— А я?

— Ты? — он не улыбнулся, да и в выражении лица ничего не изменилось, оставив его… тем самым, недосягаемым жрецом высшего посвящения.

Вот только слова были… простыми и незатейливыми. Из тех, которым веришь:

— Иногда тебя, как ты говоришь, хочется пристрелить. Иногда — встать рядом на мостике и позволить себе быть безумным. Иногда — просто молчать, чувствуя, что большего и не надо. А иногда… Я позову Юлиана, — оборвал Дҗориш сам себя и, не резко, но стремительно развернувшись, направился к двери.

— Господин эрари… — остановила я его. Он сделал ещё шаг… — Вы опять без плаща…

— Но ты ведь не доложишь об этом капитану Дарфину? — не задумываясь, как если бы был готов к тому, что услышал, заметил он.

Закрыть бы глаза и… ңе думать!

Не думать об этих минутах, о смысле того, о чем он говорил, о том, что я скажу или… не скажу сыну.

О капитане Дарфине, чей визит, скорее всего, мне ещё предстояло пережить.

О парнях, для которых покинуть коридор не увидив меня живой, было сродни предательсту.

Об отце. Индарсе. О каңгоре Аршане…

— Не доложу, — успокоила я его и… все-таки их закрыла.

Всего на минуту… прежде чем вновь стать сильной.

Если у него был дом, то именно здесь, на борту «Ирхачи».

Бывший флагман армады Храма Судьбы…

Бывший лиската…

Там, а не здесь, они оба были чужими.

Дверь тамбура чуть слышно чмокнула, на миг вернув к разговору с капитаном Таши.

Сильная женщина… Сильная, свободолюбивая, способная повести за собой, но…

У нее тоже был свой дом. И в этом доме была ее семья, ради которой она была готова и на невозможное.

— Господин эрари…

Джориш набросил на плечи поданный Валентиром плащ, застегнул, и лишь после этого повернулся к подошедшему офицеру.

Станислав Ром. Сорок восемь лет. Место рождения — Земля, но это если по документам, по факту — борт крейсера «Кирай». Сирота.

Мать — офицер флота Галактического Союза, умерла во время тяжелых преждевременных родов.

Отец — неизвестен, если не брать во внимание данные СБ, вывернувшейся наизнанку, но узнавшей все о каждом из членов экипажа бывшей «Легенды». Лаишь Рихэль, участник совместной программы по разработке тестов для выявления ментального дара у людей, жрец высшего посвящения Храма Судьбы.

До двенадцати лет Станислав рос в приемной семье под контролем соответствующего ведомства. Особых данных не проявил, был снят с учета.

Затем — кадетский корпус, законченная с отличием военно-медицинская академия. Служба.

За отказ от выполнения приказа во время конфликта между Галактическим Союзом и Самаринией лишен воинского звания и гражданства. До окончания военных действий находился под надзором, после подписания мирного довогора покинул Союз.

Следующий пункт биографии — фармацевтическая корпорация «Сибел», ведущий разработчик ботов и ДНК-корректоров. Четыре года — старший медик одной из экспериментальных лабораторий. Утечка информации, благодаря которой стало известно, на ком именно тестировались не прошедшие аттестацию препараты — допросы под ментальным сканом показали его непричастность, но мало кто сомневался в том, кто именно собирал данные, скандал, суд. За несколько дней до приговора — контракт с частной военной организацией «Легион-Рэй», даже не скрывавшей своей наемничьей сути. Работа на территории более десятка секторов и альянсов. Люцения, Приам, Самариния — в составе охраны по сопровождению грузов, Корон, Иваруш…

Их пути пересеклись на Латойе. Спустя год после завершения договора…

— Старший лейтенант Ром…

Комиссия, признавшая девятилетнего Станислава бездарным, допустила ошибку. Способности у мальчика были, но проявились значительно позже и в другой форме. Как и у его отца, который не знал о рождении у него сына и не узнал его, встав рядом у операционного стола.

— Я могу уточнить результаты ментальной проверки лидер-капитана?

Валентир отступил, создав иллюзию, что разговор шел один на один.

