки, на которой лежал транспорт, бесстыдно распластавшиеся фермы предстартовой готовности…

И — тишина… Поверить невозможно.

— У них ещё час! — чувствуя, как понимание «стискивает» челюсти, сглотнула я. — Связь…

— Капитан… — Вэйрин качнул головой. — У них нет этого часа…

Я и сама знала, но…

Подниматься будут на собственных антигравах с поддержкой маневренных двигателей. Радиус выгорания — до полутора километров, а там ещё и амплитуда «качания»… И не важен ни опыт пилота, ни точность расчетов, как только запылают дюзы — все! Стена огня, от которого не найти спасения.

— Периметр безопасности?

— Три с половиной.

Обернувшись, тяжело посмотрела на матессу. Минимальный, учитывавший все риски, на километр больше. А ещё и вторая площадка, на которой леҗал средний…

Медленно выдохнув, опустила голову. Без вариантов…

Это был тот самый случай!

— С эрари Джоришем согласованно…

Если Кирьен хотел меня успокоить, зря старался. Внутри все было жестко и категорично. А то, что иногда штормило…

— Попытка заражения системы! — не дал мне закончить мысль мой же голос. Дальнир… — Блокирую на внешнем…

— Отставить!

Бросившийся к рабочему терминалу Вэйрин остановился резко, словно всем телом размазался по «преграде», дернулся, развернулся… как на параде…

Его взгляд был острым, резанул наискось, начав с глаз и уйдя куда-то в ноги…

— Прошу простить…

Вместо ответа только кивнула. Управление базой на каналах «Дальнира». ИР «Тсерры», «Эссанди» и «Рэйкама» на подстраховке. Если не справятся они…

— Активирую обманку… — мягко, словно оглаживая каждый звук, отвечая на несказанное, протянул невидимый Костас.

— Вывожу… — с теми же, стелящимися интонациями, откликнулся Юл…

— Эвакуационный Штаб поставил Стахши на контроль. Код — экстра, — развернулся к нам один из операторов.

Как много можно увидеть, когда на краю. Чужие лица, в которых застыла вера в тебя. Еще не обретшие мужской крепости плечи, которые «держала» черная ткань кителя. Пальцы, жившие своей җизнью. Голоса, в которые ни на миг не пробился ужас осознания, что именно они, эти мальчишки — последняя надежда… И табло времени, прокручившее цифры вперед, но отбивавшее последние секунды…

— Принято, — ровно отчеканила я. — Ты обещал кофе, — обратилась к Кирьену, спасаясь за привычными формулами.

— Да, госпожа лидер-капитан, — ответил он коротким кивком, тут же направившись қ комнате отдыха.

— Он — младший офицер, — Вэйрин вернулся, встал рядом.

— Я — старший, — усмехнувшись, отрезала так же негромко. Несмотря ни на что, для них я была и оставалась женщиной.

Странное ощущение. Странное и неприемлимое. Ни для меня и ни для этого времени.

— Говорят, вы набираете экипажи? — одним вопросом Вэйрин перевернул все с ног на голову.

— Хотите подать рапорт? — сообразив, что поймалась на примитивную провокацию, отвлеклась я от экрана.

— Да! — дакири был немногословен.

— Ваше право, — не стала я потакать его прихотям. Хочет — не хочет… Все мы рвались в бой, до конца не осознавая, что он и шел там, где находились.

Здесь. Там… Ты либо оставался человеком, либо становился падалью, ставившей свою жизнь выше других.

Истины военного времени…

Было у меня подозрения, что и та, мирная жизнь, подчинялась этому же закону.

— Таркэш передал готовность, — вновь повернулся к нам то же самый оператор. Скайл, но в глазах такая ярость…

— Принято, — все так же ровно произнесла я. То, что мальчишка был способен чувствовать, слабым его не делало.

«Перехватила» канал, тут же услышав, как там, на другом материке, холодный, бесстрастный голос начал:

— Сто… девяносто пять… девяносто…

Камера сдвинулась, меняя ракурс и план. Включилась ещё одна, затем еще…

— Кто это?! — сделав шаг, ткнула я пальцем в смазанную разрешением точку.