— О какой проверке идет речь? — «Очеловечивать» интонациями свой вопрос Джориш даже не пытался.

Ни в этих обстоятельствах. И ни с этим собеседником.

— Господин эрари… — офицер не шевельңулся, но Джориш оценил его внешнюю «расслабленность».

Спокойствие. Уверенность, выведенная на уровень убежденности. Эмоциональный и ментальный контроль, выставлявший их «на равных». Не в варианте: жрец — не жрец, а в том, когда на заданный вопрос должен последовать обязательный ответ.

— Я не имею полномочий на ментальную проверку лидер-капитана Орловой. Если у вас есть основания предполагать…

— Именно это я и хотел услышать, — все с той же несокрушимой безмятежностью перебил его Ром, — Господин эрари…

Старший лейтенант отдал приветствие, щегольски развернулся…

— Что это было? — невозмутимо поинтересовался Валентир, когда офицер скрылся в тамбуре медицинского модуля.

— Одно из двух: либо — предупреждение, либо — угроза, — Джориш продолжал вглядываться в пустоту, оставшуюся после ушедшего Рома. — Присмотри за ним.

— Присмотреть за ним или присмотреться к нему? — Валентир не оглянулся, чтобы проследить за взглядом эрари.

— За ним, — Джориш довольно шумно втянул в себя воздух, словно именно в нем была та разгадка, что не давала покоя, затем мотнул головой, как если бы избавлялся от наваждения, и решительно направился в противположную от медицинского блока сторону.

Шаг… Второй… Третий…

Джориш остановился так же… резко, категоричңо. Засмеялся.

Он не доверял Судьбе — он ею жил! С того мгновения, как осозңал, что готов принять каждый из предназначенных ему дней, каждую из существующих для него секунд…

Он не доверял Судьбе — он вверял ей себя, отказываясь искать смысл в том, что она для него уготовила, не подвергая сомнениям ни одно из принятых ею решений, не отказываясь ни от милости, ни от испытаний.

Он просто шел вперед…

— Я только что понял, ради чего Шаенталь начал ту войну… — оборвал он смех. — Если их не остановить, рано или поздно, но они лишат нас божественного покоя, отравив своей способностью создавать хаос там, где мы выстроили порядок.

— Тебе захотелось вернуться и дать ему в морду? — ничуть не удивился высказыванию Валентир.

Впрочем, когда касалось Джориша, он уже давно ничему не удивлялся.

Лиската, бросивший вызов эклису, давший клятву его кайри, сумевший завоевать доверие главы Храма Предназначения и его избранной…

«Васай твоему пути!»

Валентир знал, этот его путь будет славным!

— Мне захотелось почувствовать себя свободным, — холодно, мертво, отозвался Джориш. Накинул капюшон… защищая принадлежавший лишь ему мир. — Готовы сводные данные по обработке планеты, — вновь направился он к телепортационному модулю.

Шейхи расходились, не прижимаясь к переборкам, но создавая своему эрари живой коридор.

Тоже символ… Символ стойкости, самоотверженности, верности…

— Двадцать сведенных случайной выборкой групп по тысяче человек каждая. Возраст — от четырех до восьмидесяти лет. — Говорил он кратко, лаконично, но за каждым словом стояли они… женщины скайлов, для которых родившая их планета могла стать общей могилой. — До десяти лет — эффективность облучения составила девяносто девять процентов. От десяти до двенадцати — немногим меньше девяноста. От двенадцати до четырнадцати — восемьдесят семь. От четырнадцати до семнадцати — восемьдесят три. Затем — стремительное падение. Готовность к зачатию, рождение детей, их количество… Жесткая привязка.

— Мы предполагали…

— Уровень этой привязки находится не в той сфере, — Джориш остановился у платформы. Шейхи контроля тут же отошли, выставив внешний контур. — Культы стихий, взаимосвязь с явлениями природы, возможность слияния с тем, что они называют информационным полем планеты…

— Сверхсознательное… — Валентир, как и Джориш, не торопился подниматься на телепортационный круг. — Разве результаты не подтверждают выведенных допущений?